Лучшая ночь этого города

      Проходят дни, а жизнь не слишком-то и меняется. Всё те же проблемы, всё те же заботы, всё тот же родной компьютер с тупым интернетом и переполненными новостями, которой нереально хочется разбить или выкинуть из окна и за тупость, и за шквал обновлений. Всё та же заботливо орущая мамочка, которая не забывает задеть увлечения и предпочтения, что её в принципе не касается, но она совершенно не откажется обсудить это всё, переводя в очередной скандал. И всё тот же телефон, который, нет, не разрывается от оповещений как обычно, а вообще молчит, изображая устаревший кирпичик, которым хочется стену разбить, а не построить, лишь бы хоть одно сообщение за неделю увидеть.       Прошло уже почти полгода с твоего дня рождения, соответственно и с того момента, как вы с Джисоном якобы вместе, и не было ни дня, чтобы эта любимая белка не написала сообщения. Но только не последнюю неделю. Ты уже устала отправлять ему смс впустую, а ждать ответ тем более. Беспокоить кого-то из его друзей совсем не хочется, хотя Чан на всякий случай давал тебе свой номер, но может они просто очень заняты? Тогда зачем их беспокоить понапрасну. Ведь подготовка к камбэку - уважительная причина, которую вполне можно понять, но при условии хотя бы одной предупреждающей смс-ки "Я буду занят ближайший месяц, напишу, как смогу".       Однако в тот момент, когда ты уже совершенно отчаялась и потянулась за телефоном, чтобы написать хоть кому-то, лишь бы ответили, экран светится от внезапного оповещения, нарушая идеальную темноту в комнате. На твоё удивление это оказывается Чан, поэтому ты торопливо хватаешь телефон и читаешь его сообщение. Чан: "Привет, наверное у тебя уже поздно, но я надеюсь, что ты не спишь". Ты: "Привет, не сплю, это у вас вообще-то поздняя ночь. Что случилось?" Чан: "Мне тоже интересно. Ты не знаешь, где Джисон?" Ты: "Эээ... Что? Я тоже хотела это же спросить. Он мне уже неделю не пишет". Чан: "Серьёзно?" Ты: "Да, я думала, у вас подготовка к чему-то сейчас". Чан: "Нет, у нас сейчас затишье. Ладно, если он объявится, дай мне знать". Ты: "Хорошо, и ты тоже".       Вечер катится под откос, а сердце невольно замирает от внезапно подступающих и пугающих мыслей о том, что могло случиться, если даже его друзья не знают, где он и пишут аж тебе. Беспокойство накрывает с головой, работа в интернете отходит как-то на самый последний план, а желание сорваться и улететь в чужую страну в поисках своего парня в неизвестности растёт всё больше и больше. Только вот на билет денег явно не хватит, а вот на традиционный поход в любимый и природнившийся бар - хватит.       На дрожащих ногах ты выскальзываешь из пустой квартиры под лай неугомонных собак, так как к счастью родители вместе с сестрой уехали на дачу, оставляя тебя наконец-то одну. Подсознание само по себе ведёт тебя в любимое заведение, пока ты сама остаёшься загнанной в клетке беспокойных мыслей. - Здравствуй, тебе как обычно? - уже знакомый бармен сразу же подходит к тебе, с широкой улыбкой предлагая свои услуги.       С ним вы уже неплохо знакомы, так как ты всегда попадаешь на его смену, ибо после своего дня рождения не было ни одной недели, когда бы ты не пришла сюда именно в один и тот же день, поэтому после твоего согласного кивка, он ставит перед тобой небольшую баночку безалкогольного пива. - Спасибо, - еле слышно благодаришь ты, открываешь пиво и выпиваешь сразу половину залпом. - Что-то случилось? Или снова тоскуешь из-за своего парня? - Из-за парня, но если бы всё было так просто. - А что не так? Поругались? - Да мне кажется, что уж лучше бы мы просто поругались, - шипишь ты, злясь на всю эту чёртову ситуацию. - Он просто пропал. Его нет уже неделю. - А что его друзья говорят? - бармен внимательно слушает тебя, тщательно вытирая стаканы полотенцем. - Они тоже ничего не знают, что уж тогда про меня говорить.       