А что,если...

Секунда…Еще секунда… Каждое мгновение, проведенное в молчании становилось для Роуз мучительной пыткой, она со страхом и надеждой ожидала ответа Кэла. Прерывисто вдыхая воздух, который со свистом проходил через ее дрожащие губы, девушка заставляла себя успокоиться и надеяться , чтобы ее тайные мольбы и желания наконец стали явью. Кэледон замер на полпусти, остановившись посередине комнаты, когда услышал тихую просьбу своей невесты. Не веря сказанному, он стоял, не решаясь повернуться- она шутит? Слегка повернувшись, он окинул ее недоверчивым взглядом и растерянно моргнул: -Что ты сказала, дорогая? Сердце у Роуз упало в пятки со стремительной скоростью- как она осмелилась предложить такое , они ведь еще даже не помолвлены, по сути- два совершенно чужих друг другу человека! О, какой ужас, теперь он будет считать ее распущенной, что она неблаговоспитанная леди, конечно, ведь юные незамужние девушки не могут предлагать остаться мужчине в ее комнате без компаньонки! Ооо, зачем, зачем она это сказала? Но так или иначе- неосторожно сорвавшиеся слова были услышаны и теперь оставалось только ждать… -Роуз!- голос Кэла стал требовательным, мужчина подошел в ней вплотную и сдавленно попросил: -Повтори! Дрожа от волнения, Роуз опустила голову и часто заморгала ресницами, пытаясь унять напряжение- сейчас он точно рассердится! Характер жениха невозможно было предсказать, в одну минуту он мог стать разъяренным и пылающим гневом, но уже через секунду невозмутимо раскуривать сигару. Так и сейчас, по его тону сложно было сказать, что последует за этим приказом. -Роуз, я жду, - уже мягче произнес мужчина. Девушка пыталась отвести взгляд, но в конце концов, взяв себя в руки, смело взглянула в непроницаемое лицо Кэледона: -Останься… Тихонько положив руки ему на грудь, Роуз, привстав на цыпочки, легонько коснулась губами его рта и снова посмотрела ему в глаза Кэледон растерянно смотрел на нее, атмосфера в комнате стала настолько чувственной и сладкой, что, казалось, она обволакивает каждый предмет, находящийся тут в тягучую горячую пелену, приглушая все звуки и свет… -Роуз, моя Роуз, -пробормотал мужчина, и, крепко сжав ее плечи, притянул к себе и прижался к ее губам в жадном поцелуе. Крепче и крепче обнимая ее, словно боясь, что любимая передумает и оттолкнет его, он держал ее голову, не в силах насытиться желанными и такими сладкими губами своей невесты. Находясь в объятьях любимого мужчины, Роуз вся дрожала от счастья и от возбуждения, проникающего в кровь и разливающегося по телу томительной негой, лишающей воли. Не сопротивляясь натиску Кэледона, она легонько провела по его плечам, тихонько снимая халат. Тонкая батистовая сорочка вдруг стала казаться невыносимо грубой и жесткой, липла к телу и причиняла невыносимую муку возбужденным соскам. Нерешительно ухватившись пальчиками за пуговицу на его рубашке, девушка ловко расстегнула ее. И затем еще одну…И еще… В расширявшемся вырезе показалась крепкая грудь, и Роуз, робко коснувшись горячего тела ладошкой, сглотнула слюну, чтобы хоть как-то смочить пересохшее от волнения горло. Для юной и неискушенной девушки подобное исследование было в новизну, каждое движение, дававшееся ей с таким трудом, было мукой для Кэла, который уже и не помнил, что такое робость и нерешительность. Но он терпеливо ждал, когда Роуз закончит свое исследование- все еще был велик риск отпугнуть ее, а этого Кэледон ой как не хотел. -Иди сюда, - хрипло произнес мужчина, и, обхватив руками ее лицо, начал нежно целовать ее, постепенно усиливая нажим и страсть, но стараясь держать себя в руках. Чувствуя, как поцелуи становятся более глубокими, Роуз каждую секунду порывалась снять с Кэла рубашку, но внутренняя робость каждый раз останавливала руки на уровне его груди и ни сантиметра выше или ниже. Как-то незаметно упершись лодыжками в ножки кровати, она прервала поцелуй и оглянулась- есть ли страх? И с удивлением обнаружила, что в ее сердце нет места этому ненужному и бессмысленному в данной ситуации чувству. Кэл, воспользовавшись ее замешкой, самостоятельно скинул рубашку, и, слегка подтолкнув Роуз, опустил ее на кровать. Теперь уже отступать было некуда- да девушка и не хотела этого. Наконец-то Кэл оказался к ней ближе, чем даже в самых смелых мечтах. Его красивое лицо было в нескольких сантиметрах от нее, тихонько наклонившись, он прижался горячим поцелуем к шее невесты. Сантиметр за сантиметром покрывая нежную кожу поцелуями, он приводил Роуз в совершенно незнакомый любовный восторг, все, что когда-то она считала самым ярким любовным переживанием меркло по сравнению с этими ощущениями. Сердце то замирало, то начинало биться, как сумасшедшее, поддаваясь древним инстинктам, девушка подалась вперед, стремясь оказаться как можно ближе к возлюбленному. Столь слегка наивный и искренний порыв желания едва не свел Кэла с ума, он, едва сдерживаясь, продолжал свою ласку, все время приказывая себе думать, что эта девушка невинна и неопытна. Но, казалось, Роуз и сама