Скажи мне

       Эта история началась давным-давно. Они были простыми пятиклассниками. Артём, то портфель её пнёт, то за косичку дёрнет. Кира в ответ пинка отвесит или подзатыльник.        Иногда бывали такие моменты, когда они обнимались. Вот только объятия были не простыми. Она ему на спину приклеет бумажку с надписью «Лох», а он ей на спину приклеет бумажку с надписью «Сумасшедшая».        Так они и жили. С восьмого класса они стали подкалывать друг друга. Розыгрыши и западлянки друг для друга были их неотъемлимой частью.        И вот сейчас, сидя на ступеньках, перед входом в горящую школу она спросила:        — А правда, что карие глаза могут свести с ума?        — Говорят, что карие глаза сводят с ума, серые глаза завлекают, — стал по-философски расстягивать он. — В голубые можно влюбиться… Вот только мне-то с зелёными, что делать? И вообще, нам сейчас не до этого, мы с тобой школу спалили.        — Не знаю, — усмехнулась она, и послышался не большой взрыв. — Ой, это ж такой выговор будет!        Она взвизгнула и прижала руки к себе, а он обнял её левой рукой за плечи и прижал к своей груди…

***

Сентябрь 2014 года

Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Возьми ключи от рая и домофона. Пароль от сердца и телефона.        Уже неделю идут у них уроки. Всё, школа началась, а это значит, что не погуляешь вдоволь, не наиграешься. Но казалось, что это правило обходило стороной двух непоседливых пятиклашек.        — Привет, Кира, — улыбнулся Артём.        — Привет, Арт, — улыбнулась в ответ Кира.        Их утро началось с привычных обнимашек. После них они повернулись лицом к школе и зашагали в класс, водя руками по своим спинам и проверяя, не прикрепил ли он/она ему/ей записку на спину.        «Она/Он не нащупала/не нащупал записку, — в мыслях усмехались они. — Впервые никто не скажет, мне что я лох/сумасшедшая!»        Однако, их мысли разрушились сразу же. В раздевалке. Когда они встретили там Вика и Фила.        — Ого, что-то новенькое — усмехнулись хором шипперы.        — Итак, Арт, ты сегодня Придурок! — снимая бумажку со спины друга, провозгласил блондин.        — А ты, Кира, Истеричка! — тоже снимая бумажку со спины мест бумажку, провозгласил Виктор. Окей, ты с подругами у барной стойки. А я в углу стою и у-у-у-у… Твое лицо в слезах и туши водостойкой. С тобой знакомится и ту-ту-ту-ту-ту…        — Значит, я Истеричка? — возмутилась на повышенных тонах девчонка.        — А я по твоему придурок? — тоже на повышенных тонах возразил мальчик.        — Да, самый настоящий!        — Да ты Истеричка! Чуть что сразу орать!        — Ну, а ты Придурок! Никогда и ничего хорошего сделать не можешь!        — Да, кто бы говорил!        — Да, кто бы это мне говорил!        — Ля-ля-ля! — он покрутил пальцем возле ушей и показал язык. — Истеричка! Истеричка!        — А ты Придурок! — пнула его в ответ она. — Придурок! Придурок!        Уже через пять минут Артём бежал в кабинет математики, крича: «Истеричка!». Но Кира тоже не промах, по этому нагоняла его, давала пинки и кричала: «Придурок!».        Уже в классе, кинув свои портфели на парту, они стояли и кричали друг на друга:        — Придурок!        — Истеричка!        — Придурок!        — Истеричка! Окей, я пригласил пообниматся в танце. Но ты сказала не пойду-ду-ду-ду-ду… И может быть ты сразу, но со второго взгляда. Я понял, что тебя люблю-у-у-у-у…