Ты снова залпом выпиваешь оставшуюся половину баночки, а бармен ставит перед тобой ещё одну. - Это за счёт заведения, - он улыбается и похлопывает по плечу. - Спасибо, - ты натянуто улыбаешься и уходишь с головой в свои мысли.       Музыка на фоне начинает раздражать со временем, поэтому ты достаёшь потрёпанные жизнью наушники и вставляешь один в ухо. Теперь становится немного проще думать, поэтому ты первым делом решаешь позвонить Джисону, заранее прощаясь с деньгами на счету, в надежде, что он всё-таки ответит. Но надежда умирает последней, так что земля ей пухом, так как теперь его телефон не просто занят, но ещё и выключен. Теперь ты конкретно злишься, мысленно матеря парня и заставляя его обикаться от такого. Но бармен снова вытягивает тебя из своих мыслей, за что ты ему частично благодарна. - Скажи, а есть вариант того, что твой парень может заявиться сюда? - он выглядит немного взволнованно, но продолжает мило улыбаться. - О чём ты? - Ну, надеюсь, я не ошибаюсь, - он ещё больше растягивает свою улыбку и призывно машет кому-то за твоей спиной.       Ты любопытно оглядываешься и обмираешь.       Светловолосый парень в немного помятой от долгой дороги одежде, с таким же помятым по той же причине лицом, огромным рюкзаком за спиной и сжатым в руках телефоном несётся в твоём направлении с обеспокоенным видом, а ты едва не плачешь, потому что убить его готова за такие выходки. - Джисон! - пищишь ты, утопая в его руках. - Ты что здесь делаешь? - А ты совсем мне не рада? - он отпускает тебя и садится на соседний высокий стул. - Нет, я рада, конечно, - ты мотаешь головой и пытаешься поверить своим глазам. - Но ты... Ты вообще знаешь, как заставил нас с Чаном поволноваться?! - ты бьёшь его по плечу и обиженно скрещиваешь руки на груди. - Тебя неделю на связи не было, дурак. Хоть бы сказал, что ты в порядке. - Но я не в порядке, Мэри, - он улыбается и берёт тебя за руку. - Я так спешил к тебе, что чуть с ума не сошёл. Я так соскучился.       Его руки крепко сжимают твою и он целует костяшки пальцев. - Сначала Чану напиши, что ты здесь, - отчаянно произносишь ты. - А лучше позвони. - Мой телефон здесь бесполезен. - Тут есть вай-фай и вызовы в "Какао" никто не отменял, - настаиваешь ты, хотя внутри счастливые бабочки борются с беспокойными стрекозами, ведь последствия могут быть совершенно разные.       Джисон послушно набирает лидера и после приветственного "Чан-хён!" замолкает надолго, вероятно, выслушивая о себе всё в самых ярких красках, а когда его лицо побелело, ты поняла, что Бан подробно описывает место, в котором бесцеремонно похоронит его. - Х-хён, ну ты же придумаешь что-нибудь? - робко спрашивает Хан, когда перешедший на визг голос смолк, вот только после этого вопроса начинается всё заново, а Джисон сменяет краски по всей палитре.       Ты начинаешь немного нервничать, поэтому сжимаешь его руку, хватка которой стала ослабевать. - Спасибо, Чан-хён, я привезу вам что-нибудь в качестве сувенира, - обещает твой парень, а в ответ фраза о том, что уж лучше бы он нервов привёз и длинный список мест, которые ему стоит посетить. - Ну что? - обеспокоенно спрашиваешь ты, когда Джисон откладывает телефон. - Чан всё уладит, - облегчённо улыбается он. - Насколько ты остаёшься? - Завтра во второй половине дня уже уеду, так что совсем на чуть-чуть. - Так мало! - ты поникаешь. - Я приеду ещё, не переживай. - Или я к тебе, - сияешь ты. - Когда