Ад на двоих

— Эй-Джей, что с лицом? — раздался строгий голос. Грустный мальчик оторвался от тарелки и большими глазами посмотрел на серьёзную девушку. — Ты так ничего и не съел. На тебя не похоже. Если что-то случилось, скажи мне — я должна знать. Луис, сидящий напротив них, прекратил жевать и вскинул голову, заглядывая в миску мальчика, которая действительно всё ещё была наполнена до краёв. Парень вопросительно глянул на девушку, указывая подбородком в сторону Эй-Джея. Та лишь пожала плечами — она тоже не имела понятия, что происходит. Вокруг было довольно шумно. Ребята, обедавшие за соседними столами, весело переговаривались и смеялись, рассказывая друг другу в который раз одни и те же байки. И только над их столом царила серьёзная атмосфера. Элвин снова опустил глаза в тарелку с остывшим супом и помотал головой. Рассказывать о своих слабостях и выставлять себя трусом не хотелось. Он должен быть сильным. — Нет, ничего. Девушка вскинула бровь, легонько толкнув сидящего рядом Элвина локтем в бок: — Эй-Джей. Мальчик упрямо сдвинул брови. — Я же сказал, всё в порядке, Клем. Клементина нахмурилась. — Элвин-младший, — негромко, но с нажимом повторила она. Мальчик украдкой огляделся по сторонам, проверяя, не подслушивает ли кто их разговор. Луис торопливо прикинулся ветошью и громко захлюпал супом, стараясь убедить Эй-Джея, что всё сказанное мальчиком будет услышано лишь Клементиной. Малыш вздохнул, отложил ложку, которой он гонял по тарелке кусочки лука, и слегка виноватыми глазами посмотрел на Клементину, но тут же спрятал взгляд, стоило ему столкнуться с золотистыми глазами девушки. — Мне страшно, Клем, — шёпотом признался он. Брови девушки сочувственно изогнулись, и ещё слегка детское лицо Клементины приобрело жалостливое и растерянное выражение. — В чём дело? — спросила Клем. Элвин погрустнел ещё больше. Он потупился, так и не решаясь посмотреть в глаза Клементины. — Меня мучают кошмары, — замявшись, смущённо пояснил он. Было немного стыдно, что он, с самого рождения живя в самом настоящем кошмаре, боится мрачных картинок, созданных собственным воображением. Клем учила его быть смелым, учила убивать монстров, выживать в царившем Аду, а он подводит её, демонстрируя, что все её усилия вырастить из него сильную личность были напрасны. От этого становилось ещё грустнее. Но ослушаться Клем и промолчать он не мог. — Кошмары? — переспросила Клементина. — Да, — Эй-Джей коротко кивнул. — Мне уже неделю каждую ночь снится, что ты… что ты умираешь… — Элвин замолчал, ожидая от Клем реакции, но та молчала, глядя на мальчика с непроницаемым лицом. Луис тоже стал хлюпать тише, исподтишка кидая взгляды на девушку и малыша. Тогда Эй-Джей продолжил: — Это всегда происходит по-разному. Тебя сжирает монстр… Ты гибнешь в пожаре… Тебя раздавливают обломки дома… Ты тонешь… Тебя душат… Ты прыгаешь с крыши… — глаза малыша стали наполняться слезами, и он торопливо вытер их рукавом, надеясь, что этого никто не заметил. — И так каждый раз… Клементина положила Эй-Джею руку на плечо, заглядывая мальчику в лицо. — А что тебе снилось сегодня? — осторожно поинтересовалась она. Малыш резко вскинул голову, серьёзно глядя на безмятежного Луиса, сидящего перед ним. — Тебя застрелил он. Над столом нависла тишина, которую спустя секунду нарушил кашель подавившегося Луиса. Парень кашлял в кулак, уперев руку локтем в стол и пытаясь вдохнуть. Когда ему это удалось, он выпрямился, растерянно глядя на Клементину. — Эй, Клем, — нерешительно заговорил Луис. — Ты же знаешь, я никогда не… — Всё в порядке, Луис, — прервала его девушка и повернулась к мальчику. Он исподлобья смотрел на Луиса, который явно чувствовал себя неловко от подобного внимания этого опасного малыша. Клем вздохнула. Взгляд её потеплел. — Успокойся, растяпа, — она привлекла мальчика к себе