Её брат

Ну, ладно. Пусть котёнок и оказался не бездомным, да и с утверждением, что он мёртв я тоже поторопилась. Но всё равно, куда он вообще смотрел?! Через пару минут Милка и Стас уже спокойно беседовали с соседкой Элис, очаровательной девушкой лет 16 на вид, по совместительству оказавшейся хозяйкой этого несчастного зверёныша. Как я поняла из их неторопливого диалога, Джинжер (ака Кисонька) в первый раз была выпущена погулять во дворе, но незаметно улизнула и выбежала на дорогу, где и повстречала суровую реальность в виде Стасовой машины. В общем-то, от неминуемой гибели, Джи спасло только чудо и то, что Стас тормозит не только по жизни. (Я ещё раз оглядела Алекса, тискающего в руках котёнка на пару с Милкой: «Мяу» — пискнула Джи, «Няяяя!» — радостно вторили ей два бывших анимешника.) Надо заметить, что анимешники никогда не бывают бывшими. Это я не из личного опыта – меня-то, слава богу, эта зараза обошла стороной. Пока Милка разлагала мозг невиданными дозами японской анимации, я занималась более интересными вещами. Например, соблазнением девушек из художественного клуба. Вот это были времена! В списке моих достижений значится даже фамилия преподавательницы по живописи (из-за неё кстати мне и пришлось забросить рисование). Но это мелочи. Зато я увлеклась фотографией, благодаря чему и познакомилась с Милкой. Дело было на анимэ-фестивале, куда меня притащили друзья с просьбой «пофотографировать» костюмированное шоу. Вся эта вакханалия продолжалась уже около часа и медленно разъедала мне мозг, когда внезапно я увидела Милану, в шикарном бальном платье и с длинной розовой косой, унизанной цветами. Она была неотразима. Как загипнотизированная, я ходила следом за ней, украдкой делая фотографии. (Друзья потом долго не могли понять, почему на снимках так мало персонажей из их команды, зато почти всюду мелькает какая-то розоволосая девушка.) Потом уже были всяческие попытки познакомиться, завязать общение. Мысль о том, как Мила относится к любви между девочками, меня мало волновала. В конце концов, одно я знаю точно – девушки соглашаются попробовать что-то «новенькое» гораздо охотнее, чем парни. Видимо, это просто не ставит под сомнение их женственность и даже иногда за измену не считается. В то время как парни в «дружеских» поцелуях видят прямую угрозу своей мужественности и тут же всеми правдами и неправдами бросаются на защиту своей пятой точки. В общем, я не сомневалась, что уговорю Милу хотя бы раз попробовать, каково это – быть с девушкой. «Тебе понравится, я обещаю» — после этой фразы и нескольких бокалов шампанского обычно любая натуралка хотя бы на одну ночь становится би. Проблема была в другом. Мила мне понравилась. Действительно понравилась. Больше, чем просто увлечение, больше, чем желание. Мне хотелось быть с ней, гулять по парку, держась за руки, дарить ей цветы и целовать на прощание, звонить каждый вечер, чтобы пожелать спокойной ночи. Называть своим «Солнышком» и крепко прижимая к себе говорить «Никому-никому не отдам!». Давно у меня такого не было. Со времён школы. Когда ещё была маленькой наивной дурочкой, по уши влюбленной в Акимову Дашку, звезду нашей школы. С которой в первый раз по пьяни поцеловалась, с которой может быть и провела бы первую ночь, если бы её обожаемый Владька не заявился на наш девичник. Всё как-то быстро свелось к шутке, а на утро, протрезвевшие и до предела смущённые, мы обе сделали вид, что ничего не было. Помучилась я месяц-другой, попереживала, наблюдая, как Дашка с Владькой на свиданки бегает, да и успокоилась. Научилась получать удовольствие, не пропуская лишнее через сердце. И вот конец первого курса. Я ставлю в игнор звонки своих случайных любовниц, совершенно перестаю думать об учёбе, фотографиях, друзьях и близких, — все мои мысли полностью подчинены кареглазой принцессе, которая буквально околдовала меня своей милой улыбкой. Круглые сутки я провожу в компании новой «подруги», пытаясь выяснить, может ли она посмотреть на меня другими глазами. Есть ли хоть один шанс на миллион? Надо сказать, что Милка в те дни вела себя как сущий ангел – стыдливый румянец на щеках после каждого слова, никаких опозданий на встречи, «Какое мороженое хочешь?» — «Такое же, какое и ты». Знала бы я, каким дьяволёнком окажется это невинное дитя, была бы я так же сильно очарована ею? Думаю, да, была бы. Вы только посмотрите на неё – разве можно не влюбиться? А потом, в один прекрасный день я подумала – была не была, больше нет сил терпеть! Признаюсь ей и будь, что будет. «Мила… ты мне нравишься… Больше, чем подруга, знаешь?». И вижу это странное выражение лица – то ли удивление, то ли ступор. Сидит, ладошками лицо закрыла и бубнит что-то себе под нос. А я никак ничего не разберу. «Мил, ты только пойми меня правильно. Я просто с самого первого дня в тебя влюбилась. Если для тебя это слишком, то я конечно же пойму, просто…» — а слова застревают в горле, потому что знаю, ни фига не пойму. С разбегу об стенку, железобетонную, чтобы уж наверняка. Потому что влюбилась по уши, потому что не переживу, если она посмеётся в ответ или скажет, что никогда не сможет ответить мне взаимностью. Мне хотя бы крошечный шанс, я бы всё сделала – горы свернула, моря иссушила, все звёзды ей в ладонях принесла, но