Наследник тьмы.

- Эсепте мирэ… Тишину темного ночного леса разорвало от дикого вопля. Трое магов в капюшонах пытались догнать чернокнижника, но пока им это не удавалось. Мелкий дождик накрапывал, отвлекая их от погони. Погода вообще не способствовала быстрому передвижению. Трава была очень мокрой и врезалась в ткань плащей, не позволяя быстро передвигаться, а земля была в некоторых местах мягкой и скользящей, поэтому нужно было иметь большую сноровку, чтобы быстро передвигаться в такую погоду. Чернокнижник резко развернулся, выпустив из своей левой руки молнию, которая тут же полетела в преследователей, после чего он продолжил побег. Один из магов махнул рукой, и молния тут же была отражена, отлетев в дерево. Они продолжили свое преследование. На черном маге сверху была надета только куртка с капюшоном, поэтому он легко и быстро смог оторваться от преследователей. Хотя даже не одежда помогла ему, а возраст. Черный маг был очень молод, проворен, хитер и быстр. Преследующие его маги даже и не догадывались, что уже проиграли эту маленькую войну. Чернокнижник уже сделал то, зачем приходил в этот город. Он запятнал их род. Очернил их святую ведьму. Он был даже рад, что она была так молода и прелестна. Жаль, что они больше не увидятся, хотя, если верить пророчеству, они еще сразятся. Маг испытывал легкое возбуждение лишь от воспоминания о случившемся. Теперь осталось вернуться в обитель и доложить главе круга, что задание выполнено. Лес уже начинал заканчиваться, а значит, впереди был обрыв. Один из магов остановился и, скрестив руки возле лица, начал читать заклинание: - Элене абсолют… Латори мэнери… Мир вокруг стал тягучим, как желе. Все начало мерцать, передвигаться стало еще труднее, но это был единственный способ поймать врага. Маг сначала опустил руки, а затем, махнув ими, заставил свое тело стать невесомым. Сделав небольшое усилие, он взлетел в воздух, догоняя остальных. Вдалеке уже сверкали молнии и слышались короткие вскрики. Его друзья сражались. Он становился в нескольких метрах от них, когда чернокнижник запустил в него молнию, чтобы сбежать. Маг взмахнул рукой, и небольшое деревце вырвало с корнем и полетело в обидчика, но черный маг тоже был не промах. Скрестив руки, он заставил дерево разлететься в щепки. Щепки, как маленькие ножи, полетели в одного из магов и разорвались в нескольких метрах от него. Черный знал, что маги тут же кинутся на помощь товарищу, и воспользовался этим, прыгнув с обрыва. Там он растворился в темноте. - Сбежал, сволочь, - прошептал мужчина, поднимаясь на ноги. Он снял капюшон и подошел к обрыву, заглянув вниз. Он старался увидеть там того, кто сейчас спрыгнул, но темный уже сбежал. - Ты как, Роберт? - Вроде в порядке, Виктория. - Мужчина стер кровь с ладони. Трое могущественных магов круга так и не смогли поймать черного заклинателя, что строит против них козни. Нужно было что-то с этим делать. Они не могли позволить свершиться пророчеству. Не могли и все тут. Сейчас на кону стояло что-то большее, чем жизнь одного. Сейчас на кону была жизнь всего человечества. - Мы должны защитить дочь Лиры, - произнесла женщина с длинными каштановыми волосами. Она провела по ним рукой, медленно снимая капюшон. Виктория была поистине прекрасной женщиной, даже в гневе она оставалась очаровательной и неотразимой. Но вот сейчас, когда она ждала первенца, она чувствовала себе на пике силы, и ей даже нравилось ощущать себя беременной. У всех женщин круга дети рождались поздно, только одной из них повезло родить ребенка двадцать лет назад. Если это можно назвать везением, ведь после родов женщина умерла. - Она сбежала с тем парнем и находится не в поле нашего влияния, - произнес мужчина, слегка опуская голову. Он не должен был, не должен был отпускать девушку. Она опасна не только для себя, но для окружающих. Она еще слишком молода, ее силы растут и, если она не сможет контролировать себя, то у всего круга могут возникнуть большие проблемы. А если об этом узнает Круг Темной Розы, то для них всех жизнь будет закончена. Они узнают об этом, Роберт был в этом точно уверен. Такой круг не мог не знать, что происходит в других. Этого мужчина боялся больше всего. - Мы больше не властны над ее судьбой. Нужно сделать отречение. - Ты хочешь прогнать ее из круга, Роберт? – закричала одна из женщин. – Ты в своем уме? Она часть нас… Понимаешь? Часть нас, мы не можем отречься от нее. Мы ведь обещали