это ещё будет? - хихикает Джисон и нежно проводит тыльной стороной ладони по твоей щеке, а ты стремительно краснеешь. - Ну да... Как ты вообще меня нашёл? - Я хорошо помню этот бар и название города, а в остальном мне помог GPS. Я заранее карты скачал. И я помню, что ты тут бываешь каждую неделю именно в это время. - Дурашка, - глупо улыбаешься ты, впитывая в себя его присутствие. - Сильно устал? - Нормально так, - отсмеивается он. - Пойдём, отдохнёшь хоть, - ты тянешь его со стула, оставляешь на стойке плату за пиво. - Тут не так далеко идти до дома, но если всё очень плохо, то можно поехать на такси. - Не, порядок, - отмахивается он, снова закидывая рюкзак себе на спину. - У меня не так много вещей, так что не тяжело. Подожди, к тебе домой? - А ты думал, я тебя на улице оставлю? - фыркаешь ты, благодарно машешь на прощание бармену и вытаскиваешь своего парня из бара. - Я думал, что где-то в гостинице остановлюсь. - Не переживай, всё равно родителей дома нет и вернутся они завтра поздно вечером. - Ну хорошо, - согласно выдыхает он и следует за тобой, крепко держа тебя за руку, боясь отпустить.       Вы проделываете весь путь к твоей квартире довольно быстро, либо это только тебе так кажется, потому что вы всю дорогу не смолкаете, и Джисон даже успевает тебя пару раз поцеловать в щёку, шепча, как он скучал.       Открывая дверь, ты заранее предупреждаешь Хана, чтобы он готовился к плюшевой атаке, и пока он с красноречивым недоумением на лице проходит в квартиру, на него толпой напрыгивает весь твой зверинец, и сначала он даже визжит от испуга, а потом пищит от умиления, пытаясь затискать всех собачек сразу. Обходя это счастливое чудо, ты перебарываешь в себе желание сфотографировать их и просто умиляешься, а потом поочерёдно оттаскиваешь каждого щеночка, позволяя гостю разуться и без пушистых помех пройти в дом.       Ты суёшь ему в руки полотенце и пихаешь в сторону ванной, и пока он купается, крутишься на кухне, доставая остатки пельменей с надеждой, что ему этого вполне хватит. Ставишь чайник, завариваешь любимый чай и из дальнего угла холодильника выуживаешь шоколадку, которую ты специально откладывала для вечера, когда будет слишком плохо, но теперь решаешь изменить предназначение. Джисон выходит довольно быстро, уже переодетый в шорты и футболку, привезённые с собой, ерошит волосы полотенцем, пытаясь сбить максимум влаги. - Пахнет вкусно, - отмечает он и усаживается на стул, хватаясь за вилку, сразу же набрасывается на пельмени, а ты в это время наливаешь ему и себе чай и молча наблюдаешь за тем, с какой скоростью парень сметает еду.       Ты попиваешь ароматную жидкость и заедаешь кусочком шоколада, дожидаешься, когда Хан доест основное блюдо и возьмётся за чай, тянешь ему шоколад, а он открывает рот, чтобы ты его накормила. Тихонько хихикаешь и кладёшь квадратик на его подставленный язык, но не успеваешь убрать руку, и он скользит по кончикам твоих пальцев губами и языком. Тебе не остаётся ничего, кроме как под громким смехом скрыть своё смущение, а Хану хоть бы что, он продолжает счастливо улыбаться, жуя сладость. - Где я буду спать? - спрашивает он, помогая тебе вытирать посуду. - А где ты хочешь? У тебя есть выбор. - Без разницы, лишь бы с тобой. - Омг, ладно, значит, со мной, - тянешь ты, размышляя. - Пойдём, ты слишком вымотался, тебе нужно отдохнуть.       Ты мягко улыбаешься, забираешь у него полотенце и берёшь за руку, утягивая за собой в комнату, но, входя, ты смотришь задумчиво на двухъярусную кровать и кривишься. - Эм... Тебе вряд ли понравится спать со мной на втором этаже... - Но ты же уже что-то придумала? - Можем перейти в зал, там есть диван, тогда мы точно поместимся, - осеняет тебя, а Джисон, конечно же, соглашается.       