Звездопад

— Кит, падающая звезда. Загадай желание. Широ сидел на крыльце домика в пустыне, который они нашли совсем недавно. Кит устроился рядышком, наблюдая за ночным небом.  — Ты что, в это веришь? Это же даже не звезда. Это-  — Да, Кит, я знаю. Но не стоит ко всему подходить так сухо и скептично. Попробуй загадать. Поверить в чудо. Кит в чудо никогда особо не верил, но сейчас он все-таки решил послушаться Широ. Он прикрыл глаза и подумал о том, чего хочет. Кит знал о том, что Широ летит на Кербер. Он знал, что тот болен, пускай и из подслушанного разговора. Он был против идеи с полетом, и, будь его воля, он бы убедил Широ остаться дома, но если у человека есть мечта, то не нужно его ее лишать. Особенно, если это мечта, которую нужно воплотить в сжатые сроки. Но вообще, у Кита на душе скребли кошки, и думать о полете совсем не хотелось. Даже на небо иногда было смотреть тошно, ведь совсем скоро, куда-то в эти далекие, безграничные просторы Вселенной улетит Широ. Но сейчас вот. Сейчас Такаши сидит как ни в чем не бывало, смотрит на звезды и предлагает загадать желание, хотя желание у Кита сейчас только одно: чтобы он никуда не летел. Но поскольку это желание слишком некрасивое и эгоистичное, Кит просто пожелал, чтобы он скорее вернулся. Когда Широ не вернулся, а новость о таинственном исчезновении его команды разлетелась по всему Гарнизону, Кит возненавидел эти самые звезды еще сильнее. До дрожи в конечностях и тупой боли в душе. Но он все равно, уже после исключения, ночами выбирался из домика и смотрел на это ночное небо, усыпанное миллионами этих ненавистных звезд. Ненавистных и родных одновременно. Иногда Кита казалось, что он уже просто потихоньку сходит с ума, пытаясь с головой окунуться в прошлое и представить, что Широ сидит рядом, как и тогда. И смотрит. И что-то лопочет про желания. «Я просто хочу, чтобы ты вернулся» На звезды рассчитывать не приходилось: Кит искал, искал и снова искал, не спал ночами, пытался понять, куда мог пропасть Широ, ведь мысль про то, что он просто умер, не могла уложиться в голову. И злился, и понимал все про свое бессилие, и не знал, как справиться с этими эмоциями, и безумно скучал, и загадывал одно и то же желание не только когда видел падающую звезду, а когда видел звезды в принципе. Это продолжало оставаться глупостью, от вида звездного неба продолжало что-то колоть и болеть внутри, это было совершенно иррационально, и это раздражало Кита даже больше, чем бессилие, но в такой ситуации начинаешь волей-неволей верить всему и надеяться на все. Страшно потерять единственного близкого на этой чертовой планете человека. Может, где-то на звездах почувствуют этот ужасный, почти животный страх? И Кит нашел Широ. Нашел, хотя и не в лучшем состоянии. Нашел, а потом полетел вместе с ним к этим звездам, на которые смотрел недавно. Они не вызывали уже такого отторжения, но продолжали манить к себе и заставлять испытывать что-то странное и противоречивое. Но Кит старался не думать об этом. Он вообще пытался разграничить эту прошлую жизнь, где он сначала был одиноким ребенком, а потом, найдя близкого человека, потерял и его, и эту, где он пилотирует какого-то здорового льва и вместе с Широ спасает Вселенную. Но когда Широ пропал снова, разграничивать уже не получалось. Все, словно заведенные, говорили о спасении Вселенной, о том, что Кит должен занять место Такаши, о том, как заставить народ поверить в Вольтрон, еще о какой-то правильной, но такой раздражающей ерунде, а Кит… Что Кит? Кита снова тошнило от вида космоса, Кит не считал себя достойным заменить Широ, да и эта замена означала бы то, что он перестал верить в его возвращение, Кит уже сам не верил в Вольтрон и в то, что он может кого-то там спасти и защитить. И все это превращалось в какой-то день сурка: Широ пропадал, Когане пытался найти его и бесцельно смотрел на звезды, как в прошлом, и отчаянно, кусая губы, загадывал одно и то же желание, Широ возвращался, и… Снова. И снова. И снова. Казалось, будто сколько звезд — столько и придется это пережить. Но лучше, чтобы это продолжалось, чем оборвалось окончательной потерей. Широ вернулся, опять сам не свой и опять немного потрепанный, но Кит почувствовал себя спокойно. Он перебирал его волосы и осторожно состригал их, думая о том, что опять все наладилось, но понимая, что старая история может и