и обняла, заставляя оторвать взгляд от Луиса. Мальчик судорожно вцепился Клементине в куртку и крепко зажмурился. Сейчас он как никогда был похож на беззащитного ребёнка, коим он и был бы, если бы не нашествие ходячих. Так они и сидели некоторое время, пока Клементина не заговорила вновь. — Со мной всё хорошо, видишь? Это были просто глупые сны. Не верь им, сны никогда не сбываются, — в голосе девушки на мгновенье промелькнула печаль. — Мы здесь всего пару дней, ты ещё не привык к ребятам, но я уверена — они все хорошие люди, которые не дадут нас в обиду. Я им доверяю… И вообще, посмотри на Луиса, — они одновременно повернули голову в сторону парня. Тот помахал ему рукой и максимально дружелюбно улыбнулся, заставляя Клем закатить глаза, — неужели ты думаешь, что такой, как он, может навредить мне? — Эй! — возмущённо воскликнул парень, прекращая улыбаться. — И что бы это могло значить? Элвин тихо захихикал и повернулся к Клементине, та ему подмигнула. Взгляд малыша заметно повеселел. — Ты права, Клем, — облегчённо выдохнул он и, схватив ложку, пододвинул к себе тарелку, принявшись с аппетитом поглощать холодный суп. — На самом деле, мне нравится Луис, — признался Эй-Джей. Парень польщённо хмыкнул. Клементина ласково потрепала успокоившегося мальчика по голове, спустя секунду внезапно поймав на себе умилённый взгляд Луиса. — Ты выглядишь как молодая мамочка, — ответил он на её немой вопрос. Клементина сердито зыркнула на него, и тот торопливо вскинул руки над головой, делая вид, что сдаётся. — Понял. Молчу. Но как только Клементина отвернулась к Эй-Джею, на губах его вновь расцвела улыбка.

***

— Управляется с оружием, Как матёрый самурай. Хоть и хрупкая снаружи, Но пинком снесёт сарай, — закончил петь Луис, мягко растягивая последнюю гласную и лукаво поглядывая на Клементину. Звуки фортепьяно постепенно затихли, и Луис отстранился от инструмента, ожидая реакции на своё маленькое представление. Девушка сложила руки на груди и хмыкнула, подобным образом демонстрируя своё одобрение. Эй-Джей, стоявший рядом, весело хихикнул и несколько раз восторженно хлопнул в ладоши. Луис театрально поклонился. Это был уже пятый раз за несколько дней, когда парень исполняет Клементине песни собственного сочинения про неё же. Этот талант Луис открыл в себе совершенно внезапно и теперь не оставлял новую знакомую в покое, требуя, чтобы она оценила его очередное творение. Клем была не против: Эй-Джею, успевшему привыкнуть к Луису и его творчеству, это нравилось, а развлечений для мальчика и так было немного. Поэтому случалось так, что, закончив все дела, Клементина и Элвин допоздна засиживались в музыкальном зале, вслушиваясь в мягкие звуки фортепьяно или выслушивая новую песню Луиса про Клементину. Парень не скупился на комплименты и яркие эпитеты, Клем пропускала их мимо ушей. Однако стоило в песне проскочить какой-нибудь шпильке, Луис удостаивался хмурого взгляда. Парень не расстраивался и придумывал новые песни, то восхваляя Клем, то выводя её из себя. А Эй-Джей просто развлекался, наслаждаясь долгожданными спокойными деньками. — Что думаешь? — поинтересовался Луис у Клем, опуская крышку фортепьяно. — Я хорош? — Не то слово, маэстро, — фыркнула Клементина, так и не решаясь признаться, что в музыке она смыслит на уровне «могу отличить барабан от скрипки, довольна и этим». Парень удовлетворённо улыбнулся: — Я знал, что тебе понравится. Клементина вскинула бровь. Луис пожал плечами. — Кажется, пора обедать, — заявил Эй-Джей, привставая на носочки, чтобы выглянуть в окно. Парень посмотрел туда же. — Действительно пора, — подтвердил он и, прошествовав к выходу, театрально поклонился, жестом пропуская Клем вперёд. — Только после Вас. — Идём, Эй-Джей, — позвала Клем, первой покидая кабинет. Мальчик, предвкушая горячий обед, поспешил следом.