***

Декабрь 2017 года

       Урок физкультуры. Мальчики жонглируют мячом, девочки крутят обручи. Один из мячей прилетел в невысокую девочку. Кареглазую брюнетку.        — Ой, прости, — невинно улыбнулся Артём, ловя мяч обратно. — Я случайно.        — Ничего, — мило улыбнулась в ответ Кира. — Я понимаю.        А сама в голове выстраивает план мести. Он отвернулся и пошёл к мальчикам, усмехаясь. Далеко не случайно прилетел его подруге мяч в голову.        — Слушай, можно, пожалуйста, ты мне гирю одолжишь? — спросила Сменкина у самого сильного парня в их классе, состраивая милые глазки. Он таскал гири, поднимал штанги, и куча всего подобного в этом роде, Кира особо не интересовалась. — Мне ненадолго!        — А зачем она тебе? — хитро спросил парень. — И, что мне за это будет?        — Я не скажу твоему отцу о том, что ты куришь, — делая вид, что она рассматривает маникюр, которого даже нет, хмыкнула брюнетка. — А зачем она мне, тебя интересовать не должно.        — Держи, — обиженно хмыкнул парень. — Только отцу не слова.        — Спасибо, — специально приторно-сладко улыбнулась девушка. — Не переживай, хранить секреты я умею. И говорить мне в спину, что все мы девочки одинаковые и я всё равно расскажу всё твоему отцу, не стоит, — дала она совет. — Иначе познаешь силу женской хитрости.        На удивление одноклассника, кареглазая без особых усилий оторвала от пола гирю и поставила на порванных футбольный мяч. Завернула и уложила красивенько на полу так, чтобы ручки не было видно.        — Хей, Артём! — воскликнула Сменкина. — А ну-ка пробей по воротам!        Мещеряков удивлённо посмотрел на подругу, что с невинной улыбкой стояла в воротах.        — А ты не расплачешься, если мяч не поймаешь? — усмехнулся парень.        — Нет-нет, что ты, — чуть смутилась для виду девушка и тихо, сквозь зубы добавила: — Посмотрим, кто из нас первым заплачет.        — Ну, тогда лови!        Арт стал брать разбег. На лице Киры засияла победная ухмылка. Он побежал. Она прикрыла глаза, понимая, что сейчас будет. Он пинает мяч. Она сожалеюще закусывает губу. Он падает на пол, сдерживая бранные слова в адрес подруги и хватаясь за ступню. Она, сдерживая улыбку, идёт навстречу.        — Ой, бедный, — сделала испуганный вид. — Бедный Артём. Перепутал мяч с гирей. Ножка сильно болит? — потом сменилась в лице и показала победную улыбку. — Жалко лишь, что меня это не волнует.        — Конец тебе, Кира, — шепчет он, стараясь не кричать от боли.        — О, — усмехнулась она. — Буду ждать. Дай мне, дай мне, дай мне, дай мне только шанс. Послушай можно, можно, можно, можно не сейчас. Давай завтра, завтра, завтра, завтра в тот же час. Мы с тобой… ау-у-у-у-у… Хочешь, хочешь, хочешь, хочешь для тебя. Все эти дни и ночи, как в песне Михайлова. Я хочу очень, очень, очень, очень целовать тебя.        Вечером следующего дня у Киры тренировка по карате. Артём сидит на лавочке в спортзале с гипсом на ноге и костылями поблизости. Он ждёт её. Как бы они не ссорились, домой всегда идут вместе. Вот и сейчас он ждёт её.        Улыбаясь она подходит попить воды и говорит, что уже совсем скоро они пойдут домой. Он улыбается в ответ и говорит, что может и подольше подождать. Ведь с загипсованной ногой ему особо заняться не чем.        Сменкина возвращается к тренеру, а Мещеряков с хитрой улыбкой достаёт из кармашка пиджака маленькую бутылочку с зелёнкой.        Открывает её, случайно пачкая руки, и берёт полотенце подруги. Она будто знала о розыгрыше и взяла изумрудного цвета. Не жалея, выливает всё содержимое на полотенце и сворачивает. Быстро закрывает баночку и кидает в карман.        К нему подходит брюнетка и просит подать полотенце. Невинно улыбаясь, шатен отдаёт ей его.        — Спасибо, — отвечает Кира и отдаёт полотенце в руки друга.        — Не за что, — хмыкнул Артём и привстал. — Пойду прогуляюсь. Нога затекла.        Она возвращается к тренеру и он указывает ей на лицо. Она проводит и с ужасом смотрит на зелёные пальцы.        — Таких, надо мочить, — говорит ей тренер.        — Ну, Артём, тебе не жить! — зло восклицает она и, хватая сумку в одну руку и полотенце в другую, выбегает за ним из спортзала. Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Возьми ключи от Рая и домофона, Пароль от сердца и телефона.        И вот она уже переодетая, с зелёным лицом и зелёными руками, стоит на крыльце у школы. Ждёт своего друга, ведь ходит он в сто раз медленнее. Ну, по крайней мере сейчас.        И вот выходит он с зелёными кое-где волосами, с зелёными полосами от ударов полотенцем на лице, но за то с улыбкой.        — Что, Кира, домой? — спрашивает Артишок.        — Домой, — усмехается Кирок.        — Может, мир? — вновь спрашивает Мещеряков и протягивает руку.        — Может, мир, — вновь усмехается Сменкина, пожимая протянутую ладонь.        — Обнимемся?        — Обнимемся!        Они обнялись и на спинах обоих вновь красовались бумажки. Он — «Инвалид». Она — «Свой парень». Я тебя люблю, тебя люблю. Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». И чтобы не случилось в этом мире — Твоя прописка в моей квартире (е)

