Это была случайность

Вот уже как целую неделю Джон Ватсон выходил из дома на работу в одно и то же время. Не потому, что он всегда опаздывал, а теперь дал себе слово приходить вовремя, нет. Доктор всегда приходил в больницу еще задолго до начала смены, чтобы не спеша подготовить себя и свое рабочее место к приему, а еще попить кофе, поболтать с санитаркой миссис Кэрри, у которой постоянно находилось в запасе несколько смешных историй с участием ее пятерых детей и мужа. Вообще Кэрри – это потрясающая женщина афроамериканка сорока лет с очень интересной жизнью и внешностью. Она любила яркие накладные ногти, наращенные ресницы, золотые кольца в ушах и блески для губ. О ней можно было бы написать целую книгу, но сейчас рассказ не о ней. Все, что нужно знать на данный момент, так это то, что нашему доктору всегда было с кем поговорить – она была своим человеком, настоящим другом. Как было сказано ранее, причина, по которой Джон Ватсон начал выходить из дома еще раньше, чем положено, заключалась в другом. Эта встреча могла и не произойти, но ничто в жизни не бывает случайно. Каждая встреча, каждый поступок уже предрешен, мы все словно герои книги, у которой есть начало и... конец. Бывает, что спустя года автор возвращается к своей истории, пишет продолжение обожаемой читателями книги, возвращает любимых персонажей. Но зачастую что-то идет не по плану и этот камбек оказывается провальным, а зрители разочаровываются и обвиняют автора в том, что написал такое «поганое» продолжение и лучше бы вообще он его не делал, кто его вообще просил, как он посмел... Здесь можно лишь развести руками и усвоить одно правило - все должно быть в меру - всему своё место и время. Все началось с того, что Джон Хэмиш Ватсон забыл купить батарейки для своих кухонных часов. И эта забывчивость положила начало… А не скажу чему. Сами все увидите. Кто вообще придумал эти часы? Да еще на батарейках. Вот раньше вставали с петухами и ничего. Хотя, это же Лондон и петухами здесь даже и не пахнет. Хотя подождите, вру, пахнет. Только из соседней забегаловки «Цыпа дяди Тома», в которой продаются куры гриль и еще кое-что, но уже совсем не куриное и совсем не разрешенное на территории Англии. Хотя в народе ходят слухи, что куриный помет в этом запрещенном присутствует. Довольно о петухах, мы в современной Англии и нам нужны батарейки. Точнее не нам, а Джону, который благополучно после смены прошёл мимо ларька с электроникой, потому что шел дождь, а зонт был забыт на работе. Забыт так же, как и мысль о том, что батарейку купить все-же надо. - Ну давай, открывайся, - входная дверь не всегда поддавалась с первого раза, поэтому приходилось помучиться, - Фух… Дверь распахнулась и Джон, быстро скинув ботинки и захлопнув за собой злосчастную дверь, побежал в уборную. Согласитесь, что миссис Кэрри была права, когда говорила доктору, что вторая чашка кофе перед долгой дорогой домой была лишней. После туалета Джон ощутимо согрелся и понял, что хочет есть. Дальше все было как обычно: ужин, мойка посуды, чтение книги, легкая вечерняя тренировка, душ и сон. Телевизора у Джона не было, так как ни политикой, ни тупыми вечерними шоу он не интересовался. Обычно за ночь Джон просыпается два раза – старая армейская привычка. Раньше в такие моменты он обходил территорию лагеря и проверял, все ли в порядке. Сейчас же он заменил их на ночной поход в туалет, а ближе к утру – выпить стакан воды. В то утро Джон в полусонном состоянии налил себе воды, а пока пил, краем глаза решил проверить, сколько же сейчас времени. И поперхнулся. Так как на часах было уже почти девять, а чтобы успеть вовремя, ему нужно было выйти из дома еще час назад. Как вы догадались, часы остановились на без двенадцати девять еще вчера вечером, как раз в тот момент, когда доктор перешагнул порог кухни после плотного ужина. Случайности не случайны, помните? - Черт, черт, черт, - Джон почти падал, натягивая на себя одновременно штаны и печатая СМС Кэрри о том, чтобы она придумала