Сайт знакомств

      Каждое новое воспоминание о вчерашнем вечере заставляло меня содрогаться. Изнутри разрывало ощущение стыда, сожаления и... чего там ещё можно испытывать, когда обломал кому-то секс.       Самое паршивое, что я до сих пор не мог справиться с этим, да и Уилл совсем не помогал. Вчера, когда я пришёл в комнату в середине ночи, мне было так херово, что я не видел ничего и никого, кроме себя. Я даже не увидел, что Браун притащил к себе какую-то девчонку и они кувыркались в его кровати до момента, пока я не включил свет. Уилл покрывал меня благим матом, говорил про личные границы или что-то, вроде "научись стучать", но я, — верите, нет? — вообще не слушал. Молча выпотрошил шкаф, набрал себе кучу одежды и пошёл в душ, чтобы после полуторачасовой дороги, наконец, смыть с себя свой же позор. Причём, во всех смыслах этой фразы.       Сегодня с утра Уилл, глядя на мою кислую физиономию, снова сменил гнев на милость. С трудом, конечно, но он выпытал из меня рассказ о моих ночных похождениях, да я и сам планировал рассказать. Уилл Браун — далеко не мой кореш, которому я бы доверял все подряд, но здесь мне определённо был нужен совет. Я рассказал, что дело так и не дошло, что я зассал, как придурок, и, что Джей, походу, теперь точно пошлёт меня на хер. К сожалению, не на свой.       Мозг был занят мыслями обо всем подряд. Только сейчас до меня начали доходить простые истины: вчера я впервые поцеловал парня, впервые дело зашло дальше невинных объятий или того же сраного поцелуя; вчера я в прямом смысле научился целоваться, и теперь представить страшно, что чувствовали все мои бывшие во время обжиманий.       Наверное, что-то плохое, поэтому они и бывшие.       А ещё вчера мне показалось, что Дог хочет меня. Ну, как бы, не то чтобы я сомневался — судя по его внушительному достоинству, что сбивало меня с толку каждый раз, когда задевало моё тело, он действительно хотел секса не меньше моего. Я слышал, что те, кто уже занимался этим, с трудом переносят воздержание. И да, Джей сам сказал, что у него были и девушки, и парни, но кто знает, было ли у них то, до чего мы не дошли вчера? — И что мне теперь делать? Зачем я вообще сказал, что "после такого" вряд ли позвоню? Идиот. Он теперь, сто пудов, думает, что дело в нем! — Да забей, Мурильо. Он уже думать о тебе забыл. – Хмыкнул Браун и, заметив, похоже, что я конкретно расклеился, бросил в меня подушку. Больно, больно. Но знать, что мои деньги будут уплывать в чужие карманы, больнее. — Может, сходим куда-нибудь?       Я вскинул брови и бросил на соседа презрительный взгляд. Самый настоящий гад, он ведь знает, что сейчас ко мне лучше не лезть. — Я имел в виду, зависнем в каком-нибудь баре. Выпьем. Парни звали нас сегодня. Может, и познакомишься с кем, кстати. — К какой стати, Уилл? – ей-богу, у меня было ощущение, что я вот-вот заплачу. — Они звали, чтобы у меня не было времени выигрывать. Уж я-то знаю, что вы там трещите, когда меня рядом нет. — Дэн... — Отъебись, Браун. Я знаю, что вы делаете ставки. Но тот, кто поставил на проигрыш, облажается...       Уилл как-то виновато посмотрел на меня, но ничего не сказал и только пожал плечами. Ладно, хоть не стал врать и отговаривать, мол, "чувак, это не то, что ты подумал". — Окей, пойду без тебя. Скажу, что хреново после очередной клевой ночи в клубе. – Я смягчился и в ответ бросил в соседа его же подушку. — Слушай, ну, жалко, что все обломалось с этим Догом. Ты ж так готовился... Стой, ты же готовился?       Я приподнял одну бровь и внимательно посмотрел на Уилла. С минуту мы пялились друг на друга, и не знаю, о чем думал он, но я думал только: почему Уилл Браун, самый невозмутимый человек из всех, кого я видел, так переживает за мои отношения с каким-то мужиком? Да это даже не отношения. Нет, я знаю, что он переживает за меня и мои деньги, но... он так спокойно говорит о моих "предпочтениях", как будто обсуждает погоду на завтра. Не сказать, что я хотел, чтобы он сейчас разжег костёр и бросил меня в него за мужеложство, но и смотреть, как спокойно он реагирует, тоже не кайф. — Дэн, ты хоть знаешь, как это бывает?.. — Ой, брось. Мы оба знаем, что я смотрю поучительные фильмы. — Мурильо, порнуха не энциклопедия. – Уилл лениво всплеснул руками. — Там не показывают и половины того, что на самом деле происходит. Ну... Или должно происходить.       