***

На школу опускался вечер. Начало заметно холодать, на небе зажглись звёзды, а ужин подходил к концу. Это значило лишь одно — пришло время картёжников. — Победа снова за мной! — Луис довольно шлёпнул ладонью по своей карте и повернулся к Вайолет, чья карта оказалась самой маленькой. — Правда или действие, Ви? Вайолет помолчала, взвешивая в голове все «за» и «против», взглянула на весело щурящегося Марлона, на Клементину, спокойно отложившую карту, и всё же выбрала действие. Луис сверкнул победной улыбкой. — Ну и чего ты хочешь? — с безразличным лицом спросила девушка. — Станцуй, — незамедлительно потребовал Луис. — Чего? — переспросила Вайолет. — Не слишком ли банальное желание для такого импровизатора, как ты? — А почему бы и нет? Никогда не видел, как ты танцуешь. — Может, потому что мне было не до танцев, кретин? — огрызнулась девушка. Луис совершенно не обиделся, лишь выжидающе посмотрел на Вайолет, призывая её к действию. Марлон сделал такое же лицо. Клем, словно извиняясь, пожала плечами, как бы говоря, что ничего не может поделать. Вайолет обречённо выдохнула и поджала губы. — Ладно, — раздражённо бросила она и поднялась с лавочки. — Сюда, — позвал Марлон, постучав ладонью по столу. Вайолет закатила глаза и ловко взобралась на стол, но на этом её ловкость закончилась. Движения девушки были порывистыми и резкими. Она нелепо взмахивала руками, неуклюже переставляла ноги и вообще не имела чувства ритма, напоминая своими танцами конвульсии. Без музыки это выглядело ещё более странно, чем должно было быть. Те ребята, что ещё не зашли в школу, замерли, поражённо пялясь на Вайолет. Подобное зрелище они видели впервые. Не выдержав, Луис негромко засмеялся, хлопая в ладоши, Марлон ухмыльнулся, и даже Клем едва сдержала улыбку. Заслышав смех, Вайолет тут же прекратила танцевать. — Да пошли вы, — зло буркнула она и, продемонстрировав остальным средний палец, соскочила со стола. — Ты сама грация, Ви, — не переставая ухмыляться, насмешливо заявил Марлон. — Завались, — рыкнула Вайолет и вновь оттопырила средний палец. Следующей победу одержала Клементина, на карте которой красовалась пиковая дама. Проигравшим был Луис со скромной шестёркой. — Правда или действие? — следуя правилам игры, спросила девушка. — Спрашивай, Клем, — подбодрил он Клементину, проникновенно глядя на неё. Она задумалась, размышляя, чего бы такого ей хотелось узнать о Луисе. — У тебя были какие-нибудь вредные привычки? Парень почесал затылок. — Я не назвал бы это привычкой, но лет в пятнадцать я вылакал полбутылки дорогого коньяка, которую случайно нашёл в кабинете директора и решил попробовать ради интереса. Мне потом было так плохо, что думал, умру и стану одним из этих милых уродцев, — имея в виду ходячих, поведал он. Марлон усмехнулся, вспоминая тот день. — Да-а-а, — протянул он. — Этого пьянчугу тогда жутко развезло. Он носился по всей школе, распевая матерные песни, рвался «надрать задницы» ходячим голыми руками, а потом, совсем слетев с катушек, начал приставать к Вайолет… — Но мой хук с правой быстро отрезвил его, — для наглядности продемонстрировав кулак, закончила довольная собой Ви. Луис потёр ладонью щёку. — Да, я помню, — и шёпотом, словно раскрывая секрет, обратился к Клементине, указывая большим пальцем на Вайолет. — Будь осторожна: у неё неплохо поставлен удар. Клементина кивнула и оглянулась, проверяя, не слышит ли её Эй-Джей. Мальчик сидел за соседним столом и что-то рисовал вместе с Теном. Ему сейчас было явно не до них. — А я однажды выпила пару глотков рома, когда у Люка, — при упоминании этого имени на губах девушки промелькнула едва заметная улыбка, однако Луис всё же заметил её и ревниво прищурился, — был день рождения. И затянулась сигаретой рядом с обращающимся человеком в заброшенном фургоне, который был окружён толпой ходячих. Мне тогда было лет одиннадцать, наверное, — поведала