Через 3 часа
Сидя уже в своей комнате за столом, я рисовала что-то в своем скетчбуке, а на моих коленках лежала Жужа. В приоткрытую дверь вошла Боня и собака, заметив её, сразу спрыгнула вниз. Пока я наблюдала за ними, мне по скайпу позвонила моя лучшая подруга и не одна. — Алёрики. — сказала я, ответив на звонок — Привет, Мари. Ты сейчас сильно занята? — спросила Аня. — Нет, а что? — Я же говорила, что моя жена всегда найдет время для своего любимого мужа! — довольно заявила Маша, которая и была «мужем» для меня. — Помолчи, собака. — мило попросила помолчать её, наша с ней дочь, которую звали Лиза. — Ведьмам слово не давали! — сразу стала оборонятся та. — Началось… — сказала я. — Ага… — согласилась со мной «любовница», то есть Аня. — А я говорила, что Маше с Лизой просто нельзя общаться, они друг друга заживо съедят! — добавила наша старшая дочь. Её звали Карина. На самом деле, у нас с «мужем» дофига детей. — Так, мне не интересно кто кого первый сожрет! Зачем звонили? — поинтересовалась я. — А ты уроки сделала? — с намеком проговорила Аня. — Нет, и не собираюсь делать. Завтра пятница и мне лень. — А что тебе не лень? — поинтересовалась «ведьма». — Бухать и рисовать. — Так в чем проблема? Айда ко мне? — пригласила меня к себе «любовница». — В смысле к тебе? Увести мою жену вздумала, а? — начала опять опять возмущаться Маша. — А на то я и любовница. — усмехнулась Аня. — Я вас обломаю, но сейчас я ни к кому не приеду. — Ну блин, Мари, а я уже настроилась на романтический лад… — пожаловалась «любовница» — А про дочерей совсем забыли. — Нет, Лиз, не забыли. — сказала я. — Так, все! Всем пока! И надеюсь в вас не вселятся хуебесы! Спокойной ночи~ — после этого, я отключилась. — Фыр~ Спать хочу… Плюхнувшись на кровать, вспомнила, что хотела занести Яну шоколадку, чтоб тот не дулся на меня. Лениво встала и достав из ящика плитку молочного шоколада, направилась к омеге. — Тук-тук! — Кто там? — послышался голос за дверью — Че? Не ждали? А я приперлась! — заявила я, открыв дверь. — Мари? Что такое? — он минуту на меня смотрел и потом вспомнил. — Ой, я же обиделся! — Так значит ты просто притворяешься, зараза? — А что, нельзя? Ты вон даже шоколадку мне принесла. Я же правильно говорю? — он довольно усмехнулся. — Я сейчас Жужу позову… — Нет, не надо! Ладно, заходи присаживайся. — Так-то лучше. — вот теперь, усмехнулась я. — На, это тебе. — Благодарю. — ответил он и открыл упаковку. — Ты тоже бери. А я что, а я взяла. Почему бы и нет? — Мари — Что? — Ты дз сделала? — Нет — Но почему?! Завтра же биология и решение задач на генетику! Там же если не выучишь, легче сдохнуть! — Ян, вообще-то те задачи, которые мы решаем, до слез легкие, я и посложнее решала. — Блииин… — А еще, Ольга Ивановна отказалась меня вызывать к доске. Так что я не виновата — Зараза, везучая… — Нуу, не сказала бы так. Я ж более углубленно изучаю биологию и химию. — Тогда, в качестве извинений, поведаешь мне секрет, как чертить эту решетку Пеннета? — Окей, там ничего сложного. — Ага, «почти» Вот мы уже открыли тетрадь и учебник, как из коридора послышался голос Темы. — МАРИ! Кис-кис-кис! Ты сделала дз?! Отзовись! Не прячься! — Почему всем сегодня нужно от меня только дз? — Хз — Ех, потом с ним разберусьЧерез пол часа
— Теперь понял? — Ага… Вроде, уже легче. Спасибо — Нет проблем. — Мари — Что на этот раз? — я посмотрела на парня. — А как долго ты режешься и зачем? — Что? — Не придуривайся, будто не знаешь о чем я. Никому не скажу, не волнуйся. — Странно, наверное, выяснять, что в твоем окружении есть мазохист? — Да нет, но раньше я думал, что ты 100% садистка. — Пх. Я садистка на все 99%, а 1% мазохист. Просто нравится не сам процесс, когда режу себя, а тот, когда течет кровь. — Бррр! Аж мурашки по коже! — поежился Ян. — Так… Ты не ответила на первый вопрос. — Ну… Начала я в прошлом году, а потом, когда меня спалила мама, прекратила на некоторое время и благополучно забила до недавнего времени. Все? — Да… — Тогда я пойду. Спокойной ночи. — Спокойной… — он не успел спросить, что-либо ещё. Наконец выйдя из комнаты парня, я направилась в свою и какого было моё удивление, когда там я увидела Асю. — Ась, что-то случилось? — Да так, ничего особенного. Где ты была? — А это так важно? — Да — У Яна, объясняла ему биологию. — И как, объяснила? — С горем пополам, но да. Вроде бы, что-то да вбила в его голову — Молодец. — Ась… — Что такое? — Ты как-то странно себя ведешь, все хорошо? — Да, все в порядке. Просто я пришла сюда, чтобы попросить кое о чем. — И о чем же? Я слушаю. — сказала и присела на край кровати, где сидела Ася. — Ударь меня. — твердо промолвила та. — Что? — Просто ударь. — В смысле «просто ударь»? Зачем? Что ты задумала? — Ничего особенного, делай то что попросила и я уйду. — Ася, ты реально думаешь, что я ударю тебя? Серьезно? — Да. — Откуда такая уверенность? — я была просто в недоумении, что удумала эта девчонка? — Мари, давай на все вопросы я отвечу потом, а сейчас сделай, о чем попросила. — Блин, Ася… Можно просто пощечину? — Нет — Черт… — Бей. Ася встала передо мной и я тоже решила не сидеть. Руки немного подрагивают. Нафига ей, чтобы я её ударила? Не могла попросить Тему или Яна, почему именно я? Мне же намного труднее сделать это? Да, я могу ударить человека и сильно ударить, но только в том случае, если я его ненавижу. Но к ней у меня нет ни капли ненависти… — Если будешь так долго стоять, тогда я пойду, на улицу и попрошу кого-то другого. — она направилась к выходу из комнаты. — Попросишь другого?.. Нет! Не надо! Хорошо, я ударю… — Вот и славно. — Ася усмехнулась. Боже, боже, боже… Что же делать? Мамочки! Вот я уже сжала кулак, который все еще предательски дрожит. — Мариии, давай быстрее. Ладно… Как можно сильнее зажмурила глаза и представила, что передо мной не Ася, а самый ненавистный мне человек, имя которого я и не произнесу. Но перед тем как все же занести руку для удара, в голове всплывает лицо Аси и удар выходит, слава богу, не очень сильный. Открыв наконец глаза, я осознаю, что на лице останется максимум синяк. — Так хватит?.. — я почти что проскулила эти слова. — Не так сильно, как я ожидала, но ладно. Спасибо. — она растрепала мои волосы и вышла из комнаты, потирая сильно покрасневшую щеку А я осталась одна