Ты устраиваешь вам спальное место, пока Хан что-то беззаботно рассказывает и тихонько посмеивается. Всё готово, и ты пихаешь его в сторону дивана, а сама спешишь переодеться и умыться. Когда ты возвращаешься, то обнаруживаешь парня по самый нос закутанным в одеяло, но когда он ощущает твоё присутствие, выныривает и тянет к тебе руки, раскрывая их и приглашая окунуться в такие уютные и родные объятия. Приглашение ты принимаешь, торопливо забираясь под одеяло и устраиваясь в руках, прижимаясь к тёплому телу и вдыхая аромат его кожи сквозь пелену запаха геля для душа. - Мэри. - М?       Джисон легко ведёт пальцами по твоему лицу, убирая упавшие прядки волос и поднимает голову за подбородок, притягивая к себе и мягко касаясь твоих губ своими. Он так жеманно смакует этот поцелуй, будто он у вас первый, а ты таешь от такой внезапно наплывшей нежности и лёгкости, остающейся как послевкусие от его губ. Одной рукой он продолжает удерживать тебя за подбородок, совершенно не желая разрывать поцелуй, а второй сжимает талию, привлекая полностью к себе, и теперь ты чувствуешь почти каждый изгиб его тела, ноги вы переплетаете, полностью вытягиваясь и расслабляясь. Его язык скользит по твоим губам, но даже не пытается проникнуть внутрь, чтобы не нарушать романтичность, ведь для чего-то большего ещё рановато, да и не хочется, пока он весь такой мягкий, утягивающий в софтовый мирок с розовыми стенами и облаками из сахарной ваты. - Если бы это могло длиться бесконечно, - шепчет Джисон, немного отстраняясь от твоего лица, позволяя восполнить запасы воздуха в лёгких. - Однажды это обязательно произойдёт, - отвечаешь ты, легко касаясь уголка его губ большим пальцем, а потом проводишь по нижней губе и накрываешь поверх коротким поцелуем. - Буду ждать этого момента. Ты должна быть моей. - Уже твоя, Джисон, - тепло улыбаешься и переплетаешь пальцы за его шеей. - У нас ещё будет завтра немного времени, отдыхай. Спокойной ночи, Джисони. - Доброй ночи, Мэри, - он целует тебя в макушку и зарывается носом в твои волосы.       Сон поглощает тебя с большим трудом, потому что ты сама борешься, не желая упускать момент вашего воссоединения за такое долгое время, но всё же засыпаешь, втягивая в себя запах парня.       Во сне неконтролируемым потоком крутятся строчки из малознакомой песни. И ты этому рада даже во сне, ведь это больше не тревожные обрывчатые сны с намёками на непрерывные обновления, проблемы твоего будущего и так далее. Это просто приятные строки, которые ласкают разум от осознания их смысла и того, как они прекрасно подходят к ситуации. «Наверно это и есть мечта, когда слова твои наизусть...»       Слова о бесконечности, которые отложились в самых потаённых уголках твоих мыслей, они будут дословно пульсировать в мозгу ровно до тех пор, пока не станут реальностью. «...дальше нас двое, мы шагнём через край»       Придётся и в самом деле постараться, чтобы стать единым целым не на одну ночь, как эти две единственные встречи, а навсегда. Нужно снова пройти через разлуку, расстояния, а потом уже и осуждения, сплетни, тайны, и только преодолев всё это, можно быть вдвоём и "шагнуть через край". «И вдруг закончится тишина, вдыхай, вдыхай меня снова»       Если всё так и случится, то ты навсегда распрощаешься с тишиной и покоем, но это будет только в радость, ведь можно будет каждый день слышать его голос, его пение только для тебя, звонкий смех, а ночью наслаждаться его спокойным посапыванием и вдыхать его тепло со смесью любимых духов.       