***

Май 2021 года

Окей, я две недели за тобой гоняюсь. И у двери стою и жду-у-у-у-у… Поскольку ты вчера женится отказалась. Я завтра снова предложу-у-у-у-у.        Вот уже одиннадцатиклассники Мещеряков Артём Алексеевич и Сменкина Кира Александровна стоят последний раз на крыльце своей школы.        Оба при параде. Он в джинсах, футболке и в чёрной косухе. Она в джинсовом платье до колена.        — Ну привет, Сменкина, — усмехается Артём.        — Привет-привет, Мещеряков, — усмехается в ответ Кира и они обнимаются.        После объятий, они оба подходят к школе, проверяя руками спины на наличие бумажек. На удивление их и вправду там не было.        — Что, готова, писать итоговую контрольную? — спросил шатен, хлопая подругу по левой ягодице и оставляя на ней с ухмылкой бумажку: «Моя» с подписью: «М.А.А.»        — Меня больше интересует, готов ли ты, — усмехнулась брюнетка, хлопая друга между лопаток и оставляя там бумажку: «Хамло» с подписью: «С.К.А.». Потом вдруг резко притягивает его к себе за шею, перекрывая доступ кислорода и шепчет: — Ещё раз хлопнешь, задушу окончательно.        На это парень лишь лишь хитро улыбнулся. Она так же хитро улыбнулась в ответ. Не говори мне, что ты не накрашена. Из нас двоих ты не самая страшная. Когда мы станем умнее и старше, я скажу. Что еще сильней тебя люблю.        Артём подглядывает, как девочки в туалете прячут шпаргалки. Кто в бюстгальтер, на них он предпочитал не смотреть, кто в чулки, тут он немного засмотрелся, но всё равно ждал, когда придёт черёд Киры прятать шпаргалки.        Одноклассницы стали покидать дамскую комнату. Арт спрятался за дверью. Когда же они ушли, то он вновь стал подглядывать, но теперь только лишь за Сменкиной. Она больше всех девчонок переживала и по этому спрятала шпаргалки, как в бюстгальтер, так и в чулки. Вот. Теперь Артас откровенно пялился. Потому что там прятала шпаргалки его, уже давно больше, чем подруга, а не какая-то Катька, которая была ему не интересная. Пялясь только на Сменкину, он говорил себе, что даже сохраняет верность только ей. Правда вот, больше чем подруга была аккуратна, по этому ничего увидеть не удалось.        Но и кареглазой пришло время покинуть дамскую комнату. Пока она вновь красила губы матовой тёмно-сливовой помадой, он быстро закрыл дверь и подставил под неё стул.        Довольно усмехаясь он зашёл в кабинет и всем раздали работы. Место рядом с ним пустовало, в то время как подруга пыталась всеми способами выбраться из уборной. Дай мне, дай мне, дай мне, дай мне только шанс. Послушай можно, можно, можно, можно не сейчас. Давай завтра, завтра, завтра, завтра в тот же час. Мы с тобой… ау-у-у-у-у…        На уроке Киру выпустила уборщица, что мыла полы в коридоре. Посочувствовав одиннадцатикласснице, женщина пообещала рассказать учителю эту историю прогула итоговой контрольной.        И уже на следующей перемене в класс с открытой бутылочкой колы зашла Сменкина. Мещеряков не удивился, ведь, когда-нибудь, но его подругу бы открыли. Однако у него был готов для неё ещё один розыгрыш.        Кира, как ни в чём не бывало поставила бутылочку на край парты. Артём заметил. Почему бы и не выпить? Кирина кола — его кола!        Он стал отбирать напиток у девушки. По началу она не хотела его отдавать, а точнее делала вид. Потом сдалась и он выпил почти всё содержимое.        Прозвенел звонок. Сейчас у них было окно, по этому одноклассники разбрелись, кто куда. А вот Арт не смог. Стоило ему встать, чтобы выйти, как он упал. В коле было снотворное. Кира пообещала, что заботу о нём возьмёт на себя, по этому друзья покинули их.        Злобно хихикнув, девушка закрыла дверь. Еле усадила тушу одноклассника на пол. Поставила стул, села и стала стричь его маникюрный ножницами. Задача не заключалась в том, чтобы подобрать парню новый стиль, нет. Задача заключалась в том, что бы подстричь его так, чтобы было такое ощущение, что её друга погрызли собаки.        Сделав свою работу, она покинула кабинет, оставив в руке у парня своё зеркальце и записку: «Посмотри на себя! Тебя собаки погрызли?»        На следующей же перемене Сменкину ждала карма. Он вернул ей зеркальце и Кира решила подправить свою причёску. Зря. Когда она фиксировала её лаком Артас попросил убрать эту вонючку с глаз его долой. Но вместо этого девушка лишь пшикнула лака на него. Тогда Артишок понял, что Кира сама напрашивается.        Стоило ей вновь начать пшикать лак, как парень поднёс к ней зажигалку. Естественно, то место, куда подруга в данный момент пшикала лак, вспыхнуло. Сначала она даже не поняла, что это её волосы горят. Но стоило это понять, как зеркальце выпало из рук и она стала кричать, махая руками воздуха головы.        Не ожидая криков со стороны подруги, Мещеряков быстро снял косуху и накинул ей на голову, перекрывая огню доступ кислорода. Но она продолжала визжать.        После последнего урока оба стояли перед зеркалом в коридоре и осматривали свои новые причёски. Кира поправила косуху, что с того момента так и осталась лежать на её плечах.        — Ну, Сменкина, — усмехнулся Арт. — Ты прям актриса погорелого театра!        — Мещеряков, — усмехаясь, упрекнула она друга. — Самого-то собаки погрызли.        Они так и застыли, смотря в зеркало. Только рассматривали оба не свои отражения, а отражения друг друга.        Вдруг Артём вновь хлопнул подругу по левой ягодице. Смешно было через зеркало наблюдать, как она приходит в ярость.        — Мещеряков! — воскликнула она, прижимая его к стене и прикладывая предплечье к горлу. — Я говорила, что, если ещё раз хлопнешь, то я тебя задушу?        — А ты попробуй! — воскликнул в ответ он, отталкивая от шеи её руку.        Артём схватил её за талию, притянул к себе и стал целовать в губы. На удивление Кира не сопротивлялась. Иногда даже брала инициативу в свои руки… Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Возьми ключи от Рая и домофона, Пароль от сердца и телефона.