какую-нибудь отмазку, почему же он проспал. А Кэрри была еще той выдумщицей и могла выручить любого в подобном случае. Схватив первую попавшуюся чистую вещь из шкафа, доктор мысленно выругался, не могло ли ему попасться что-то без такого количества пуговиц. Это была белая рубашка, которую Джон надевал лишь раз – на свадьбу сестры. Но сейчас тратить время на поиски чего-то другого было нельзя, поэтому, не застегнув верхних пуговиц, доктор быстро собрал сумку, оглядел квартиру и выбежал, громко хлопнув за собой дверью так, что пес из соседней квартиры залаял. Сейчас главное было успеть на автобус. - Стой, подожди! – Джон залетел в заднюю дверь автобуса и с удивлением обнаружил, что в нем почти никого нет. Странно, обычно в это время не протиснуться, а тут пусто. Но сейчас Джона не смутило то, что автобус почти пустой, не то, что Кэрри так и не ответила на его СМС, не то, что на пороге не было газеты, и даже не то, что прикроватный будильник так и не прозвенел и еще много разных «не». Джон просто был рад тому, что успел на автобус, что сел он на переднее сиденье, к которому в обычные дни даже близко не подберешься, что слава Богу в таком взъерошенном и неопрятном виде его увидело наименьшее количество людей. «Никогда бы не подумал, что после армии когда-нибудь смогу хоть что-то проспать» - Джон упаковывал в сумку то, что было у него в руках, а из-за спешки он практически все свои вещи нес в руках. В это время через зеркало заднего вида на него внимательно смотрела пара зеленых глаз. Джон упаковал вещи и понял, что в спешке не надел под рубашку майку, и что половина его груди оголена, а пуговицы застегнуты неправильно. Пришлось переделывать. Пара зеленых глаз продолжала смотреть на доктора с весомой долей заинтересованности. А когда Джон застегивал предпоследнюю пуговицу рубашки, зрачки глаз мгновенно расширились и с такой же быстротой сузились, а затем взгляд был вновь направлен на дорогу. Джон справился с рубашкой, поправил перекошенный ремень, глубоко вздохнул и тут же полез в сумку за жвачкой. Ведь зубы в это утро ему не суждено было почистить. Автобус вырулил на главную дорогу и остановился, чтобы переждать тридцать секунд красного светофора. Зеленые глаза вновь начали разглядывать доктора. Этого времени с лихвой хватило, чтобы узнать о Джоне достаточно. Кем он сейчас работает, где был еще два года назад, почему произошла такая резкая смена – из военного доктора в гражданского. Владелец кошачьих глаз усмехнулся, видя как Джон пытается пригладить волосы в отражении темного экрана мобильного телефона. Доктор наконец-то пригладил последний торчащий волосок на затылке, убрал телефон и откинулся на сиденье. Что-то внутри, какая-то мысль не давала ему покоя. Вопрос – какая? Джон оглядел автобус. Помимо него в нем находилось еще два человека – пожилой мужчина с огромным бумажным пакетом овощей на коленках и молодая девушка в спортивной форме, которая была сильно напряжена и держалась за лодыжку правой ноги. Джон пригляделся и понял, что ее немного потрясывает, а на щеках мокро от недавних слез. Доктор подорвался с места и опустился на колени рядом с девушкой. Автобус остановился. На светофоре было три минуты красного. Водитель откинулся на спинку кресла, сложил руки на груди и направил свой кошачий взгляд через зеркало заднего вида на место Джона, но вместо мужчины увидел лишь его сумку. - Мисс, я могу вам помочь? Я врач, позвольте мне осмотреть? – девушка кивнула, ее губы были плотно сомкнуты от боли, а по виску текла капля пота. Джон снял кроссовок и носок, нога была опухшей, - Сейчас будет больно, мне нужно прощупать. Девушка набрала воздух и прикусила указательный палец. Очень мягко, насколько мог, Джон прощупал опухшую щиколотку, а затем резко и сильно дернул. Девушка вскрикнула от неожиданности, а затем замерла, так как та невыносимая боль ушла, а та, которая осталась, казалась не такой значительной. - Что произошло, что вы сделали? – девушка изумленно глядела на Джона, затем снова на