она, привалившись к столу. Вайолет вздёрнула брови, как бы спрашивая: «Правда, что ли?» Марлон хмыкнул, однако сложно было определить, одобряющий это хмык или порицающий. Луис присвистнул: — А ты была отчаянным ребёнком. Решила, раз нам всем каюк, пуститься во все тяжкие? Клементина пожала плечами: — Тогда мне казалось, что это хороший способ расслабиться. — Какой пример ты подаёшь своему пацану? — криво улыбаясь, Вайолет кивнула в сторону мальчика. Клем нахмурилась, уже жалея, что она рассказала это. — Эй-Джей не знает об этом. И никогда не узнает, — и, желая поставить в этом разговоре точку, потянулась за новой картой. Остальные сделали то же самое. Теперь ситуация полностью поменялась, и победителем был Луис, а проигравшей — Клем. — Правда или действие? — оперевшись щекой о ладонь, спросил парень. — Действие, — без раздумий ответила Клем. — Ты выбирала действие в прошлый раз, теперь правда, — заупрямился Луис. — Хорошо, — покладисто согласилась Клементина. — Итак, — парень сложил руки на стол и придвинулся ближе, — кто такой Люк? — и он пытливо уставился на девушку. Лицо Клем заметно погрустнело, а Вайолет и Марлон синхронно с лёгким осуждением глянули на друга. — Что? — тут же принялся защищаться Луис, отстраняясь от столешницы. — Я просто спросил. — Люк… это мой друг. Он был очень хорошим человеком, — негромко ответила Клем, напряжённо уставившись на свои руки. — В тот день, когда он умер, у него был день рождения… — И сколько ему исполнилось? — столь же тихо спросила Вайолет, сочувствующе глядя на девушку. Луис тут же проглотил свой вопрос: «У тебя с ним ничего не было?» — Двадцать семь. Разумеется, не было. Ребята поспешили продолжить игру, чтобы прервать неловкое молчание. Клем снова оказалась проигравшей. Сегодня ей не везло. — Раз уж мы заговорили о возрасте, — опустив формальности в виде вопроса «правда или действие», произнёс Марлон. — Сколько тебе лет? Просто интересно. — Мне вот, например, девятнадцать недавно исполнилось, — вклинился Луис. — В некоторых штатах я уже совершеннолетний. — Никто не спрашивал про твой возраст, болван! — раздражённо шикнула Вайолет. — Что хорошего в том, чтобы быть совершеннолетним? — А что в этом плохого? — не уступил Луис. Клементина, пока они препирались, сидела, закусив губу, и лицо её имело крайне озадаченное выражение, будто она что-то высчитывала в уме. — Думаю… — нерешительно начала она. — Думаю, мне лет шестнадцать. Или почти шестнадцать. Луис тут же забыл про Вайолет. — «Думаю»? — переспросил он. — Ты не знаешь свой точный возраст? — Я даже не помню, когда у меня день рождения, — добавила Клем. Луис скорчил удивлённую рожу. Клементина развела руками. — Мне как-то было не до этого. Я пыталась выживать. — Как и мы все, — мрачно откликнулась Вайолет. — А что насчёт вас? — поинтересовалась Клементина. Вайолет и Марлон переглянулись. — Мы с Луисом ровесники, только я на пару месяцев старше, — потерев подбородок, ответил парень. — Дружим с самого детства. А Вайолет сейчас семнадцать. — Я старше только на год, так что не смей называть меня старухой, — угрожающе произнесла Ви. Клем кинула недоумённый взгляд на Луиса, ожидая пояснений, но тот лишь фыркнул. — И в мыслях не было, — честно призналась Клем, так и не поняв, почему Вайолет вдруг потребовала от неё подобного. — Вот и славно, — тут же успокоилась девушка, протягивая руку к новой карте. — А то были случаи… Снова переворачивают карты, и снова самая маленькая у Клементины. Девушка печально вздохнула, а Луис весело свистнул. — Продуть третий раз подряд. Сегодня не твой день, Клем, — и он с превосходством показал ей карту с бубновым королём. — Правда или действие? — Действие, — решив, что откровений на сегодня достаточно, буркнула девушка и кинула карту на стол. — Выбери правду, — велел Луис, обмахиваясь своей победной картой на манер веера. Клементина сложила руки на