Я только открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же осекся. Странно, что Браун так настаивает на какой-то там подготовке, и я в душе не ебу, что он имеет в виду, но интерес во мне загорелся олимпийским пламенем. — Так, ладно. Пока я иду извиняться перед дамой за сегодняшний проеб, можешь взять мой ноут. Только, — ради бога! — удали историю после себя. Я умоляю, удали. Иначе я не буду спать ещё пару недель, как минимум.       Я усмехнулся и коротко поблагодарил соседа. Ага, так же коротко, как у меня это вчера и было...       С нетерпением дождавшись, пока Уилл свалит из комнаты, я скорее потянулся за его ноутбуком и, включив, открыл браузер. Стыдно представить, как то, чем я собирался заняться, выглядело со стороны. И я не про секс с парнем из интернета, а про запросы по типу "как подготовиться к сексу с парнем?" и так далее, и тому подобное. Глядя сквозь пальцы на экран, я щелкал разные ссылки и с трудом постигал искусство библейских грехов. Признаться, моё лицо от удивления вытягивалось так сильно, что я пришёл в себя только в момент, когда почувствовал, что через секунду сломаю себе челюсть.       Фу. Пальцами. И прямо... черт, к такому я был даже морально не готов. Нет, я прекрасно знаю, как парни трахаются с парнями, но... Да, Уилл был прав, когда сказал, что в порнухе все не так, как в жизни. Я знал про резинки, про смазку, ею, вроде, все пользуются. Но о том, что что-то куда-то нужно совать, чтобы в дальнейшем избавиться от крышесносной боли или травм, даже представить не мог. И все-таки, хорошо, что вчера все закончилось так, как закончилось. Если бы вдруг обнаружилось, что я не готов к тому, о чем капал на мозг Деккеру круглые сутки, это имело бы куда более катастрофические последствия. — Надо позвонить ему.       Мало того, что я второй день периодически разговариваю сам с собой, так ещё и в контексте происходящего данная фраза прозвучала не очень-то уместно. Но позвонить Джею я хотел не с целью рассказать о полученных обширных знаниях в этой области, а с целью извиниться и попросить... дать ещё шанс? Просто я так жёстко отшил его вчера, да ещё и сказал, что "после такого, вряд ли" позвоню. Придурок, ничего не скажешь... А Дог, может, и не такой закомплексованный и взвинченный, как я, но будь я на его месте — точно бы принял на свой счёт.       Сегодня выходной, а это значит, что Джей может быть свободен весь день. Не знаю, какой у него там график работы, но, собственно, мне по барабану. После того, как я заявился к нему на Манхэттен в одиннадцать вечера, мне уже ничего не страшно. К тому же, я уверен, что сегодня все получится.       Только-только я потянулся за мобильником, чтобы набрать номер, как меня переклинило. То есть, сейчас я собираюсь звонить ему и напрашиваться на очередную встречу, а после иду в душ применять свои теоретические знания на практике. Неужели мне с самого начала не показалось это странным? Или сначала я все сделаю, а потом позвоню ему, мол, "бери меня, я сдаюсь"? Фу, нет, это ещё более странно. Но мятые купюры, лежащие на столе, так жалобно посмотрели на меня, что я решил не медлить. В конце концов, сам же сказал, что не люблю тянуть кота за яйца. — Привет... — Джей, привет. — Сейчас я не могу говорить, но, если у вас что-то срочное, можете позвонить в мой офис по номеру... Или оставить сообщение. – Голос Деккера продиктовал номер офисного телефона, а после раздался сигнал.       Я фыркнул и откинул телефон в сторону, утыкаясь носом в подушку. Благо, гусиные перья хорошо заглушали крики моего отчаяния. Неужели он уже заблокировал мой номер? Или специально не отвечал, хотя видел, что я звоню? Черт, Деккер, не думал, что ты можешь вести себя так по-детски... Подумал человек, который выхлебал полбутылки виски, думая, что клин клином вышибают.       Ладно, дубль два. На этот раз он точно ответит...       Мудак. Я был о нем лучшего мнения. После пары гудков снова послышался его неземной голос, прозвучал писк автоответчика, и я, вдруг, подумал: может, у него совещание? Хотя... ой, да прям. Совещание у него. Вчера, когда он чуть не трахнул меня около полуночи, было не похоже, что у него с утра совещание. Значит, либо он спит, либо отвисается на работе. В выходной по непонятным причинам.       