лодыжку. – Как, это что? Спасибо! - Теперь все на своих местах. В больницу вам не нужно, идите домой и приложите к ноге лед. Если не поможет, то можете выпить обезболивающее, например, Ибупрофен. Конечно же, постельный режим и через пару дней сможете снова спокойно ходить. Но от пробежек по утрам придется воздержаться полторы недели. Вы ведь сейчас как раз были на ней? – говоря это, Джон надевал обратно носок и кроссовок. Водитель хмыкнул и прикусил губу. Ему нравилось. Вопрос – что? - Да… - девушка вытерла слезы и завороженно посмотрела на доктора. - Давайте я провожу вас до дома, - Джон встал и отряхнул колени. Водитель, все это время наблюдавший за ситуацией, нахмурился. - Не стоит, на остановке меня уже ждет молодой человек, он мне поможет, но спасибо вам за помощь и заботу, - девушка улыбнулась и заправила за ухо выпавшую прядь волос. Джон улыбнулся ей в ответ. Водитель, увидев как наш доктор уже от растерянности и смущенности чешет затылок, нажал на газ и автобус тронулся, на две секунды раньше положенного срока. Джону пришлось быстро среагировать и схватиться за поручень, чтобы не упасть. Мужчине с пакетом овощей в этот момент пришлось не сладко, так как несколько яблок выпало, а когда он наклонился их подобрать, из пакета высыпалось еще несколько. Джон помог ему собрать все и вернулся на свое место, в глубине души радуясь тому, что собирание яблок помогло ему уйти от любопытного взгляда девушки как можно скорее. Джон знал этот взгляд. За ним обычно следует вырывание из ежедневника клочка бумаги, написание на нем номера телефона, а затем Джон будет вынужден его принять, чтобы раскрасневшаяся девушка не обиделась. А дома или на работе этот клочок бумаги неизменно отправлялся в мусорную корзину. Хотя нет, пару раз он все-таки позвонил по номеру и «встретился» с его обладателем. Впрочем, если такие встречи и происходили, то больше не повторялись. Но Джон изо всех сил пытался быть «нормальным». Доктор прислонился к окну. Местный торговец открывал ставни своего ларька с хот-догами и горячим кофе. «Поздновато он сегодня. Наверное, тоже проспал», - подумал Джон и продолжил наблюдать за городом дальше. Когда они подъехали к остановке, доктор увидел, как дворник будил бомжа и широким жестом говорил ему освободить лавочку. Бомж лишь натянул на лицо шапку и поджал ноги, став еще больше походить на эмбрион. Джон заметил, как молодой мужчина в пижамных штанах и с растрепанными волосами помогает той девушке выйти из автобуса, а затем берет ее на руки и уносит. Девушка поймала взглядом Джона и снова покраснела, кокетливо опустив ресницы. Доктор отвернулся от нее и уткнулся взглядом в пол. Да, возможно, это было очень грубо с его стороны, но ему было не приятно. Он почувствовал, что его губы скривились так, словно он откусил неспелый лимон. Он поднял глаза вперед и встретился с парой зеленых глаз. И застыл. В зеркале заднего вида были видны только глаза, часть носа и лба. Водитель смотрел на Джона с насмешкой, морщинки вокруг его глаз смеялись. Тяжелая кудря упала ему на лоб. А Джон не мог оторвать взгляда. Столько пялиться неприлично, но когда это происходит взаимно, то все возможно. Где-то сзади засигналили. Водитель спохватился и нажал на газ. Теперь Джон видел его сосредоточенный взгляд, направленный на дорогу. На пол автобуса снова полетели яблоки, но Джон не собирался их поднимать. Его взгляд переместился на спину водителя. Белая рубашка. Нет, не белая, белоснежная. Рукава закатаны до локтей, а дальше кожа. Белая, прозрачная. Вены напрягались, когда нужно было переключить скорость. И длинные пальцы. «Что он здесь вообще делает с такими длинными музыкальными пальцами?» - пронеслось в голове доктора. Глазам было мало, хотелось увидеть больше. Снова остановка. Старичок с яблоками вышел из автобуса изо всех сил вцепившись в порвавшийся пакет. Глаза снова встретились. Зеленый и голубой. Манящий и преданный. Хитрый и доверчивый. Джон почувствовал себя кроликом. И отвел взгляд. Он вдруг вспомнил, что