груди. — Играй по правилам, Луис, — потребовала девушка. — Я же сказала, что выбираю действие. — Нет, это ты играй по правилам, — лукаво сверкая глазами, отбрил парень. — Это и было твоё действие: выбери правду. — Жук, — одобрительно усмехнулась Вайолет, толкнув локтем Марлона, чтобы он тоже обратил внимание на коварство друга. Привыкший к подобным фокусам Марлон только кивнул. — Так и есть, — Луис сделал театральный полупоклон. — Однако вернёмся к Клем. Все снова обратили своё внимание на девушку. Та выдохнула, не расцепляя рук. — Ла-адно, — слегка раздражённо протянула она. — Правда. Луис только этого и ждал. — Тебе нравится кто-нибудь из ребят? — придвинувшись ближе, он испытующе посмотрел на Клементину. — Только не снова, — страдальчески простонала Вайолет, прикрыв глаза ладонью. — Нормальный вопрос, — цыкнул на неё Луис. — Может, ей Тен нравится, а он не в курсе. Кто знает, возможно, лет через семь он станет тем ещё альфа-самцом. Клементина саркастически изогнула бровь: — Серьёзно? — Да кто ж вас, женщин, разберёт? — махнул рукой Луис. — Вы существа довольно странные. — Эй! — синхронно возмутились Вайолет и Клементина. — Ещё скажите, что это неправда, — поддержал друга Марлон, и они дали друг другу «пять». — Эй! — на этот раз возмутилась одна только Вайолет, а Марлон получил резкий тычок под рёбра, заставивший его сипло выдохнуть. — Ну так что? — Луис вновь повернулся к Клементине. — Ты всё ещё должна ответить на вопрос. Клементина пожала плечами. — Вы все мне нравитесь, — без задней мысли ответила она, явно не понимая, что именно парень имеет в виду. Луиса такой ответ не удовлетворил. — Да, но, может, тебе кто-то нравится по-особому? — намекающим тоном произнёс парень. — По-особому? — не поняла Клем, которая хоть и была сурова, словно амазонка, но при романтических вопросах в ней проявлялся всё тот же ребенок, которого однажды нашёл Ли в домике на дереве. — Ну да. Не так, как остальные, — продолжал напирать парень. — Не просто как друг… Вайолет, перегнувшись через Марлона, стукнула Луиса кулаком в плечо. — Ай! — обиженно воскликнул тот, хватаясь за ушибленное место. — За что?! — Чтобы языком чесал меньше, — непоколебимо ответила она. — Ты уже задал свой вопрос, не тормози игру. — Ладно, — сдался Луис. — Вскрываемся. Они снова перевернули карты. — Правда или действие, Луис? — вкрадчиво повторила всё ту же заветную фразу Вайолет. — О, нет, — тут же отреагировал Луис. — Я тебя знаю: только скажи «правда» — и ты из меня всю душу вытрясешь. Действие. — Что ж, — расплылась в коварной улыбке девушка. — Ты сам захотел. Тогда-а-а… Я хочу, чтобы ты поцеловал того, кто тебе больше всех нравится. Не как друг, само собой. Марлон кхекнул, тут же прикрыв рот рукой. Луис сглотнул, смерив подругу подозрительным взглядом. — Это месть? — Это месть, — не переставая улыбаться, подтвердила Вайолет. Луис вздохнул и огляделся, останавливая взгляд на Клементине. Она сидела, подперев подбородок руками, и была абсолютно уверена, что данное желание не имеет к ней никакого отношения, ведь знакомы они без году неделя. Наивная. Луис вздохнул ещё раз, нервно облизал губы, в нерешительности почесал затылок, снова взглянул на довольную собой Вайолет, предвкушающую представление, на заинтересованного Марлона, на безмятежную Клементину, и со смесью лёгкого страха и нетерпения уже потянулся было к последней, как вдруг… — Клем, я устал, пошли спать, — раздался сонный голос Элвина. Девушка отвернулась от Луиса, чтобы взглянуть на широко зевающего мальчика. Тот стоял, зябко кутаясь в куртку, покачиваясь, и глаза его то и дело закрывались. Было видно, что лимит сил малыша на сегодня уже исчерпан. — Ты прав, Эй-Джей, — задумчиво глядя на тёмное небо, сказала Клементина. — Думаю, тебе действительно пора ложиться. Спасибо за игру, — и она вспорхнула с лавки, оставляя Луиса сидеть с протянутой рукой и горящим взглядом.