***

Февраль 2025 года

       Оба уже заканчивают институт. Тот случай с поцелуями решили забыть, но всё равно не получалось. Что-то их всё-таки тянуло друг другу, несмотря на то, что они учились на разных факультетах. Понимали, видимо, что, уже давно друг для друга больше, чем друзья, но признаться в этом боялись, как себе, так и друг другу. Он на учителя физкультуры, а она на завуча.        Однако про розыгрыши ни один не забыл и до сих пор они их друг другу устраивали. Правда реже, но устраивали.        К примеру совсем недавно, когда он принимал душ после тренировки, Кира вместо его одежды, положила ему свою фиолетовую ночнушку с чёрными кружевами по краям.        Артём успел краем глаза заметить тихо усмехающуюся подругу, но она выбежала из душевой. Не бежать же за ней голышом, по полному людей университету. Пришлось влезть в маленькую ночнушку возлюбленной всего-то размера ХS. Натянул, как юбку от середины бедра до… Ну, почти до груди, ведь подруга не отличалась высоким ростом.        Услышав скрип двери, Сменкина сорвалась с места. Он долго гонялся за ней по всему зданию, пока не поскользнулся и не упал. Прямо перед ректором. Но падал он не один, а вместе с ней, ведь при падении успел ухватить её за ногу… Я тебя люблю, тебя люблю. Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». И чтобы не случилось в этом мире — Твоя прописка в моей квартире (е).