хотела как можно скорее перейти к более занятным вещам, нежели скромные поцелуи. Сев на кровати, она развязала шнурок, удерживающий сорочку на груди, одно практически незаметное движение- и тонкая ткань сползла по плечам, обнажая прелестное тело. Приглушенный электрический свет ламп не освещал комнату полностью, и теперь все тени, словно под умелой рукой художника, легли на совершенные, ничем не прикрытые изгибы, подчеркивая изящность и красоту юной девушки. Раскрасневшаяся от желания, с горящими глазами и сбитым от страсти дыханием, Роуз была словно богиней, сошедшей с Асгарда, чтобы соблазнить смертного ради своей забавы. Это было слишком даже для джентельмена- столь явный призыв к действию не мог остаться без внимания. Кэледон рванулся вперед, уже не в силах сдерживать обуревающее возбуждение, целуя, он прижимал к себе ее мягкое женское тело, столь нежное и восхитительно пахнущее каким-то цветочным ароматом. Он гладил пышную грудь, намеренно обходя самые чувствительные участки кожи, чтобы подразнить, прикасался к мягкому животику, и, взяв руки Роуз, положил себе на грудь, призывая действовать смелее. Куда делась вся прежняя робость? Девушка , ничуть не стесняясь своей наготы трогала сильные плечи, приходя в экстаз от собственной храбрости, наконец-то она может быть к Кэлу так близко, насколько это возможно между мужчиной и женщиной. Пусть они не женаты, сейчас мысли о каких-то правилах и приличиях отодвинулись в самый дальний угол сознания, главным сейчас было лишь то, что происходило между ними. По взаимному молчаливому согласию двое влюбленных нетерпеливо ласкали друг друга, и Роуз, издав едва слышный стон удовольствия, закрыла глаза, чувствуя, как легкое, но очень мощное чувство заполоняет разум, лишает тела движения. Но все же, чувствуя какую-то недосказанность во всем происходящем, она тихо произнесла : -Кэл? -Сейчас, сейчас, любимая, - быстро шептал мужчина, пытаясь одной ногой стянуть с себя штаны. Вид совершенно обнаженного мужского тела смутил Роуз. Нет, конечно, она знала анатомию тела и хорошо представляла себе, чем мужчины отличаются т женщин, но видеть все воочию, а не на бесжизненных иллюстрациях- это совершенно другое. Девушка инстинктивно попыталась прикрыть грудь руками, Но Кэледон, перехватив ее ладонь, поцеловал каждый пальчик: -Не надо…. Не бойся, все будет хорошо, я тебе обещаю… Роуз задрожала от нервного напряжения, и Кэл счел нужным ее успокоить: -Я ни за что не позволю тебе замерзнуть. Это было бы недостойно джентельмена, - с лукавой улыбкой добавил он. Снова потихоньку расслабляясь, Роуз постаралась глубоко вздохнуть- она ведь сама так этого хотела! Кэл легонько коснулся ее груди губами, и ее сознание словно взорвалось от бури чувств. В страстном полузабытии, она лишь томно вздыхала, позволяя Кэледону целовать и ласкать себя. И лишь когда он слегка придавил ее к кровати, Роуз снова испугалась- уже сейчас? Низ живота сжался, сводя судорогой ноги, но Кэл мягко, но настойчиво развел их и, приблизившись к ее губам прошептал: -Позволь мне, любимая… Позволь любить тебя, я хочу, чтобы ты принадлежала мне, была только моей, ты хочешь этого? Скажи, Роуз, ты хочешь быть моей без остатка? -Да… Да, Кэл, пожалуйста, - девушка двинулась бедрами вперед, в поисках чего-то, что сможет заполнить пустоту, которая, казалось, поглотила все ее тело, Роуз жаждала продолжения, чувствуя нутром, что это еще не все, как бы восхитительно и сладко все не было. Осторожное прикосновение к ноющей плоти стало последним толчком в рушащуюся стену остатка благоразумия. Тихонько всхлипнув от желания, она притянула его к себе, моля, чтобы Кэл не останавливался ни на секунду. Каждый миллиметр давался с трудом, но Роуз, стиснув зубы, приказывала себе терпеть боль, ей казалось, что если он прекратит свое продвижение, она сойдет с ума или убьет его. Сантиметр за сантиметром два тела становились все ближе и ближе друг к другу, и, когда Кэл достиг последней преграды, он мысленно попросил прощения у Роуз, за причиненные страдания. Чувствуя, как боль полоснула низ живота, девушка не смогла сдержать стон боли, но последующий миг стал словно бальзамом для ее измученного желанием тела- наконец пустота внутри заполнилась, ощущение тоски и нервозности пропало. Еще секунда- и восторг, пришедший на смену боли, уничтожил все страхи. Двигаясь в древнем, как мир, ритме, Роуз едва сдерживалась, чтобы своими стонами не всполошить Труди, которая, наверняка, была в соседней комнате. Отголоски боли придавали наслаждению остроту, которая делала ощущения острее и ярче. В груди разрасталось что-то светлое, что-то невероятно солнечное, которое было готово вот-вот разорваться и заполнить своим светом и теплом все естество Роуз. -Ты теперь моя!- тяжело дыша прохрипел Кэл, жадно целуя ее.-Ты понимаешь, Роуз, ты теперь принадлежишь мне! Эти слова прозвучали как торжественная ода страсти, разбившейся на миллионы осколков и рассыпавшейся по всему телу крошечными искрами пламенной любви… Такой вот пафосный конец :D