доказала, что ни с одним парнем она не будет так счастлива, как со мной. «…ы... мне… же… авишься». «Чего?» — пытаюсь разобрать, что она там бормочет. «Ты мне тоже нравишься», — шепчет она, чуть отстраняя руки от своего раскрасневшегося лица. И всё. Мой мозг взорвался фейерверком. Ничего больше не помню. Только как сжимала её в объятьях и говорила, говорила, говорила что-то без остановки: «Милочка, хорошая моя, я всё-всё для тебя сделаю. Только пожалуйста, будь со мной!..». Она соглашалась, а я, будто не веря в своё счастье, повторяла свою просьбу снова и снова. И она каждый раз говорила «да». В тот вечер я даже не решилась её поцеловать – сердце и так от эмоций не билось, а буквально вибрировало в груди. Проводила её до подъезда, обняла на прощание, чмокнула в макушку и прошептала в самое ухо: «Моя. Никому не отдам» и слышала, как она улыбается. Тем временем, пока я ушла с головой в воспоминания о нашем знакомстве и начале отношений, вся честная компания уже успела попрощаться с Элис, потрепать за ушко счастливо спасшуюся Кисоньку и загрузиться в машину. Каким образом туда запихнули меня, я даже не заметила. Очнулась уже на полпути к дому Нади, когда Милка, сидящая на переднем сидении, окликнула меня со странным вопросом: - Лёль, давай подарим Стасику на свадьбу кошечку. Или щеночка… - Надя меня вместе с этой живностью из дома выгонит! — оборвал сестру Стас, а оживившийся Алекс тут же радостно заметил: - А я вас к себе заберу. Вместе с котиком. И будут у меня 2 личных котика. Макс, ты же не против, правда? – блондин перегнулся через меня и пихнул в плечо залипшего над телефоном Лешего. - Да хоть бегемота заводи, только ухаживать сам будешь. - Ой, я буду таааак ухаживать, таааак ухаживать, — явно ушёл в фантазии Алекс. - Да иди ты, — бросил Стас, заезжая на стоянку. *** Боже, дай мне сил не упасть лицом в салат. За длинным обеденным столом уселись все основные герои вечера. По левую руку от меня с восторженными комментариями дегустировала пасту Милка. (Радость моя, и с каких это пор ты стала есть после шести?) Далее без умолка юморил Алекс, в красках описывая свою встречу с последним заказчиком. Сидящий напротив Станислав его внимательно слушал, а Макс лишь лениво ковырялся вилкой в тарелке, потому что Надя, через каждые пять минут, не уставала намекать брату на ужасный внешний вид. Надя. Пара слов о супер-женщине. Она сразу же показалась мне какой-то подозрительной. Привлекательная внешность меня не удивила – Милка говорила, что девушка у Стаса «что надо» (я даже грешным делом немножко приревновала, но когда Милана, заливаясь смехом, спросила: «Ты что ревнуешь?» — фыркнула в ответ «Ещё чего».) В общем, Надя оказалась симпатичной. Даже нет, красивой. Но как-то уж слишком картинно-красивой. Холодной что ли, как ледяная скульптура. Вежливо, но уж чересчур сдержанно она поздоровалась со мной и Милой, сказала, что рада принимать таких важных гостей, устроила нам экскурсию по квартире и усадила во главу стола, отказавшись от какой-либо помощи по кухне. При этом краем глаза я заметила, как она успела пропесочить Стаса по поводу забытых ключей и вычесать мозг Лешему на тему его кошмарного вида. «Если ты завтра же не подстрижёшься, я сама обрею тебя налысо!» — вспыхнула Снежная королева, и я на секунду заметила, как в её глазах зажёгся огонёк. Пугающий такой огонёк. Адским пламенем отсвечивающий. В общем, чует моя чуялка, не всё так просто с этой особой. Надо будет ещё немного за ней понаблюдать. За окнами уже окончательно стемнело, когда наевшиеся до отвала гости начали выбираться из-за стола. Я к тому моменту еле стояла на ногах от усталости, поэтому с разрешения хозяйки дома поинтересовалась, где можно разобрать вещи и принять душ. Надя тут же встрепенулась, проводила нас с Милкой в гостевую спальню, выдала полотенца и вернулась на кухню, где её обострённому чувству аккуратности не давала спокойно жить немытая посуда. Душ. Закрыв душевую кабинку и настроив идеальную температуру воды, я наконец ощутила себя человеком. Милка ещё продолжала возиться со своими чемоданами (судя по тяжести – разбирать она их будет как раз до завтрашнего утра). Мне же сейчас хотелось только одного. Спать. И я искренне надеялась, что друзья Стасика успеют свалить к тому моменту, как я выберусь из ванной. Вернее, если выберусь. Желание усесться прямо на пол и уснуть тут, в окутанной паром душевой, становилось все сильнее с каждой минутой. - Лёль! Я тоже в душ хочу!!! Давай быстрее! – раздался голос Милки, и я покорно выключила воду. (Для примера, сама Милка ещё бы час проторчала в ванной, не смотря на все мои напоминания, увещевания и возмущения.) И почему я всегда так легко сдаюсь? Выбираюсь из кабинки и тянусь на верхнюю полку за полотенцем. Однако в этот момент скользкий пол и сила земного притяжения решили сыграть со мной злую шутку. Поскальзываюсь и, из последних сил стараясь удержаться на ногах, хватаюсь за эту самую полочку, которая не только не помогает мне в моём нелёгком начинании, но и с лёгкостью отламывается, едва не добавив к моей отбитой пятой точке черепно-мозговую травму. Капец. Ну, что за день-то такой! А это всё Стасик виноват, и за что только Милка так им восхищается? Да он… да он даже… Её брат не в состоянии прибить полку в ванной!