***

Сентябрь 2025 года

       Сегодня они вновь стоят перед дверьми в свою родную школу. Она поправляет ему галстук, а он убирает с её лица выбившиеся пряди.        Но стоят не как ученики, а как учитель физкультуры и завуч этой школы.        Он быстро поцеловал её в губы, ожидая худшей реакции. А она в ответ обняла его. Ну, опешив он тоже обнял её.        Они зашли в школу, всё же проверяя руками спину, на наличие бумажек. В этот раз оба были и вправду чисты.        На уроке физкультуры Артём отобрал у одного из своих учеников телефон. Там было открыто приложение поиска новых знакомств. Усмехнувшись, он всё же отругал ученика за не собранность. А для себя взял на заметку это приложение.        Специально скачал его, открыл и даже забил вариацию «нравящихся» ему девушек. Специально оставил телефон на зарядке в её кабинете и оставил включённым. Только вот телефон потом всё равно выключился.        Придя в свой кабинет она была сильно удивлена таким «подарком». Взяла телефон в руки оставила свой отпечаток (тип будущее, теперь на всех телефонах пароль отпечаток). Он разблокировался. Она ещё давно вбила свой отпечаток в его телефон, как пароль. А вот он не додумался.        Однако, улыбка сразу же сползла с лица, когда она увидела то, что было открыто в телефоне. Она посмотрела предпочтения.        — Значит, Артём, высокие голубоглазые блондинки с третьим размером, — зло хмыкнула Сменкина, откинула телефон, опёрлась о стол и скрестила руки на груди. Решила глянуть, как она у него подписана. Это было ожидаемо, так что Арт и это изменил. — Ага, значит, черноволосый карлик-исчадие ада…        Секунду, не более, она делала вид, что ей всё равно. Потом вдруг резко распустила свои не длинные волосы из греческой причёски и стала осматривать. М-да. Она даже русую отдалённо не напоминала. Чистая брюнетка.        Хмыкнув и гордо задрав голову, она пошла в кабинет медсестры, что был неподалёку. Открыла его ключом из своего кабинета и подошла к ростоизмерителю. Отошла. Он выдал метр шестьдесят три. Стукнула ногой по полу, ведь минимальный рост в предпочтениях был метр семьдесят.        — Ну да, Сменкина, чего ты хотела, он же амбал почти под два метра! — возмутилась она и схватила измерительную ленту.        Обвела вокруг груди. Явно не третий размер. Скомкала ленту и бросила на стол. Надула губы, сложила руки на груди, опёрлась о стол. Топнула ногой.        — В зеркало можно даже не смотреть! — вновь возмутилась она, сдувая с лица прядку. — Карий цвет глаз, далеко не голубой!        За всем этим из её кабинета наблюдал Артём. Просто, к охраннику идти и смотреть, как она психует не хотелось. Пришлось проникнуть в её кабинет. Как же хорошо, что Сменкина убедила директора поставить в школе камеры со звуком!        Она быстрым шагом покинула кабинет медсестры. Он понял, что она идёт к себе. Быстро залез под стол.        — Раз я не высокая голубоглазая блондинка, с третьим размером, то пусть свой телефон даже не смеет у меня заряжать! — воскликнула она забегая в кабинет и кидая ключ от медсестринской на стол. Взяла от какого-то класса. — Вот путь свой телефон у Шишиморовой пытается забрать! Она-то под его предпочтения подходит!        Она пулей вылетела из своего кабинета. Довольный Артём вылез из-под стола и вышел. Присвистывая, он пошёл в сторону спортивного зала. Путь его, как раз лежал через кабинет учительницы астрономии, Шишиморовой Елены Владленовны.        Почти на половине пути он встретился со злой Сменкиной, которая шла к себе в кабинет, громко топая каблуками.        — Воу, куда это мы такие злые? — спросил он, когда она его чуть не снесла. — Осторожнее ходим, Кира Александровна, какой пример Вы подаёте детям?        — Знаешь, что! — обернулась она. — Я хожу, как хочу! Где хочу! И когда хочу! Какой-то жалкий учитель физкультуры мне не указ! — зло наехала на Мещерякова Сменкина и даже подошла в плотную, тыкая его пальцем в грудь. — Понял?! Да и детей в школе уже нет! Половина восьмого вечера!        — Эй, полегче, — усмехнулся Арт.        — Полегче?! — закричала Кира. — Вот тебе полегче! — она со всей дури ему отвесила звонкую пощёчину. — Легче?!        