Нахмурив брови, я хитро усмехнулся самому себе, в очередной раз пытаясь дозвониться Догу. Но теперь, зная, что делать дальше, я нарочно прослушал и напечатал номер офиса в поисковой строке. Конечно, я не придурок, чтобы гуглить манхэттенский офис, — я просто записал цифры, чтобы набрать их и ждать ответа. — Здравствуйте. Компания "Нью-Йорк Консалт центр". Чем могу помочь? – раздался на том конце провода ровный женский голос. Я прищурился и презрительно фыркнул: интересно, что в его кабинете делает женщина? — Здравствуйте, мне нужен Деккер. — Простите?.. — Прощаю. – Совершенно серьёзным тоном ответил я. Все-таки, я дебил, а не стервозная сучка. — Говорю: мне надо поговорить с Деккером. Это же он у вас там собеседования проводит? — Сэр, на ближайшую неделю график собеседований переполнен. – Я ударил себя по лбу. Как можно не догадаться, что у начальника есть секретарша? — Мистер Деккер сейчас в своём кабинете. Ему что-то передать? — Дело в том, что "мистер Деккер" не отвечает на личный телефон. — Он сейчас немного занят. — Так отвлеките. Я тоже занят, но отвлёкся же, чтобы ему позвонить, так? У меня срочный разговор, пожалуйста, мэм. Вы можете связать меня с ним? — Подождите минуту...       Девушка, кажется, прикрыла ладонью трубку или просто убрала её от уха, чтобы не слышать моего саркастичного тона. Я слышал, как она что-то сказала, вроде "вам звонит какой-то, спрашивает то-то", а потом снова переключилась на меня и сказала, что Дог согласен. Господи, да неужели?! Наверное, он просто не догадался, кто ещё может нагрубить его секретарше, звоня в офис в десять утра. — Алло? — Привет, мистер Деккер.       На этой прекрасной ноте моя уверенность укатилась в ебеня, и я замолчал. Чудом вспомнил, что вчера нашкодил, как мелкий пацан, и быстро скрылся с места кошмарного преступления. — Зачем ты звонишь в офис? — Ты не отвечал на мобильный, я подумал, что ты занят и надо тебя отвлечь. И да, твоя секретарша очень нудная... Мы можем поговорить?       Деккер помолчал пару минут, и я чего только не сделал в ожидании, пока он родит. Наконец, мужчина вздохнул и сказал: — Я перезвоню со своего.       Мое сердце пропустило удар, и я сбросил звонок. Сложилось ощущение, словно я ждал свою маму со встречи с учителем, а на деле тупо переживал по поводу звонка. Наконец, над ухом заиграл любимый рингтон, и я тут же ответил, подумав, что можно было бы, на самом деле, и подождать. — Моя "нудная секретарша" услышала, что ты сказал. Будь аккуратнее с офисной связью. – Хмыкнул Джей, и я немного успокоился. Тем не менее, в его голосе слышалось расстройство. — О чем ты хотел поговорить, Дэнни? — Например, о том, что вчера случилось. — Даже не знаю, что тут можно сказать. — Да ладно, не скромничай, Деккер. Вообще, я... хотел извиниться. Знаю, что так сливаются только придурки, но, вообще-то, ты тоже мог бы... — Мог бы что? – мурлыкнул он. Я буквально сквозь телефон видел эту его хитрую ухмылочку. — Ты сам дал понять, что хочешь этого. — Да, хочу. Но ты ломаешься, как девственник.       Ох, кто бы говорил.       Джей хотел что-то сказать, но запнулся. И как же мне нравилось вгонять его в ступор своей бесшабашностью. Эта тактика за последние несколько дней буквально стала моей постоянной дозой героина, а уж видеть и гадать, что в ответ выкинет Джей-Дог, было чем-то возвышенным. — Ты слишком давишь на мою психику, Дэнни. — Если бы тебе это не нравилось, ты бы послал меня. Не так ли? — Конечно. — Значит, делаю вывод, что ты просто мазохист...       Дог посмеялся в трубку, и я тоже не сдержал улыбки. Невероятно, какой бред человек может нести в присутствии другого человека. — Ну, раз больше нет проблем, мы могли бы встретиться на днях.       На сей раз настала моя очередь впасть в ступор. "Раз больше нет проблем". Интересно, какую проблему он видел в нашей связи? Ну, вообще-то, я приставал к нему и это он ломался. — Например, сегодня? – по-моему, Джорел уже привык к тому, что у меня безумно узкие временные рамки, поэтому спустя пару резонных аргументов согласился.