***

Клементина сидела на крыльце, сложив ноги по-турецки, и точила свой нож. Раннее утро было прохладным, поэтому девушка то и дело ёжилась, но оставалась на месте, не желая будить ещё спящего Эй-Джея. Хотелось ещё сказать, что пели птицы, но это было не так. Птицы молчали. Сейчас, в такую пору, были напуганы не только люди, но и животные, поэтому божьи твари — те, которых ещё не изловили и не сожрали — предпочитали сидеть тихо, не попадаясь никому на глаза. Клем отложила точильный камень, который она нашла недели три назад в заброшенном хозяйственном магазине, умертвив прежде обратившегося продавца, и осторожно потрогала пальцем лезвие. Результат её не удовлетворил: нож был недостаточно острым и мог сослужить плохую службу, в самый ненужный момент застряв в голове ходячего. Поэтому, усевшись поудобнее и вздохнув, девушка терпеливо принялась полировать своё оружие по новой. Изо рта вырвалось облачко пара, а по коже пробежал табун мурашек. Утро действительно выдалось прохладным. Кто-то плюхнулся рядом с Клем и положил ей руку на плечо. Рефлекс сработал мгновенно. Секунда — чужая конечность сброшена и зафиксирована в захвате, вторая — и нарушитель спокойствия опрокинут навзничь, его рёбра прочно зажаты между коленями девушки, а на его переносицу направлен нож, третья — и Клементина видит перед собой растерянное лицо Луиса, застигнутого врасплох. Парень расширившимися глазами смотрит на оседлавшую его девушку, на лице Клементины проступает осознание. Тишина… — О, это ты, — промолвила Клем, нарушив затянувшееся молчание. Луис скосил глаза на оружие, которое всё ещё было направлено точно ему между глаз. — Да, это всего лишь я. И этот «я» будет тебе очень благодарен, если ты уберёшь от его лица свою пилочку. Но, так и быть, можешь с меня не слезать: ты весишь как пушинка. Единственное, что в тебе тяжёлое — это характер, — и он наградил девушку обезоруживающей улыбкой. Клементина фыркнула и скатилась с парня, потянувшись к отброшенному впопыхах камню как ни в чем не бывало. — Кхм, — Луис украдкой облегчённо выдохнул и распрямился, показательно отряхивая одежду. — Вижу, ты тоже не любишь, когда к тебе подходят со спины, — заключил он, намекая на Эй-Джея. — Терпеть не могу, — подтвердила девушка, усаживаясь в прежнюю позу и продолжая приводить нож в порядок. Луис, убедившись, что бросаться на него больше никто не собирается, примостился рядом, следя за резкими движениями Клем. Взгляд его сфокусировался на чужих руках, и он в который раз принялся внимательно разглядывать девушку, раскладывая детали её внешности по полочкам. Ладони были квалифицированы как маленькие и узкие, лицо признано симпатичным, но излишне серьёзным, золотистые глаза — живыми и привлекательными, причёска, где одна сторона была явно короче другой благодаря отрезанному тёмному хвостику, показалась забавной, фигура была утверждена как стройная, даже, скорее, слегка худощавая и гибкая, что неудивительно при таком образе жизни. И в целом, оценив Клементину с головы до ног, Луис без колебаний внёс её в категорию «хорошенькая». — Что? — внезапно спросила Клем, так и не повернувшаяся к нему, но каким-то образом заметившая, что он её разглядывает. Парень опустил взгляд ниже и наткнулся на блестящую поверхность ножа, из глубин которой на него смотрели внимательные глаза Клементины, сверкавшие в свете солнца. — А что? — глядя на её отражение, уточнил Луис. — Что ты пялишься? — А что, нельзя? — Не так явно. — О'кей, — согласился парень и притушил свой взгляд. Клементина снова потрогала лезвие оружия пальцем и довольно хмыкнула, спрятав точильный камень в карман. — Мне нужна твоя помощь, — не отходя от кассы, заявил он. Клементина выпрямила ноги, обутые в тяжёлые ботинки, которые не способен прокусить даже самый острозубый