Гордо подняв голову, она отвернулась, тяжело вздохнула и отправилась к себе в кабинет.        Артём так и продолжил недоумённо стоять. Когда же его хоть не много отпустило, он пошёл в кабинет астрономии. Взял свой телефон и только хотел достать зарядное устройство, как его ударило током. Кира отрезала сам порт.        Он подошёл к камере, что висела в кабинете, ведь знал, что подруга сто процентов за ним наблюдает и слышит.        — Значит так, Сменкина? — спросил он. Та кивнула экрану ноутбука, но увидеть этого движения Артишок не мог. — Ну, война так война, — усмехнулся он и строго потом добавил: — Только знай, на войне все средства хороши.        Мещеряков покинул кабинет. Спустя несколько минут по всему зданию раздалась пожарная сирена. На экране Сменкиной всплыла съёмка с той камеры, которая была недалеко от нажатой кнопки. Это сделал Артас. Он стоял перед камерой и победно ухмылялся. Был одет, как хоккеист, даже шлем был на голове. Клюшкой сбил камеру.        — Хоккеист недоделанный, — зло прошипела Кира, отрывая от юбки недлинный кусок и наматывая его на правую руку. — Зря капу в рот не взял. Без зубов у меня останешься. Рукопашку ещё никто не отменял!        Бросила мимолётный взгляд на видео со всех камер. Он подходил к двери её кабинета.        Стоило Артёму открыть дверь, как он увидел Киру с огнетушителем.        — Пожар, да? — спросила Сменкина и стала заливать его пеной.        Пока пена в огнетушителе не кончилась они стояли друг напротив друга. Но стоило ей коничтся, как девушка кинула огнетушитель в парня и стала убегать.        Однако, убежать ей удалось не далеко, ведь в спину прилетел тот же огнетушитель. Она с визгом повалилась на пол. Арт времени не терял и побежал к поверженной, но только вот Сменкина была повержена не до конца. Подскочив, она с стала убегать от него.        Оба прибежали в столовую, подруга скидывала со столов стулья, чтобы хоть как-то преградить путь другу, однако, стулья не так уж и сильно ему мешали. Но вскоре стулья кончились, ведь они были на кухне.        Тут началось месиво, Артём успел ухватить Кира за руку, на что она заехала ему ногой в пах и, грубо говоря, обезоруженного, перекинула через бедро. Решила убегать, да только он схватил её за талию и толкнул в стол.        Она упала лицом в муку, которую только недавно просеяли и оставили на утро. Пока вставала, дала ему по каске каблуком. Вскочила и стала кидать в него первые попавшиеся предметы, а он стал отбиваться клюшкой.        Клюшка продержалась недолго. Пара-тройка ударов об кастрюли и один железный ковш для воды, а так же три раза по талии Киры. Всё, что она смогла выдержать. Тогда он схватил поднос и стал прикрываться им, причём очень во время ведь в него полетела сковородка, а после и молоток для отбивных.        Но Сменкина промахнулась и попала не в Мещерякова, а в балон с пропаном. Естественно, сорвало ручку и газ стал выходить наружу. Она схватила что-то вроде зажигалки, только похожую на пшикалку, и стала угрожать ей другу.        Он услышал, что что-то шипит и обернулся. Увидел пропан и стал просить:        — Кира, Кир, пожалуйста, не зажигай огонь.        — С чего бы это? — зло спросила она, но огонь пока не зажигала.        — Кир, там ручку у пропана сорвало, — стал, как маленькой, объяснять он. — Сейчас зажёшь огонь и взрыв. Положи эту штучку на место.        — Думаешь, я тебе поверю? — вновь зло спросила она. — Ты и в правду так думаешь?        — Кирочка, пожалуйста, положи эту штучку, — уже, как умственноотсталой, стал говорить он. — Кирюш, положи. Не хочешь ложить, отдай мне, пожалуйста, Кирочка.        — Ага, значит, когда тебе от меня что-то надо, то я Кирочка, Кирюша, — стала возмущаться она. — А когда нет, так я черноволосый карлик-исчадие ада, да?        Кира стала нажимать на ручку, но огонь не выходил. Замерла, пытаясь понять в чём проблема. Только потянулась, чтобы вновь нажать, как на неё налетел Артём.        Правда, поздно налетел… Я тебя люблю, тебя люблю». Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». Возьми ключи от Рая и домофона, Пароль от сердца и телефона.