***

      Я пришёл в душевую и простоял перед зеркалом минут десять, пытаясь вдуплить в то, что мне придётся сделать. Я понимал, что, если не подготовиться, я опозорюсь так, как ещё никогда не позорился, но, черт, это же больно. И противно. И больно.       В мозгах я прокручивал все, что прочитал в интернете. Как и просил Уилл, удалил после себя всю историю браузера, а после стоял голый и пялился на себя в зеркало. Не то чтобы я удивлялся, как Деккер смог вообще захотеть такого, как я, (да и не факт, что он хотел), но тело у меня было далеко не идеальным.       Последующие полчаса, если не больше, я убеждал себя, что это все — моё тело, что мне не нужно стыдиться или бояться прикасаться к себе, ну, и все подобное дерьмо. И, блять, я вас уверяю: это не столько больно, сколько неприятно. Наверное, я сделал все правильно, и слава богу, поэтому мне не пришлось корчиться от непонятных ощущений, испытываемых где-то в области задницы. Со стороны могло выглядеть жутко, согласен, но я клянусь, что от моего лица это выглядело пиздец как непонятно. И, если Дог не оценит моих стараний или мне сегодня ничего не обломится, я просто оторву ему голову и выброшу в окно.       Осознав, что на протяжении часа непонятно чем занимался в душе, я спустился с небес на землю и странноватой походкой двинулся обратно в комнату. После пережитого стресса мне, определённо, нужен был отдых. Ниже поясницы все болело, и периодически я все ещё чувствовал фантомную боль в одном конкретном месте. Нет, скорее всего, я все сделал неправильно...       Уилл не вернулся от своей дамы, но я не расстроился, даже наоборот. Лёг на свою кровать и закрыл глаза, мысленно представил, что все, что я делаю, из-за спора. Странно, что я задумался об этом, но факт остаётся фактом: дело не только в нем. И я не говорю про эту чрезмерно сексуальную гору тестостерона, которая сейчас просиживала задницу на Манхэттене, — я говорю о личном интересе. Во всей этой ситуации мне и самому любопытно, каково это все. Так сказать, решил вывернуть наизнанку все порнушные сюжеты. Прямо-таки порно-ревизор.       С этими мыслями я погрузился в долгий и расслабляющий сон и проснулся уже далеко после обеда. Первым делом проверив телефон, я обнаружил, что на часах пять с маленьким хвостом, и, если не ошибаюсь, Джей обещал заехать в шесть. Я резво вскочил с кровати, что было моей величайшей ошибкой в жизни, и, прихрамывая, подошёл к шкафу. — Тебе что, по хребту прописали, пока я уходил? – Браун возник из ниоткуда, и я от испуга аж подскочил. Оказалось, он сидел на своей кровати и что-то читал. — Нет, просто... спина заболела. Спал долго. — Ну, и? Как успехи? — Я звонил ему с утра, – я пожал плечами, параллельно выискивая приличную одежду.       Уилл потребовал объяснений, и я поведал, как было дело. Ему понравилась моя реплика про занятость, и он похвалил меня, назвав "самым находчивым геем из всех, кого он встречал". Похвала мне была ни к чему, конечно, я ведь знал, что все эти нонсенсы от небольшого ума, но поделать с собой ничего не мог. На глаза попалась красная рубашка, моя любимая, в клетку, а я слышал, что красный — цвет страсти. А ещё он вызывает голод... нет, ну к черту, ещё не хватало, чтобы он жрать захотел, когда будет тащить меня в кровать. Может, что-то серое? Я перерыл половину ящиков в поисках чего-то такого и, пока искал, снова передумал.       В общем, выбрав наугад то, что не надо гладить и стирать, я оделся и глянул в зеркало. Внешний вид оставлял желать лучшего, так что я схватился за расческу, что делал, в принципе, не часто. Так что, Джей-Дог, представь, на какие жертвы я иду ради тебя!       