Из-за какого-то назойливого шевеления по твоему телу ты ворочаешься, недовольно ворчишь, прощаясь со сном, и распахиваешь глаза, пытаешься привыкнуть к темноте и скользящим по лицу жарким губам. - Джисон? - Прости, Мэри, я не могу уснуть, чувствуя тебя рядом с собой, - между поцелуями оправдывается он. - И отпустить я тебя не могу.       Ответить тебе нечего, да и Хан жадно впивается в твои губы, отчего разум просто заволакивается ярко-красной дымкой, а сна как ни бывало. Кожа внезапно становится чувствительней, чем обычно, ощущая скользящие под майкой по спине руки, пальцы, давящие на неожиданно появившиеся эрогенные места. Хотя всё тело начинает казаться одной сплошной эрогенной точкой под такими-то настойчивыми и требовательными прикосновениями и поцелуями. - Джисон, - неуверенно зовёшь ты, когда краем разума понимаешь, к чему всё это ведёт и чем всё может закончиться. - Можно? - спрашивает он, опуская одну руку на твоё бедро, неосознанно закинутое на него. - Мэри, пожалуйста.       Долго упрашивать тебя не приходится, чему ты сама удивляешься, но потом понимаешь, что ещё неизвестно когда вы встретитесь, поэтому отказывать сейчас будет очень глупо. - Только чтобы без последствий, - это твоя единственная просьба, на что он серьёзно кивает и снова припадает к твоим губам, исследуя руками твоё тело, постепенно освобождая вас обоих от одежды.       Его прикосновения слишком уж много отпечатков оставляют на тебе. Они словно ожоги, оставленные лучами самого яркого персонального солнышка. Но в то же время такие нежные, заставляющие трепетать и отвечать тем же, хотя вряд ли это удаётся сделать аккуратно, ведь твои ногти то и дело оставляют красные полосочки на светлой коже, когда его пальцы находят места, касание к которым сносит крышу и заставляет тихонько постанывать.       Первое его проникновение в тебя вырывает из тебя несдержанный вскрик, резкая боль пронзает изнутри, а Джисон всё просит потерпеть и извиняется, обещает больше никогда не причинять боль, только перетерпи всё это. И ты сцепляешь зубы, покрепче хватаешься за его плечи, киваешь, давая понять, что готова дальше. Снова боль, но на этот раз тупая и внезапное наслаждение, которое раскатывается по тебе россыпью мурашек, ты закатываешь глаза от кайфа. Хан был прав, стоит только потерпеть, и теперь ты не чувствуешь ничего, кроме пламенной любви, вырывающейся из тебя протяжными стонами, а через довольно долгое время, которое кажется тебе считанными минутами, накрывает с головой пламенем удовлетворения, позволяя с трудом произнести любимое имя.       Джисон не нарушил своих слов, даже после оргазма продолжает извиняться за причинённую боль и всё чаще и чаще признаётся в любви. Под звуки его голоса ты снова засыпаешь, только теперь ты не видишь совсем никаких снов, и так оставшаяся ночь пролетает как мгновение, а позднее утро будит нежными поцелуями, в отличие от ночных жарких. - Мэри, у меня самолёт скоро уже, - любимый голос наполнен тоской и печалью, а прикосновения становятся уже совсем незаметными. - Так быстро? - сонно хнычешь ты, укутываясь посильнее и прижимаясь щекой к груди парня. - Да. Ты же проводишь меня? - Нет, не хочу. - Ну и ладно, снова по картам доберусь.       Ты тяжело вздыхаешь и всё же открываешь глаза.       Если вчера ты не могла поверить, что всё это реальность, что Джисон рядом, улыбается, обнимает тепло и нежно целует, заставляя краснеть, то сегодня ты не можешь поверить, что уже конец, что ваша ночь уже закончилась и нужно прощаться со всем этим, оставляя лишь яркие воспоминания, которые со временем потускнеют, дожидаясь новой встречи. - Провожу, конечно, куда я денусь? «Ты постучишься в дверь мою, и я тебе открою»