***

       Сидели прижавшись друг ко другу они не долго.        — И всё-таки, ты мне ответил, — тихо сказала Сменкина.        — Обернись, — попросил он. — Что видишь?        — Горящую школу, которую мы подорвали во время очередных западлянок, — усмехнулась брюнетка, оборачиваясь.        — Сделай вывод.        — Сводят?        — Ещё как сводят, — улыбнулся он.        Они так и застыли. Она прижалась к его груди и смотрела ему в глаза, подняла голову вверх.        Он держал обе свои руки на её талии и, опустив голову вниз, тоже смотрел ей в глаза.        — Что это я, — растерянно произнесла девушка и отвернулась. — Не обнимай меня. Я ж не высокая голубоглазая блондинка с третьим размером.        — Да, ты не блондинка, — согласился парень. — Может, глаза у тебя и не голубые. Да и грудь не третьего размера, но я всё равно тебя люблю!        — Что? — удивилась Кира, а Арт понял, что сболтнул лишнего.        — Что слышала, Сменкина, — тяжело вздохнул он, отводя взгляд в сторону. — Я. Тебя. Люблю.        — А я… — засмущалась она. В животе вновь запорхали бабочки, стало тяжело дышать. — Я… Я тебя тоже.        Он удивлённо замер, отвернувшись. Она отвела в сторону взгляд и отвернулась.        Но вдруг они оба резко повернулись друг ко другу.        Артём стал целовать Киру, а она его. Но у обоих на губах застыл вопрос: «А можно ли тебя поцеловать?»… Я тебя люблю, тебя люблю». Скажи мне: «Я тебя люблю, тебя люблю». И чтобы не случилось в этом мире — Твоя прописка в моей квартире (е).