В тысячный раз слыша вслед пожелания удачи от Уилла, я закатил глаза и нервно вздохнул. Чувствовал себя, на самом деле, очень противоречиво, так как не знал, радоваться или плакать. Но другого выбора мои любимые друзья мне не оставили, поэтому сейчас, выходя из общежития с рюкзаком через плечо, я остановился у ворот и пошёл в сторону выезда из кампуса. Мельком я думал о том, что знаю Дога уже несколько дней и он ни разу сам не затащил меня в койку, хотя, судя по вчерашнему, очень хотел. Я вообще до сих пор не понимал, почему он со мной возится: отвечает на звонки, куда-то приглашает, учит... целоваться. Блин, нет! Я не хочу думать, что нравлюсь ему. Подумаешь, какой-то озабоченный студентик... пусть лучше считает, что мне нужны деньги.       Когда я по привычке залез на пассажирское сиденье чёрного "БМВ", Джей не сказал ни слова. Мне стало не по себе. Неужели он что-то узнал? Бизнесмены такие хитрые. Они могут даже нанять частного детектива. Боже... а вдруг, за мной кто-то следил или подслушал наш разговор с Уиллом? На мне что, жучок?       Меня на секунду прошиб холодный пот, но я быстро совладал с собой. В любом случае, если Дог злится, то сможет оторваться на мне буквально через пару десятков минут.       Даже в его доме, когда мы поднимались на лифте и стояли в коридоре, этот мужик остался непреклонен. Конечно, он джентльмен, жестом показал, что я могу войти первым, и, как только дверь закрылась, резко скинул с меня рюкзак и принялся целовать. Его рывки получались слишком резкими, поцелуи — смазанными и совсем, я вам скажу, не возбуждающими. Я на секунду засомневался, того ли Дога привёл к Догу домой. Я прижался спиной к двери и старался отвлечься на его руки, которые оглаживали моё тело под рубашкой. Джорел прижимался своими бёдрами к моим, дышал на ухо, как зверь, но эти дебильные подростковые обсасывания сбивали меня с толку. — Фу, Деккер! – все-таки не выдержал я и чуть оттолкнул его. Всё лицо было в слюнях, ужас. — Что за вульгарщина?! Я что тебе, фруктовый лёд?       Сначала раскрасневшаяся физиономия Джея казалась озадаченной, но потом, словно даже стыдясь, он опустил взгляд и усмехнулся. Напомню, что нижняя часть его тела по-прежнему прижималась ко мне. — Всему-то тебя надо учить.       Джей решил сменить тактику и взял меня за руку, проводя в спальню. Адреналин, бушующий в крови и накрывающий девятым валом, заставлял ноги подкашиваться, а руки — трястись. Как только мы дошли, Дог аккуратно закрыл дверь, подошёл ко мне со спины и нежно обнял за талию, тут же находя пальцами оголенные участки тела. Я вздрогнул, машинально подавшись навстречу его прикосновениям, и чуть откинул голову назад. Дыхание учащалось, пока я терял контроль над собой, и не знаю, удобно ли было Догу расстегивать пуговицы, но я разумно решил помочь. С трудом выбранная темно-синяя рубашка полетела в сторону, я развернулся и обхватил ладонями шею Джорела, втягивая его в долгий поцелуй. Мне кажется, для парня, в девятнадцать лет ни разу не занимавшегося сексом, я был неплох.       Он маленькими шагами приблизил нас к кровати и отстранился, и тогда я, не теряя ни секунды, стянул с него пиджак. Боже, я мысленно умирал каждый гребаный раз, когда видел или представлял Джея в костюме, а теперь стою и сам снимаю все эти тряпки с его офигенного тела. Я расстегивал пуговицы одну за одной, пожирая голодным взглядом все, что попадало в поле зрения, а через пару секунд Дог прижался ко мне и снова поцеловал, медленно толкая на кровать. Где-то глубоко внутри снова появилось сомнение, но, черт возьми, я буду самым конченым идиотом, если сольюсь сейчас. Я столько ждал, и теперь сам Джорел Деккер избавляет меня от одежды на своей же кровати.       Лёжа в ожидании, пока он снимет с себя штаны, я закрывал и открывал глаза, параллельно ещё пытаясь избавиться от шума в ушах. Эмоции и чувства мешались в одну кучу, и я не мог совладать с собой, пока Джей стягивал с меня джинсы. Когда мы оба оказались в одном только белье, он навис надо мной и, целуя куда-то в грудь, принялся гладить мои бедра. Черт. Я почти голый. Он почти голый. Честное слово, кроме себя и порно-актеров, я никогда и никого не видел голым. А у Дога ещё и встал, и, судя по размерам того, что встало, будет больно. — Опять боишься? – с придыханием произнёс Джорел. Я снова вздрогнул и спустя секунду понял, что уже раздвинул перед ним ноги. Ну, блин, я не романтик — не знаю, как ещё сказать о том, что он лёг между моих ног и вовсю прижимался своим достоинством к моей заднице.       