Любовь без страховки

      Чанель сидел в машине скорой помощи, невесело глядя в окно. Очередной трюк обернулся достаточно неприятным переломом руки. Вроде, ничего необычного, — сколько раз уже ломанный-переломанный — но больничный, похоже, снова придется взять. А именно их Пак и не любил.       Санитары на каталке привезли его в отделение, где в ожидании пациентов сидел миниатюрный врач-омега.       — Доктор Бен, у Вас пациент! — известили его санитары.       Подняв глаза на каталку, доктор почти взвизгнул, ткнув пальцем в сидящего:       — Ты?!       Чанель натянул на лицо как можно более дружелюбную улыбку.       — И я тебя рад видеть, Бэкки...       Омега зажмурился. Но не потому, что не хотел видеть альфу, а потому, что не хотел видеть его травму.       — Пересаживайте, — выдохнул он.       — Да я и сам могу, — фыркнул Чанель, вставая с каталки, — не нога же, — он сел за стол и молча положил на него руку, слегка поморщившись от боли.       Бэкхен тем временем надел перчатки и приготовился к осмотру.       — Не клади на… — он запоздало увидел, что альфа уже все сделал. — Ладно, — Бэкхен сел рядом и осмотрел руку. — Опять, да?       — Снова, — хмыкнул Чанель. — Издержки работы, уж простите.       Бэкхен на это лишь мотнул головой, продолжая осмотр.       — Я не был тебе дорог. Но неужели тебе и на свою жизнь плевать?       — Бэк, — альфа тяжело вздохнул, — не начинай, пожалуйста, и не говори того, в чем не уверен. Мы, кажется, все уже обсудили. Если неприятно мое общество, я могу уйти. Ты не единственный травматолог в городе.       Омега послушно замолчал, но сердце сжалось, когда он стал готовить гипс для Чанеля. Точнее, для своего мужа. Правда, уже два года, как бывшего.       — Как работа? — Пак решил разбавить повисшую тишину.       — Нормально, — коротко ответил Бэк, подготавливая нужные инструменты.       — Не родил еще никого?       — Было бы, от кого, — вздохнул Бэк, начиная накладывать гипс.       — Был же, — хмыкнул Чанель. — Разбежались?       — Не было, — ответил Бэкхен. — Точнее, дальше поцелуев не зашло.       — Неужели никто больше не хочет отхватить такого красавчика? — усмехнулся Пак.       — Звучит как сарказм, — хмыкнул омега. Который из-за трёх дежурств подряд почти не спал. — Ну, а ты? Кольцо забыл надеть или до свадьбы не дошло?       — 1:1, — фыркнул Чанель. — Не дошло. Да и к черту это всё... Хватило.       Бэк вздохнул и заметил, что у Чанеля все пальцы в заусенцах — привычки до сих пор те же.       — Можно подлечить твои пальцы? Эти ошмётки кожи делают моему сердечку больно.       Пак с улыбкой фыркнул, отводя взгляд.       — Ну, если заняться больше нечем, то пожалуйста. Ты же знаешь, что через неделю всё вернется.       — Через неделю тебе на осмотр, — Бэкхен взял миниатюрные ножницы и стал аккуратно срезать кусочки кожи. Хотелось переплести пальцы альфы со своими, ощутить бывшие родными объятия. Но они больше не мужья. Даже не друзья.       — Что, маникюр сейчас тоже входит в осмотр? — усмехнулся Чанель, тут же слегка вздрогнув от прикосновений бывшего омеги. Бэк был безумно красивым, а его руки — всегда нежными. И этот контраст с грубостью собственной кожи раньше он ощущал каждый день. — Ты совсем не изменился... — негромко произнес Пак.       — Ты тоже, — так же тихо ответил Бэк, смазывая фаланги лечебной мазью. Совсем осторожно — не дай Бог сделать больно.       Чанель судорожно вздохнул и дернул пальцами. Столько времени прошло, а он до сих пор не забыл Бэкхена: его аромат, нежные руки, мягкую улыбку... Сердце отчего-то вдруг подпрыгнуло.       Травматолог вернулся к накладыванию гипса. Он безумно любил Чанеля. Хотя... Любит и сейчас. Но этот альфа — успешный каскадёр, который постоянно получал и продолжает получать травмы. Наполняя болью сердце своего омеги.       Пак отвернулся к окну. Он не хотел видеть Бэкхена. Точнее не мог. Они так глупо разошлись, и сердце, похоже, до сих пор не осознало этого. Хотелось обнять омегу, поднять на руки и, как раньше, нежно поцеловать...       — Думаю, просить тебя снизить нагрузки бесполезно? — спросил врач с лёгким надрывом.       — Ты до сих пор волнуешься или это для галочки? — задумчиво ответил альфа, всё еще разглядывая пейзаж за окном.       — Чанель, ты же сам знаешь ответ, — Бэк посмотрел на него глазами побитого щеночка.       — Ты никогда не думал о том, чтобы всё вернуть? — Пак обернулся на омегу.       Бэкхен закусил губу. Думал. Постоянно думал. Были даже моменты, когда сам хотел вернуться. Но зачем? Чтобы не выдержать и уйти снова?       — Думал.       Чанель молча взял руку Бэка в свою и посмотрел ему в глаза. Всё было понятно без слов.       — Так почему мы не вместе? — произнес он после короткого молчания.       Бэк отвёл глаза и вытер слезы.       — Потому что я не могу смотреть на твои травмы.       — Но я ведь до сих пор жив, — улыбнулся Чанель.       — Я вижу. Но твоя боль — моя тоже, Чань, — шмыгнул носом омега, — я не могу это описать, но каждая царапина на твоём теле приводит меня в ужас.       — Иди сюда, — Пак встал и здоровой рукой прижал к себе миниатюрного доктора.       Бэк обнял его за шею и расплакался. Ну что за ужасный альфа? Почему сердце из-за него так колотится?       — Малыш, успокойся, пожалуйста, — Чанель погладил его по спине, — у меня сердце разрывается от твоих слез.       — А у меня от твоего перелома, — Бэк слегка треснул его по спине. — А если не так срастётся? Негодный альфа.       — Первый раз что ли? — хохотнул Чанель. — Сломаешь еще раз.       Бэк пропустил мягкие кудри альфы через пальцы.       — Дурак.       Не удержавшись, Чанель наклонился к омеге и нежно коснулся его губ, ощущая любимый аромат вблизи. Омега ответил, но всего на несколько секунд. И тут же отстранился.       — Не надо, Чанни.       Пак разочарованно выдохнул.       — Как скажете, док, — он тоже отстранился. — Какие прогнозы?       — Я правда хочу быть с тобой, — всхлипнул врач. — Но боюсь снова оставить. Мне правда хочется.       — Бэк, пойми, я не могу без риска. Я уже привык к этой работе. Я ведь всегда выживал, ты же помнишь, — он обернулся с мягкой улыбкой.       — Я не могу спокойно работать, зная, что ты рискуешь жизнью, — Бэк поцеловал его пальцы.       — Но ведь мы были вместе, — Чанель погладил омегу по щеке. — Бэкки, я до сих пор люблю тебя. И не знаю, как выбросить тебя из головы. Это невозможно. Я каждый день думаю о тебе. В моей квартире до сих пор стоят твои фотографии.       — А у меня твои, — Бэк улыбнулся с грустью. — Я ни с кем дольше месяца провстречаться не могу. Потому что о тебе думаю.       Чанель снова поцеловал Бэкхена, но теперь уже более настойчиво.       — Я не могу без тебя, малыш. Совсем не могу.       Тот вздохнул, ощущая, что с головой утопает в былых чувствах. И что им теперь, до конца дней сходить с ума?       — Это чудо, что ты все ещё никого не нашел, — вздохнул омега. И усмехнулся. — Я сейчас вспомнил, как омег от тебя отгонял в первые месяцы.       — Ты не представляешь, как я любил эти ревновашки, — хохотнул Чанель. — Честно? Я иногда специально провоцировал тебя, — признался он со слегка смущенной улыбкой. — Но все потому, что ты слишком сильно обтягивал свою... свои ноги. Знаешь, как другие альфы смотрели тебе вслед? Да я убить был готов. Особенно, когда твой аромат усиливался.       — Когда усиливался? — не понял Бэк, улыбнувшись. — Я ведь не выходил из дома предтечным.       — Да от тебя за неделю начинало пахнуть, — ухмыльнулся Пак. — Не выходил он... Я даже сейчас ощущаю, что недели через полторы ты пропадешь.       Бэкхен посмотрел на него с восхищением.       — Как будто ты мой календарик течки ведёшь.       — Бэкки, я же изучил тебя вдоль и поперек за время наших отношений, — ухмыльнулся Пак, мечтательно прикрыв глаза. — И я бы пропал вместе с тобой...       Бэк чмокнул его в лоб.       — Давай выпьем кофе. У меня дежурство, а я так хочу спать.       — С удовольствием, — кивнул альфа. Он пошел к двери и здоровой рукой распахнул перед Бэкхеном дверь.       — Чань, — улыбнулся Бэк. — Мне нельзя покидать пункт.       Альфа закатил глаза.       — Что, даже на пять минут?       — Угу. Я сварю в кофемашине.       — Ну хорошо, — Пак закрыл дверь обратно. — Кофе от моего Бэкки всегда был вкусным.       Бэк зарделся румянцем и отвернулся к машине.       — Только корицы нет. Будешь шоколадную крошку?       — Это тебя что ли? — мурлыкнул Чанель, оказавшись за спиной омеги.       Бэкхен улыбнулся. Корица и шоколадная крошка. Их запахи. Они были отличным сочетанием.       — Я в чашку не сяду.       — В чашку и не надо, — шепнул ему на ухо Чанель. — Просто поцелуй меня, когда будешь пить кофе.       Бэк ощутил, как по спине пробежали мурашки.       — Посмотрим на твоё поведение.       Здоровой рукой Чанель скользнул на живот омеги, приобнимая его.       — Разве мой перелом не заслуживает хоть какого-то успокоения?       — Тебе сейчас успокоение противопоказано, — хихикнул омега.       — Предлагаешь получить дополнительную дозу адреналина? — поиграл бровями Пак.       — Чанни, может случиться смещение, — Бэкхен поставил на стол две ароматных наполненных кофе чашки. — Потерпи.       — Мне теперь месяц овощем сидеть, да? — вздохнул альфа, садясь на стул.       — Хотя бы денёк, — улыбнулся омега. — Печенюшку?       — А, давай, — согласился Чан.       Бэкхен поставил перед ним печенье из любимой пекарни.       — Твои привычки всё такие же, — Чанель взял одну печенюшку и поднес к губам омеги. — Покупал их изредка, когда скучал по тебе.       — Они такие вкусные, — Бэк захрустел печенькой.       — Они напоминали о тебе.       — Потому я их и покупаю. Никто ими так аппетитно не хрустел, как ты, — улыбнулся Бен.       — Кофе с тобой... Печенье с тобой... — альфа вздохнул и взглянул в глаза Бэку. — А мне можно быть с тобой?       Бэк тут же отвёл взгляд и спрятал неловкость в чашке кофе. До чего сложно... И так хочется отдаться...       — Ну... Я не против встречаться.       — Серьезно? — засиял альфа.       — Ну... Если честно, мне уже страшно одному. Кенсу, Хань... Они все давно семейные. Я даже не могу им позвонить и просто выговориться.       — Они начинают втирать тебе про брак? — усмехнулся Пак, делая глоток кофе. — Или мужья не дают поболтать?       — Дети не дают, — усмехнулся Бэк.       — А ты уже хочешь своих?       — Как любой другой омега, — кивнул Бэкхен.       Пак отвел взгляд. Он тоже хотел детей. Двоих. Мальчика и девочку, старшего брата и младшую сестренку, которую бы защищал юный альфа. Но они с Бэком, к сожалению, не успели. Разошлись после очередной травмы Чанеля.       Бэк отставил чашку и глубоко вздохнул. Ему так хотелось семью. Но альфы, с которыми он встречался, были несерьёзными и инфантильными. Чанель был готов к его залету в любое время. И ждал, когда это случится.       — Ты до утра дежуришь? — решил сменить тему Чанель.       — Да. Уже третьи сутки. И постоянно пациенты, — вздохнул врач.       — Мне поговорить с главным? — фыркнул альфа. — Бэк, он снова начал тебя эксплуатировать?       — Мой сменщик, блин, в декрете. Не волнуйся, — Бэк погладил его по плечу. — Утром уеду домой, — Бэк сладко зевнул. В такие моменты он был очень похож на кролика. — Спатеньки.       — У тебя номер не сменился? — спросил Чанель.       — Нет. И телефон тоже, — омега показал ему аппарат.       — Хорошо, — кивнул Пак. — У меня до сих пор твой номер записан.       — У меня и записан, как раньше, — со смущением сказал Бэк. Все как раньше. Кроме отношений.       Пак поджал губы, едва сдерживая улыбку. Бэкхен у него так и остался записан в телефонной книге как «Любовь всей жизни».       — Тогда я позвоню тебе завтра вечерком?       — Давай. Если не возьму — значит, сплю, — предупредил омега.       — Хорошо, — альфа мягко улыбнулся. Похоже, их отношения сдвинулись с места.