повториться. И она повторилась, просто с иного ракурса. Теперь Кит уходил. Но это было не так тяжело, по крайней мере, потому, что в Клинках Марморы не было времени, сил и ресурса на то, чтобы переживать о чем-то и скучать. Тосковать Кит все равно временами умудрялся, но это было терпимо. А когда он нашел свою маму и начал сближаться с ней, пока они проводили время на той планете со странным течением времени, он много говорил о Широ. Кит описывал его внешность, повадки, характер, их взаимоотношения, их знакомство. Он рассказывал и о той ночи под звездным небом, когда оба загадали желание. Киту было интересно, что тогда загадал Широ, но он старался не думать об этом: ему это казалось каким-то вторжением в личное пространство. Мама предложила загадать желание. Опять. Она считала это немного странным, но все равно вдохновилась и предложила. Кит был не против. Но желание было практически таким же. На этой планете времени на то, чтобы скучать по Широ, было предостаточно. Желание снова исполнилось, но в какой-то извращенной форме. В голове Кита не укладывалось, что Широ, который был с ним это время, по которому он скучал — это не совсем тот Широ, хотя он и был так же дорог и близок. Кит не мог относиться к Курону как к бездушной подделке, обычному клону, нет. Курон оказался таким же родным, и поэтому признание во время битвы звучало так отчаянно, и поэтому было так сложно смириться с его смертью. Точно так же было тяжело осознать факт, что Широ, настоящий Широ, давно уже мертв, а Кит об этом просто не знал. Даже не почувствовал. Но его возвращение помогло боли утихнуть, а воспоминаниям о Куроне — стать более далекими и расплывчатыми. Но, знаете, когда один раз теряешь человека чуть ли не навсегда, то во второй раз его уже не отпустишь. Не потеряешь. Не расстанешься. Пусть хоть вся Вселенная рухнет, но эту череду пропаж одного, самого дорогого и близкого человека, нужно прервать. Факт осознания смерти был слишком тяжел для осознания, да и гибель Курона Кит никак не мог забыть. Да, это клон, но он ведь почти как Широ. Он буквально Широ. Он ощущал себя Широ. И череда прервалась. Может, сама по себе. А, может, Кит и Широ что-то для этого сделали. А, может, звезды услышали из раза в раз, из года в год повторяющееся желание.  — Кит, помнишь, как мы еще до моего отлета сидели и смотрели на звезды? Я предлагал загадать желание, а ты упирался, но потом загадал, — Широ посмотрел на Кита и тепло улыбнулся, — Оно исполнилось?  — Можно сказать, что да, — ответил он, немного погодя, — Очень нескоро, но исполнилось. Поэтому я не знаю, верить ли во все это.  — Мое тоже исполнилось, но тоже не сразу, — Широ посмотрел на небо, — Но, раз оно действительно исполнилось, то, наверное, о них можно говорить.  — Что загадал ты? — с нетерпением спросил Кит. Его терзало любопытство, хотя он и догадывался, каков будет ответ.  — Я попросил покоя рядом с тобой, — честно ответил Широ, — Я не стал просить выздоровления или удачного исхода миссии. Мне просто хотелось снова увидеть тебя и быть счастливым. И делать счастливым тебя, если у меня получится. В душе что-то екнуло, а в горле будто застрял комок. Кит отвел взгляд, а потом лег на плечо Широ и коснулся его руки.  — Полагаю, ты загадал что-то похожее, — Такаши улыбнулся.  — Почти. Я просто загадал, чтобы ты вернулся и был со мной. Каждый чертов раз, когда я смотрел на небо, а тебя не было, я повторял это желание. Нависло молчание. Широ поцеловал Кита в макушку.  — Видимо, звезды правда нас услышали? Но, знаешь, наверное, лучше завязать с этими желаниями. Они исполняются, но не всегда так, как нам бы этого хотелось, — сказал он, решив нарушить тишину.  — А и загадывать больше нечего. У меня сейчас есть все, о чем я мог мечтать, — ответил Кит, прижимаясь к Широ сильнее, так, будто боится отпустить и опять потерять. Звездное небо проложило быть завораживающим, звездопад — красивым, воспоминания — болезненными и светлыми одновременно. Но желания ни Широ, ни Кит больше не загадывали. Может, потому что все у них и так уже было, может, потому, что эти самые воспоминания мешали, а, может, из-за мистического страха, что желания могут начать исполняться не так, как нужно. А, может, по всем этим причинам разом. Но иногда они оба не спали всю ночь, чтобы посидеть рядом, держась за руки, и посмотреть на эти безграничные просторы Вселенной.