Мозги поплыли вместе со всем остальным, и я предпочёл просто поддаваться ласкам. Заставило меня напрячься то, что Джей начал стягивать с меня боксеры, но нет, я никогда не думал, что сексом можно заниматься в одежде. Просто очередное осознание происходящего ударило в голову. Я закусил губу и посмотрел на Деккера, ещё не желая встречаться с ним взглядом, но ждать, пока он передумает, тоже не хотел. Слабыми движениями намекнув, что хочу выползти из-под его туши, я встал на колени и повернулся спиной. Джей издал тихий смешок, (я прекрасно это слышал, как всегда), но не стал возмущаться. Я также слышал, как он снимает с себя последнее, и, — черт меня дери, — так хотел на это посмотреть, что еле подобрал слюни.       В буквальном смысле данной фразы, кончить, как вчера, совершенно не хотелось. Несмотря на страх и риск снова все обломать, я чуть ли не выл от удовольствия, а Дог времени не терял и продолжал готовить нас к долгожданному сексу. Теперь я точно знал, что он тоже хотел этого. Спальня Деккера на сегодняшний вечер превратилась в какую-то феромоновую камеру, с меня сошло три пота, прежде чем я, вспомнив метод пересчёта американских президентов, принялся перечислять.       Шорох рвущегося пакетика, цоканье крышки от тюбика со смазкой, невозможно громкое дыхание гребаного Джорела Деккера над ухом — естественно, что при таких обстоятельствах я остановился на Вашингтоне. Уперев обе руки в изголовье кровати, я чуть наклонился, неловко выпятив зад навстречу Догу, и прикрыл глаза. Вдруг, сильная рука Джея обхватила меня поперёк груди, и я чуть не задохнулся в своём же стоне. Он не спрашивал, готов ли я, не предупреждал, что будет больно или наоборот, — этот гад просто медленно вошёл в меня, утыкаясь носом в мои волосы. И я не знаю, он вогнал в меня свой здоровенный член целиком или только наполовину, но боль была такой адской, что при малейших движениях я вскрикивал.       Да, дурак. Да, сам виноват. И в том, что оказался здесь, и в том, что проспорил, и в том, что теперь, блять, Джей думает, что я уже делал это раньше. Он продолжал медленно толкаться в моё тело, и я чувствовал его, якобы, успокаивающие поцелуи то на затылке, то на шее, то на спине и плечах. От напряжения начала раскалываться голова, я сжимал пальцами деревяшку до того сильно, что костяшки побелели, а зубами, секундой больше, тут же откусил бы себе губу. И я понимал, что на деле сей процесс происходит довольно быстро, но, чувствуя тошнотворную боль, был убеждён, что эта пытка длится вечность.       Я старался хоть на секунду перекрыть боль возбуждением, вспоминал, чего добился за прошедшие несколько дней. Поспорил на бухло и девственность, познакомился с мужиком старше меня на двенадцать лет, затащил его в постель и выиграл спор. Очень захватывающе.       Какой же ты, Мурильо, идиот.       Еще я пытался думать о том, что моим "первым" стал именно Джей, а не какой-нибудь торгаш из дешёвого клуба или обдолбанный выпускник. Пытался думать о том, что он обращался со мной так хорошо, как никто бы точно не смог, и, если бы знал, что я девственник, даже наш секс прошёл бы идеально.       