Наказание

После очередного своего героического сумасбродства Старк два дня провалялся в реанимации без сознания. Стив и Клинт приходили несколько раз, пытаясь выдворить её из больницы, чтобы она отдохнула, но Наташа прекрасно высыпается и на свободной больничной койке. Медперсонал даже не пытается спорить: взглядом Наташа обещает такие муки любому, кто запретит ей быть рядом, что ей только приносят дополнительный плед и порцию обеда. Когда Старк на третий день приходит в себя, Наташа караулит у постели, бездумно поглаживая пальцами лежащую поверх одеяла руку. Поморгав неверяще, Старк смотрит на свою “сиделку” и спрашивает осторожно: — Эм… Я жив? Ответом ему служит убийственный взгляд, и Старк, кажется, уже почти верит в загробную жизнь: после таких взглядов Чёрной Вдовы живыми по земле не ходят. — Как ни удивительно, но жив. — Чудно. А ты здесь сидишь в надежде, что я всё-таки не очнусь? Я сплошное разочарование, да? Говард бы точно так сказал. — Ты сущее проклятье, Старк. Для всех, кто тебя… — она запинается на этом месте, и продолжает не так, как хотела сказать изначально, — знает. Заведи уже себе подружку-врача. Это будут идеальные отношения, потому что всё то время, что ты не геройствуешь где-нибудь сломя голову, ты лечишься после своих геройств. Так хоть с подружкой время будешь проводить. — Боюсь, доктор Чо меня пошлёт даже за малейший намёк на возможные отношения со мной — хотя она меня и любит, безусловно. Правда! Я точно знаю, что она от меня без ума. И вообще, доктора вечно заняты, так что, прикованный к койке, уже я буду страдать в одиночестве, потому что кому-то придётся бежать и спасать чьи-то жизни. Впрочем, можно подумать о докторе в отставке. Стрэндж, например. Как думаешь, он согласится на столь заманчивое предложение? — ухмыляется Тони. Наташа чувствует подступающую жажду убийства. — Если ты сейчас же не заткнёшься, Старк, искать пассию тебе придётся уже не среди врачей, а среди гробовщиков и могильщиков. — У тебя уже есть кто-то на примете? — с видимым интересом произносит Тони. Наташа не выдерживает — смеётся в голос, почти до слёз. — Честное слово, Тони… — вздыхает она. — Ты договоришься до того, что будешь встречаться со мной — в качестве наказания за все грехи. Наташа пытается выглядеть угрожающе, но, кажется, ей это не удаётся. Тони смотрит на неё как-то странно, как-то ломано улыбается. — Не худшее наказание из возможных. Я бы, пожалуй, согласился его принять. В голову ничего остроумного в ответ на это не приходит, и пауза затягивается. — Так что, Романофф? Будешь моим палачом? — Я буду твоим наказанием, Старк. За все твои грехи: прошлые и будущие. На твоём месте я бы трижды подумала. — Ты забываешь, что я гений, детка. Пока вы думаете один раз, я успеваю подумать все десять. Наташа в ответ фыркает, игнорируя разливающееся в груди тепло, наклоняется и запечатлевает на губах Тони лёгкий поцелуй — обещание. — Только учти, гений: я не из тех, кто будет ждать, если ты вздумаешь опаздывать на свидания. — Мне уже заказывать пафосный гроб? — Не стоит тратиться. Я тебя закопаю без лишних церемоний. — Это будут самые экономные отношения в моей жизни. — И самые сказочные, Старк. Пока смерть не разлучит. — В сказках герои умирают в один день. — Ты же любишь инновации. — Мне интересно, Романофф, с таким длинным языком, как у тебя, мы до постели когда-нибудь доберёмся? Или это будут ещё и самые целомудренные отношения в моей жизни? — Ты и так в постели, Старк. — Без горячей рыжей цыпочки под боком. Это не считается. — Ммм, придётся поработать над проблемой со счётом. — О, ролевые игры, вот так с ходу? Что ж, госпожа учительница, предупреждаю: я буду очень, очень плохим учеником. — Я привыкла работать с трудными случаями. — Значит, я в надёжных руках. Противореча собственным словам, Тони притягивает Наташу к себе и крепко обнимает. И, пожалуй, эти объятия тоже можно считать надёжными.