вообще-то опаздывает на работу, поэтому полез в телефон проверять, ответила ли ему Кэрри. Не ответила. Автобус снова тронулся. Теперь из пассажиров остался только Джон. Доктор старался занять себя чем угодно, лишь бы не поднимать взгляда на зеркало. Но мысли все равно были о Нем. Автобус резко свернул с дороги в какую-то улочку, остановился и заглох. Джон от неожиданности вздрогнул и шумно втянул ртом воздух. - Что за? – Джон увидел, как водитель встал, потянулся и начал что-то искать в бардачке, - Извините, а в чем проблема? Ему не ответили. Водитель нашел сигареты, открыл дверь и вышел на свежий воздух. Джона возмутило такое поведение. Он вышел следом за водителем. - Произошла поломка? – ему снова не ответили. Водитель стоял к доктору спиной, - Да ответите вы мне наконец? – Джон постепенно закипал. Ладони сжались в кулаки. - Сильно хочется курить. Пластыри не помогают. А в автобусе все равно народу нет. - Интересно, но как же я? Я разве не человек? Я между прочим опаздываю на работу, а вы должны… - Джон не договорил, потому что мужчина повернулся к нему лицом. И снова эти глаза. Теперь драконьи, голодные. Особый эффект картине придавал выпускаемый изо рта дым. Водитель усмехнулся, глядя на потерявшего дар речи Джона. - Меня зовут Шерлок Холмс. Для вас просто Шерлок, - он протянул Джону свободную руку. Доктор автоматически пожал ее, почувствовав холод пальцев. - Джон Ватсон, - в эту минуту Джону было плевать на свое опоздание. Ему стало интересно, что произойдет дальше. Потому что внутри было Предчувствие. Оно щекотало грудь и горло. Поэтому Джон прокашлялся, но оно только усилилось и теперь разгоралось в груди, - И все же я опаздываю, - прохрипел он. - Правда? Я так не думаю. Посмотрите на часы, - Шерлок Холмс улыбнулся и хмыкнул. Прежде чем взглянуть на часы, Джон силой мысли попытался успокоить дрожь в левом плече, вызванную низким бархатным тембром. - Что? Это какой-то фокус… - Джон был в растерянности. Он сразу же начал искать причину, пролистывая в голове все события сегодняшнего утра. И вчерашнего вечера. Как мы порой бываем невнимательны, вы только задумайтесь. Забываем ключи, паспорт, пропуск на работу – такие важные и необходимые вещи. А тут батарейка. Какая-то баночка, в которой хранится электричество. Но даже простая батарейка может повлиять на ход истории. - Вот черт. А я-то думаю – почему так мало людей на улице. Чертова батарейка! – Джон от души хотел пнуть колесо автобуса, но сдержался и всего лишь сильно сжал кулаки, - Сколько сейчас времени, не подскажете? А то я уже ни в чем не уверен. - Шесть двадцать, - Шерлок еще раз улыбнулся, сейчас уже с оттенком умиления. Он докурил сигарету, бросил ее на асфальт и притушил носом ботинка, - Не хотите позавтракать? Это предложение шокировало Джона. Он растерялся, как пятнадцатилетний подросток и промямлил: - Что, с вами? - Что-то не так? – голос Шерлока дрогнул и огрубел. Было видно, что это оскорбило его. - Нет, вы не подумайте, я имел в виду, что... В общем, как так можно... В смысле, вы же на смене! – Джон покрылся испариной. Да что с ним происходит, двух слов связать не может! - Не переживайте, я сам себе хозяин. Здесь недалеко есть небольшой, хмм, ресторанчик. Я знаю владельца, и он подаст нам все в наилучшем виде, - кудряшка упала на лоб и стала раскачиваться на ветру. - Да, стоит подкрепиться, вы правы, - Джон никогда в жизни еще не чувствовал себя так неловко. Он чувствовал себя спелым помидором – таким же красным и готовым треснуть по швам от зрелости (смущения). Повисла пауза. Естественно неловкая. - Джон. - Что? – доктор был рад, что эта бесконечная пауза, длинною в пять секунд, закончилась. - Давай обращаться к друг к другу на ты. - Шерлок? – спросил Джон низким приказным тоном (почему он вылез именно сейчас? Все случайности не случайны, помним), который крепко осел в нем за долгое время службы и уже навечно стал его. - Да? – Шерлок растерялся от этого властного голоса. - Разумеется, - уже намного мягче, тягуче.