Нащупав его ладонь своей, я машинально сплел наши пальцы и сильно сжал их, ведя руки ниже и ниже. Дог смекнул, что я хочу от него получить, и внезапно резко двинул бёдрами, заставляя меня вскрикнуть. Не застонать, как шлюха-симулянтка, а именно заорать, и то ли от боли, то ли от призрачного удовольствия. Одна его рука мягко легла мне на спину, заставляя немного прогнуться, а вторая все ещё интригующе балансировала где-то в районе паха. Я продолжал часто дышать, иногда мои вдохи граничили со стонами, а Деккер начал набирать темп. От боли и чего-то ещё, отдалённо похожего на приближающийся оргазм, я зажмурился. На глазах выступили слезы. Очень хотелось попросить прекратить, но я не мог. И буквально через несколько секунд Дог сделал финальный толчок, громко и горячо произнеся моё имя. Я, честно, чуть не кончил от такого эпизода, но долго продержаться все равно было не суждено: снова прижимаясь грудью к моей спине, Джорел обхватил мой член пальцами, и я охнул. Затем он начал водить рукой вверх и вниз, а я тихо проскулил. Слезы медленно текли по щекам, но теперь мне было чертовски приятно. Ага, так, что я аж заплакал, пиздец. И не прошло чёртовых десяти секунд, прежде чем моё тело содрогнулось в удовольствии, и я излился в руку Деккера.       Джей аккуратно вышел из меня, а я, ойкнув, внезапно для себя понял, что не могу пошевелиться. Дрожащими руками я пытался оттолкнуться от изголовья кровати, но локти подкосились. Клянусь, моим криком можно было оглушить всю рыбу, будь я где-нибудь на рыбалке. Джей в это время лежал на другой половине кровати и переводил дух, но, похоже, испугался, услышав мат. Я чувствовал удушение, тошноту, мне реально было херово. И болела, как я думал, не только задница, а все на свете, от головы и до кончиков пальцев. — Дэнни, все нормально? – было бы странно спросить такое после секса в другой ситуации, но в этой, на самом деле, я такого вопроса очень ждал. Дог нехотя приподнялся на кровати, что-то взял с тумбочки и включил свет в комнате. Я зажмурился, на автомате прикрывая весь стыд и срам одеялом, но движений-то своих особо не чувствовал. Всё моё тело тупо пребывало в шоке. — Ты весь... бледный какой-то. Принести воды?       Я бы, честно, и сам принёс. Но я сидеть-то не могу, чувак, так что да, будь добр. Медленно кивнув, я смотрел куда-то сквозь стену и пытался смягчить боль. Пробовал лечь — не получалось, пробовал встать — лучше бы не пробовал. Бляха-муха, я испробовал все, чтобы сделать что-то самостоятельно, но боль в заднице браковала мои ничтожные попытки. Деккер вернулся очень быстро и молча протянул мне стакан, присаживаясь рядом. Теперь я краем глаза заметил, что он все ещё красный, как помидор, а его взъерошенные волосы пропитались влагой. Ох, Деккер, теперь я точно не смогу смотреть тебе в глаза. — Я даже не буду спрашивать, почему после секса тебя трясёт, как ненормального. – Как-то по-отцовски строго произнёс мужчина. — Только не начинай нотации, – я поморщился и отвернул голову, но Дог удивил, схватив меня за подбородок и развернув к себе. — Ты либо извращенец, либо самый глупый парень на земле. Зачем тебе понадобилось вытворять такое? — Как будто ты не понимал, что это в первый раз, – психанул я, с некой злостью отпихивая руку Джея от себя. И, судя по тому, как вытянулось его лицо, он не понимал. Господи... Избавь меня от объяснений.       Спустя несколько минут моего упорного молчания Деккер выпытал из меня всю правду. Ну, я и сам ведь планировал рассказать, да? Да что толку мне вообще молчать и ломаться, если в итоге я выкладываю все карты на стол? Интриган херов. Нервно подергивая пальцами края одеяла, иногда хмуря брови, очень часто матерясь, я рассказал свою ситуацию от и до. Где-то он тихо смеялся, где-то, кажется, злился, но мне было, черт возьми, так страшно, что кровь снова отлила от мозга и я казался бледным, как чёртов труп. В конце концов, из-за Джея над нами нависло огромное угрожающее облако интриги. Он ничего не ответил, а я и не рвался узнать, что он думает, поэтому, не глядя по сторонам, начал предпринимать новые попытки встать. На часах я заметил время: семь часов.       Видимо, эта ночь будет долгой.       И не в том смысле, который хотелось бы иметь в виду.