Лире беречь ее. - Она выбрала свою судьбу, не оставшись с нами, а уйдя с человеком. Отныне Мари Дунайс не является частью круга Динорис. В небе сверкнула молния, в подтверждения сказанным словам главы круга. - Круг разорван, господа... Скоро нас всех ждет смерть. - Третья ведьма посмотрела на ночное небо, на котором сейчас медленно гасли звезды. Раньше все казалось таким понятным, сейчас же их судьбы висели на волоске. Все трое вздрогнули. Пророчество грозило вот-вот исполниться, а они ничем не могли помешать этому. Проклятие начало действовать в тот момент, когда у Лиры, самой могущественной ведьмы из круга, родилась дочь с черным пятном на пояснице. И уже в тот момент ничего нельзя было исправить. Ничего. Лира умерла вскоре после тяжелых родов. Сильная, казалось бы, женщина угасла всего за тринадцать дней. Это тоже был дурной знак для всего круга. - Защитите ее, защитите, - шептала умирающая ведьма. Но круг больше не отвечает за судьбу Мари, отныне она сама несет ответственность за все свои поступки… 18 лет спустя… Меня зовут Леонардо Кастреус и я ненавижу свое имя, так что зовите меня лучше просто Лео. Мне семнадцать лет. Я живу с отцом, а мать свою я не знаю. Она бросила меня, когда мне был год. Отец говорил, что она просто ушла и не вернулась. Он, конечно, страдал все эти годы, искал ее, но все старания были тщетны. А мне кажется, что она сейчас попивает где-нибудь тропический коктейль. Судя по фоткам, которые я видел, моя мать была очень красивой женщиной. Так что исключать любовника я не буду. Отца зовут Рафаэль Кастреус, он работает хирургом в городской клинике, так что дома его не бывает практически всегда. А мне была предоставлена свобода во всех действиях. Мне всегда казалась странным моя внешность. Ну, во-первых, мы с отцом совсем не похожи, ну не капли. Я блондин, а он брюнет. У меня карие, практически черные глаза, а у него голубые. У него немного удлиненный нос, у меня же прямой и очень ровный. Да и родимое пятно всегда меня настораживало. Маленькая черная звездочка на запястье, которое мне постоянно приходиться прятать под напульсниками. Эта отметина пугала меня. В детстве мне всегда казалось, что в моей комнате кто-то есть. Бабушка говорила, что мне кажется, и это просто моя фантазия. Но это не так. Я чувствовал чье-то незримое присутствие, я кожей ощущал, как кто-то рядом стоял и смотрел на меня. Со временем мне становилось все равно, что я чувствовал. Я просто включал плеер и так быстрее засыпал. Но вот когда мне исполнилось тринадцать, со мной случилось что-то ну уж очень странное… Я допоздна гулял с другом. Отца не было дома, так что я не волновался, что меня будут ругать. Я попал под дождь, осенью так всегда бывает. Хорошо, что бежать мне недалеко. В окнах на первом этаже горел яркий свет. Вот черт, кажется, мне сейчас попадет. Долго медлить я не стал, заскочив в дом, я уж было ждал громких криков, но ничего не произошло. В доме было очень тихо. Никакого присутствия отца. - Отец? – крикнул я, но ответа не последовало. В доме была тишина и покой. Может он приходил, а потом его снова вызвали на работу? А тогда почему дверь была открыта? Не понимаю. А вдруг это воры? Я еще раз осмотрел дом в поисках присутствия посторонних, но никого не было, все вещи находились на своих прежних местах. А может, они спрятались? Я не мог это отрицать. Медленно пройдя на кухню, я заглянул за дверь. Фух, слава богу, никого нет. Я уже шел обратно в гостиную, как вдруг входная дверь резко захлопнулась. Я обернулся и вздрогнул. Шторы на окнах трепетали, словно от сквозняка. Я часто задышал, мне становилось не по себе. Вдруг свет начал моргать, и совсем на секунду выключился. А вот это уже совсем не смешно. По телу пробежали мурашки. Если это кто-то шутит – это дурацкая шутка. Подойдя к двери, я несколько раз дернул за ручку, но вскоре понял, что она мне не поддается. Половица рядом скрипнула. Я резко развернулся и хотел побежать в свою комнату, но вдруг понял, что начал проваливаться куда-то вниз. Мои ноги начало засасывать в пол, словно я стоял в зыбучих песках. Я не понимал, что творится. - Отец! - закричал я заикающимся от страха голосом. Я начал бить руками по мягкому полу, в который проваливались мои ноги. Я что, сплю? Что происходит?! Внизу под моими ногами что-то зашевелилось. Это что-то быстро обвивало мои ноги и сжимало их до такой степени, что я переставал чувствовать их существование из-за