***

- Воу, кто это у нас тут пришел позже обычного? – Кэрри протирала полочки в кабинете Джона, когда он вошел в него, - Да лаадно, рассказывай. - Что? – Джон не мог перестать улыбаться, чтобы выглядеть серьезнее. - Кто он? Почему такие странные СМС с самого утра? Где вы познакомились? – Кэрри помогла Джону надеть халат, - Мужчина, вы вообще в курсе, что это неприлично – так счастливо улыбаться? – она расхохоталась. - Ладно, тише будь, а то вся больница тебя слышит, - Джон сел за стол и опять притих. Улыбка не спадала. - Мистер Джон Ватсон, соизволите все-таки начать свой рассказ, чтобы я таки не орала на всю больницу, аки подрезанная самка кита. - Все, все, рассказываю, слушай, - Джон снова замолчал, пытаясь подобрать слова. Но пока он их подбирал, снова забылся. - Джон! - Всё, всё… Все последующие двадцать минут Кэрри не произнесла ни слова. Она с умилением слушала рассказ доктора и была рада видеть счастье на лице доктора. Однажды в дверь постучали и сообщили, что прием начался три минуты назад, но Джон тут же сослался на совещание (с санитаркой, конечно, ничего умнее не мог придумать, Джон!) и продолжил рассказывать о ресторанчике. Как хозяин долго нахваливал Шерлока (хотя Джон так до конца и не понял – за что), как им поставили на столик свечку (зачем? с утра то?), как Шерлок оказался интересным собеседником и рассказывал о «внутренностях» всех общественных передвижных транспортах Лондона. Джон ничего не понимал, но слушал и слушал. И любовался красотой и изгибами тела, тембром, даже той самой беспокойной кудряшкой. Расстались они по-доброму, как старые приятели, но с ноткой чего-то такого, кхм, интимного что ли... А может Джону показалось, но ему искренне хотелось верить, что это именно так. - Да ты светишься от счастья! – Кэрри все это время протирала тряпочкой карандашницу. По-моему, с нее даже начала слазить краска, - И что дальше? Когда вы встречаетесь? - Мы не говорили об этом, - улыбка с лица доктора мгновенно спала. В дверь снова постучали, - Извини, мне нужно работать. На самом деле Джон так и не узнал ничего о Шерлоке. Было много разговоров, но перед сном он понял, что до сих пор не знает совершенным счетом ничего. «Забудь о нем, он не такой, как ты, он нормальный. А ты – нет. Смирись с этим, раз не можешь это исправить», - шептал внутренний голос. Джон согласился с ним. Но назавтра встал рано и вышел из дома в шесть часов утра. А потом сел на другой автобус, так как не придумал объяснение, почему он снова вышел из дома так рано. А через несколько дней придумал (ему надо разобрать документы) и сел в автобус к Шерлоку. На этот раз он был пустым. - Здравствуй, Джон. Доктор вошел через заднюю дверь, и это урчание голоса пронеслось по салону, сливаясь с ревом двигателя. -Привет, - Джон старался держать себя в руках. Получалось не особо хорошо. Шерлок встретился с ним взглядом: - Значит, четыре дня, да, - на выдохе сказал Шерлок, едва сдерживая улыбку. -Что, прости? – Джон растерялся, ведь вся эта ситуация была настолько нелепой. Хотелось провалиться сквозь землю. - Ты четыре дня не решался снова со мной встретиться. А я ждал, - голос твердый. Шерлок изо всех сил пытался не выглядеть жалким. Но Джона терзали свои демоны, поэтому он этого не заметил. - Просто ты мне показался интересным собеседником. В смысле, мы тогда хорошо позавтракали, и я… - Можем повторить, - перебил его Шерлок. Он не смотрел на Джона, хотя горел красный свет светофора. - Можем, да, - семь. Ровно семь потов сошло с Джона во время этого диалога. - Только не завтрак, а ужин. После твоей смены. В шесть, на остановке. Я заеду. Джон кивнул, а в салон вошел пассажир. Больше они не разговаривали.