ходячий. — В чём дело? — спросила она, так и не дождавшись объяснений. Луис, то ли следуя примеру Клем, то ли просто передразнивая её, тоже вытянул ноги, которые были куда длиннее ног девушки. — Этот зануда Аасим, вечно что-то вещавший о здоровом образе жизни, слёг с температурой. Мне нужен напарник, чтобы отправиться в лес проверить ловушки. — И ты решил выбрать меня? — уточнила девушка. — Почему бы и нет. На тебя можно положиться, — серьёзно ответил он. — Ну так что? Составишь мне компанию? — парень поднялся на ноги и протянул Клементине руку, чтобы помочь встать. — Ладно, — Клем вложила свою ладонь в руку Луиса, принимая помощь, и поднялась следом, направляясь внутрь здания. — Ты куда? — окликнул её парень, так и оставшийся стоять на крыльце. Клементина оглянулась, затормозив у самой двери, к которой она уже приложила руку, чтобы толкнуть створку. — За Эй-Джеем, — пояснила она. — Надо взять его с собой. Луис покачал головой. — Не буди ребёнка, ему только перестали сниться кошмары. К тому же мы ненадолго. Только проверим ловушки, возьмём дичь, если она есть, и обратно. Он даже не успеет проснуться к тому времени. Клементина застыла в нерешительности, глядя то на Луиса, то на дверь. — Дай малышу поспать. Иначе он так и не вырастет — останется коротышкой до скончания веков, — принялся стращать её Луис. Девушка прониклась и отступила от двери. — Ладно, ты прав, идём вдвоём. Луис дурашливо отсалютовал и направился вперёд, призывая Клем идти следом. Некоторое время они шли молча. Клементина бдительно оглядывала деревья, проверяя присутствие на них меток, свидетельствующих о наличии ловушки. Луис же шёл спокойно, одной рукой сжимая ножку стула, служащую ему оружием, а другую закинув за голову, и насвистывал какой-то прилипчивый мотивчик. Было такое чувство, будто он вышел не в лес, где за каждым деревом может скрываться ходячий, а на субботнюю прогулку. — Что вы с Эй-Джеем планируете делать дальше? — внезапно спросил Луис, когда Клементина раздвигала кусты, проверяя, не попался ли кто в ловушку. Однако эта, как и все другие, была пуста. — Ты о чём? — она повернула к парню голову, отпуская ветки, сомкнувшиеся с тихим шорохом. Они снова двинулись вперёд. — Ну, что будет после того, как ты окончательно придёшь в норму? — указывая пальцем на свою голову, спросил Луис. Клементина машинально дотронулась до виска, который совсем недавно закрывали бинты. — Вы уйдёте? Будете дальше колесить по штатам и искать себе место под солнцем? Клем передёрнула плечами. — Не знаю, — честно ответила она. — Кажется, Эй-Джею здесь нравится. Я давно не видела его таким счастливым. К тому же у вас безопасно… Думаю, пока мы останемся в школе, а там видно будет. — Ясно, — парень кивнул и полез в заросли, раздвигая ветки. В силках, беспомощно дрыгая лапками и уже не надеясь вырваться, сидел большой серый заяц, чутко шевелящий бархатными ушками, словно двумя локаторами. — Эгей! — довольно воскликнул он. — Посмотри-ка, что это у нас здесь! — Луис подался вперёд, чтобы вызволить добычу, но остановился на полпути, поведя носом. — Не чувствуешь? Кажется, чем-то воняет… В этот момент Клементина подскочила к нему со спины и зажала чужой рот рукой, для чего ей пришлось встать на носочки. Луис недоумевающие покосился на неё, пытаясь что-то неразборчиво сказать в ладонь. — Тихо! — шикнула девушка, понижая голос. — Смотри… Луис затих и глянул в ту сторону, куда указывала девушка. Тлетворный запах усилился, и из-за деревьев показались ходячие. Один, два, пятнадцать, тридцать, пятьдесят — целые толпы живых мертвецов медленно, но неуклонно двигались к школе. Клементина медленно убрала руку с губ Луиса, потянувшись за ножом. Луис стоял прямо, словно натянутая струна, и из уст его вырвалось короткое, но крайне напряжённое: — Стадо…