дикой боли. Я хотел, чтобы это все прекратилось... - Помо-ги-те... - всхлипнув, прошептал я, зажмуривая глаза. Неожиданно все прекратилось, и, открыв глаза, я обнаружил себя просто лежащим на полу. Высоко висела ярко горящая люстра, которая сейчас медленно раскачивалась из стороны в сторону. Мне показалось, что по моему телу начало что-то ползти. Я не мог найти силы в себе, чтобы отреагировать, но это непонятное чувство усилилось, мало того, к нему еще добавилось легкое покалывание и непонятный зуд на коже. Голова была такой тяжелой, что повернуть ее в сторону было очень сложно. Мое тело словно мне вообще не принадлежало. Но что-то мне подсказывало, что повернуть голову было просто необходимо. Я очень медленно поворачивал голову, и, пока я это делал, по коже пробежал холодок, а руки начали гореть диким пламенем, словно мне под кожу что-то проникало. Громко застонав, я резко повернул голову. То, что я увидел, повергло меня в дикий шок и ужас. Я попытался дернуться в сторону, но мне это не удалось. Я громко закричал. Непонятная черная нитка обхватывала все мое тело и проникала под кожу рук. Меня объял жар, дикий и неудержимый. Меня тошнило, но я не понимал, от чего именно. Все мое тело пронзала непонятная конвульсия, которая заставляла меня прогибаться в пояснице и дико вскрикивать. Не знаю, сколько это продолжалось, может быть, вечно, потому что сил бороться у меня практически не осталось. И, в последний раз прогнувшись, я ощутил, что куда-то проваливаюсь. Я видел все через какую-то дымку. Я находился в небольшой комнате, в которой меня очень привлекло зеркало у стены, к которому я и направился. Зеркало было очень необычным, в нем не было отражения, в нем была какая-та непонятная чернота, которая меня пугала и одновременно притягивала. Мне хотелось провести по зеркалу рукой, что я, собственно, и сделал в следующую секунду. На кончиках пальцев появилось что-то липкое. Тело становилось каким-то ватным. Я просто сел рядом со стеной, а голова непроизвольно отклонилась к зеркалу. Я полностью расслабился и не осознавал, что может быть иначе, чем сейчас. Мне казалось, что кто-то гладил меня по голове, так приятно и так нежно. Хотелось спать. - Оставайся с нами, - прошептал еле слышный голос молодой девушки. Мои глаза начали медленно закрываться, словно по чьему-то приказу. - Ты нужен нам. - Мы не отдадим тебя. - Ты только наш. Эти голоса звучали так тихо, но так четко. Кому они принадлежали, я не знал. Вдруг где-то совсем близко раздались шаги. - Я же говорила тебе, Борис. - В комнату вошла молодая женщина, что была так похожа на мою маму. Одета она была в легкое летнее платье, которое не скрывало ее изрядно большой живот. За женщиной следом вошел мужчина, напоминающий мне кого-то, но кого именно, я не мог вспомнить. - Но ты все знала. Ты знала, что нельзя поступить иначе. - Мужчина погладил плечо женщины, а потом отошел к зеркалу, встав практически напротив меня. Женщина обняла свой живот так нежно, словно кто-то сейчас мог украсть у нее это чудо, что скрывалось глубоко внутри. - Я защищу его, чего бы мне это не стоило… И да, ты прав, я давно знала, на что иду. Я не позволю им использовать его в своих целях. Мужчина подошел к ней и, положив свою руку на ее плечо, спокойно произнес: - Мы должны избежать всех неминуемых последствий, он не должен узнать правду. - Я спрячу его подальше от всего этого. Они никогда не смогут найти его. А после все растворилось в белом дыму… Мир словно сошел с ума, я уже ничего не понимал. Все это казалось мне странным сном, в котором я, как Алиса, побежал за белым кроликом… Руки просто выкручивало, я захрипел от боли и попытался встать. По телу прокатился холодный озноб, от которого становилось невыносимо плохо. Но мне удалось только перевалиться на бок, как медведю. Я посмотрел на руку. Нитка, обвивающая мое тело, медленно проникала в родимое пятно. Несколько слезинок скатились по моей щеке. Я видел, как нитка медленно собирается вокруг родимого пятна, а потом проникает под кожу и просто исчезает где-то глубоко внутри. Я поднялся на ноги и, шатаясь, пытался устоять. Вся мебель вокруг была сломана, словно у нас в гостиной взорвалась бомба, а я точно не знал, сделал это я или кто-то другой. Сейчас я ничего не мог понять. Вы скажите, я псих? Может, вы действительно правы. Может, это так оно и есть, но вот только после этого я начал видеть вещи, которые обычные люди не видят.