***

Джон прождал его у остановки целый час. Никто не приехал. «Какой же ты дурак, Ватсон. Над тобой просто пошутили, а ты повелся. Идиот. Идиот. А каков нахал этот Шерлок», - голос не умолкал, в Джоне кипела злоба. На следующее утро Джон стоял на остановке, решительно настроив себя высказать Шерлоку все, что он о нем думает. Автобус приближался, и на лице Джона появилась улыбка. Улыбка Джокера. А кулаки сжались. И автобус проехал мимо, не сделав остановки. За рулем был Холмс. Всю свою смену Джон ходил раздраженным. Кэрри подходила к нему несколько раз узнать, что случилось, но Джон ничего ей не говорил и рычал, если она задавала один и тот же вопрос несколько раз. День тянулся невыносимо долго, а когда смена закончилась, всё словно рукой сняло. Джон вышел из больницы с чистой головой, держа в руке стаканчик чая из кафешки, от которого отдавало валерьяной (вы уже, наверное, догадались, что подсунула доктору этот чай Кэрри. Ну а что еще делать – надо же как-то успокоить человека?). Джон закончил поздно, пришлось задержаться в архиве, он долго не мог найти одну историю болезни. На улице было прохладно и темно. Пахло сыростью, дождем и листьями. Доктору хотелось скорее добраться до дома, принять душ и лечь спать. В мягкую, манящую постель (возможно, Кэрри чуть перестаралась с дозой валерьянки). Джон сидел на остановке и ждал свой автобус, на улице почти никого не было. Джон начал дремать (значительно переборщила!). Его ослепил свет фар, а открыв глаза доктор увидел лишь нужный ему номер и залетел в теплый автобус. Сел на заднее сиденье, пристроился у окна и снова закрыл глаза. Лишь бы не проспать остановку… - Джон? Джон, вставай, приехали, - низкий бархатный голос проникал в сознание. А еще кто-то легонько тряс его за плечо. - Что? Где я? – Джон постепенно просыпался, с трудом соображая и вспоминая, что было до того, как он уснул. В автобусе было темно, а когда доктор развернулся, то увидел лицо Шерлока, - Что? Какого черта! – - Джон мигом проснулся, в нем снова вскипела злость, он сгруппировался и отпрянул от Холмса как можно дальше. Случайно получилось так, что он забился в угол. - Джон, успокойся, не кричи, - Шерлок говорил мягко, он старался успокоить Джона. Хотя на всякий случай отодвинулся дальше, видя, как рука Ватсона сжалась в кулак, - Ты уснул, я тебя разбудил, что тут такого? - Что тут такого? Ты… - Джон запнулся, - А ничего, это твое дело, и я не хочу со всем этим связываться. Спасибо, что разбудил, мне пора, - Джон вскочил и пошел к двери. Она, конечно же, была закрыта, - Выпусти меня. - Джон, послушай, я хочу все объяснить. Вчера у меня появилось срочное дело, и я не смог приехать, - Шерлок говорил это уверенно, с вздернутым носом. - Складно врешь, Холмс. Почему же ты тогда сегодня утром не остановился? – Джон так был рад, что поймал его. - Я… оу, - Шерлок смутился, сжался. Это он не продумал. - Выпусти меня, и мы разойдемся по своим домам, по своим делам, - Джон не смотрел на него, ему хотелось уйти. Но злость все же кипела, а затем и вовсе взяла верх, - Хотя знаешь что. Ты поступил подло. И низко. Зачем ты вообще… - Джон не договорил, его снова перебили. - Я ИСПУГАЛСЯ, - громко, на весь салон. Шерлок опустил вниз голову, отвернулся. Секунд тридцать стояла тишина. Было слышно, как жужжит муха где-то в начале салона, - Я не знаю, что сказать в свое оправдание. Прости меня, - Шерлок повернулся к Джону и посмотрел ему в глаза. А доктор в эту секунду осознал простую вещь. Что Шерлоку так же, как и ему, сложно признаться самому себе в том, что он не такой, как другие. А особенно признаться в этом кому-то другому, практически постороннему человеку. И страх облажаться был силён как у Джона, так и у Шерлока. И Джону стало стыдно, что не понял этого раньше. Злость ушла из тела и сознания доктора. - Твое предложение все еще в силе? Думаю, тот ресторанчик все еще открыт, - Джон смотрел на Шерлока и видел, как изменилось его выражение лица, как засветились глаза. Холмс рванул в кабину водителя, включил в салоне свет, завел мотор и нажал на газ.

***

Три часа они разговаривали, шутили, смеялись. Влюблялись. Пили вино, ели картошку фри, снова пили. Ничего больше. Джон хотел вызвать такси, а Шерлок предложил пойти до дома пешком, уверяя, что знает короткую дорогу. Они шли – счастливые, окрыленные. - А как же автобус? Мы его просто так бросим? –Джон не мог оставить этого без внимания. - Одна СМС и нет проблем, - Шерлок улыбнулся и достал телефон. - Большой дядя все решит? – пошутил Джон. - Скорее, большой брат. Лондон. Улочки. Фонари. Звуки из окон. Уже знакомая улочка. Затем проспект. Дом Джона. Может, чай? Да. Замок. Ключи. Чертова дверь! Квартира. Прихожая. Неловкое молчание. Встреча глаз. Страсть. Поцелуй. Начало новой истории. Человек влюбляется так же, как падает с лестницы. Это несчастный случай. А вы помните, что случайности не случайны. Примите это. И не волнуйтесь, если забыли купить батарейку. Вот Джон не волнуется. Он вообще про нее забыл.