Ну и похер мне. Пусть тебя любит он, а я найду кого-нибудь получше.

Тихо пробираться к своей кровати — это все, что оставалось Чжэхе. Открыв дверь и заглянув в комнату, он обнаружил, что Чихо уже мирно спит в своей кроватке. Ну конечно, даже если бы он поджидал свою жертву, он не устоял бы перед сладким сном. Тем более, что Чжэхе вернулся не сразу. Да, поначалу он немного испугался того, что его закидают огромной кучей самых страшных вопросов со всеми подробностями, а потому тихо ушел на кухню, сидеть и попивать чай, надеясь на то, что когда он вернется, мучитель уже погрузится в сладкое царство Морфея. Он угадал, чему был невообразимо рад. Добравшись до своей любимой кровати и забравшись на второй этаж, он устроился поудобнее и, наконец, закрыл глаза. Но долго радоваться не пришлось, так как через какое-то время он услышал какой-то шорох, а затем почувствовал, как чье-то, так сказать, не очень легкое тело плюхнулось рядом с ним. «Чертов Чихо. Я же знаю, что это ты. Черт, ну почему ты не спишь?» Ан начал явно нервничать, хоть старался и не показывать этого. Попытавшись сделать вид, что он спит, он никак не отреагировал и не раскрыл глаз, на время даже перестав дышать. — Ой, да ладно, ты думаешь, я куплюсь на это? – громко и выразительно произнес Зико прям над ухом старшего. – Из тебя актер, как из меня кондитер. — Заткнись, Чихо, — не выдержав, блоковец раскрыл глаза и взглянул на друга. – Остальных разбудишь же, идиот. — Хах. Напугал. Лучше давай, рассказывай. Чжэхе недовольно поморщился и немного отодвинулся от лидера, пытаясь перевернулся на бок, спиной к нему. — Мне нечего тебе рассказывать, Чихо, иди спать. — Эй-эй-эй, — тут же подал голос парень, хватая друга за плечо и разворачивая обратно к себе. – Что значит нечего? Давай, рассказывай, как? Он горяч? А как он стонал, ммм. Тебе же понравилось да? Ну давай же, колись, мне же интересно, я-то никогда этого с мужиками не делал! — Боже, Чихо, отвали от меня, а? Все эти разговорчики всегда не нравились Ану. Все его «ребячесто» проявляется не только в его поведении и характере, но и в том, что он стесняется обсуждать такие темы не то, чтобы с чужими, так и с самыми близкими. Он всегда старался их избегать, хотя сам и не понимал, почему все это происходит именно так. — Ну давааай, нуу жеее, — парень начал нетерпеливо трясти друга, а вместе с ним и кровать. – Ты же не хочешь, чтобы об этом узнали и остальные, а-а? Глаза Хе в ту эту же секунду как-то слишком сузились, а взгляд похолодел. Да, Зико действительно умеет добиваться своего. И как же? Да он просто находит слабую точку ситуации и надавливает на нее, надавливает, пока не сдастся второй ее участник. Хе же такое никогда не удавалось, а потому он всегда проигрывал. Следующий час все, что он делал, так это только и рассказывал другу все подробности отношений с тем человеком, с которым Чихо сегодня столкнулся лицом к лицу. Конечно, говорить об этом было постыдно, как и говорилось раньше, когда он переходит за грани романтики и «поцелуйчиков», его щеки начинали гореть, от чего он часто потирал их ладошками. У же в свою очередь тоже не молчал. Ему нужно было узнать все, в мельчайших подробностях, а потому он задавал только интересующие его вопросы и не давал Ану отвести тему. — Боже, Чихо, ты видел сколько времени? Все, давай спать, я тебе уже все рассказал. Вали, — возмущался Чжэ, запихивая мобильный обратно под подушку. — Мне лень, я сегодня с тобой спать буду. Но я буду именно спать, ты ничего не подумай, — с издевкой в голове прошипел младший в спину друга, после чего осторожно обвел его талию руками. — Ты меня теперь вечно подкалывать будешь? И убери свои руки! — Прости-прости, — рассмеялся блоковец, послушно убрав руки. – Я просто подумал, что, раз ты, типа, гомик, тебе будет приятно. Продолжая смеяться, Чихо развернулся лицом к стене. *** Наверное, это совершенно не странно, что после всего произошедшего Чихо начал наблюдать за своим другом больше положенного. Да, конечно, ранее он больше возился со своим макнэ и другом детства, но сейчас ему было совсем не до этого. И, кстати, он вовсе не жалел о том, что делает. Молодые люди стали все чаще показываться на публике, что заметили, как и положено, и фанаты. Да, в «пару» их пока еще приписать не успели, хотя многие начали переходить на них. Сей людей скорее вписывали в графу «хороших друзей», что радовало кого-то, а кого-то, бывало, даже огорчало. Что же делало это с самим Зико, он понять не мог. Ему хотелось придушить обоих. Так, просто, без причины. Каждый раз, когда он видел их вместе, что-то внутри него перетягивало, душило, засыхало и сжималось. Он спрашивал у людей, у матери, у друзей, у менеджера… Он спрашивал у всех, чем выставлял себя в странном свете. Но, не смотря на то, сколь не свойственно все это самому Чихо, он смог вынести для себя один вывод: это лишь банальная ревность.