нездоровое влечение

Утро. На улице льет сильный ливень, ведь началась осень. Руслан грустно смотрит в окно, и понимает, что у него даже зонта нет, чтобы дойти до школы и не промокнуть. Его куртка уже настолько потрепана, что стыдно было ее надевать. Прислушавшись к звукам, Тушенцов понимает, что мать дома, и оставаться тут — худший вариант. Думая, как же поступить, пойти в школу или терпеть мать, Руслан все же выбирает первое. Быстро покидав какие-то тетради в портфель, парень попытался незаметно выйти, но мать его окрикнула. — Слышь ты, утырок, — без капли любви сказала мать, — чтобы сегодня пришел рано и принес что-то пожрать. У тебя мать с голода скоро умрет! Понял? Руслан постарался не обращать внимания, и выйти, как она одернула его за капюшон. — И че ты молчишь? С тобой мать разговаривает. — Я понял, я иду в школу, отпусти меня. Мать лишь с презрением посмотрела на Руслана, и ушла обратно на кухню. «Пиздец. И что мне теперь делать? Она рассталась со своим ебырем, и решила пожить со мной? Сюда мне возвращаться нельзя.» — пронеслось в голове у Тушенцова. Стараясь не думать о том, что ему придётся делать вечером, Руслан шел в школу. Его одежда промокла насквозь, но ему было глубоко насрать, у него хватает других проблем, о которых он думает. Дойдя до школы, он увидел, что на улице нет людей от слова совсем. Видимо, он опоздал, но так как первым уроком была физика, он даже обрадовался. Зайдя в холл, он стремительно пошел к туалету, но тут его остановили те двое. — Что, промок? Они смотрели на него и смеялись. Смеялись, будто увидели какой-то тупой ролик на ютубе, в котором людям больно, но такие люди могут лишь забавляться таким. — Сигареты принес? — спросил другой, стоявший рядом с громилой, который преградил путь в туалет. Отрицательно махнув головой, Руслан попытался вырваться, но тут его сковали руки огромного тупого одиннадцатиклассника. — Далеко собрался? Руслану никогда не было так страшно, как в тот момент. Когда его била мать, он знал, что ей надоест, или она потом начнет как обычно загонять, какая она хуевая, и что он ее не достоен. А от этих двоих, он даже не знал, чего можно ожидать. — Я не курю… — успел сказать Руслан, как вновь получил в живот. — Отошли от него, я сейчас вызову директора! — слишком неожиданно раздался голос Юлика. Тушенцов был бесконечно благодарен ему, но как только он подумал об учителю, то вспомнил вчерашний поцелуй. Когда громила ослабил хватку, Руслан побежал в туалет и закрылся там. Хотелось лишь плакать или кричать, бить кулаками об стену и упасть в пропасть, чтобы не чувствовать ничего. — Эй, ты как? — раздался обеспокоенный голос Юлика. — Всё… нормально, — постарался спокойно ответить Руслан, но его голос предательски дрожал, — уйди пожалуйста, мне нужно побыть одному. — Я не могу оставить тебя в таком состоянии, выходи. Руслан не знал, как поступить. Вроде бы ему и хочется сейчас увидеть лицо учителя, к которому он испытывал неоднозначные эмоции, но с другой стороны, он не понимал, что ему нужно от него. Пересиливая себя, Руслан вышел из кабинки и в тот же момент Юлик притянул его к себе. — Все хорошо, успокойся, — говорил ровный, добрый голос учителя. Его руки крепко обнимали Руслана и несмотря на его промокшую одежду, ему становилось хорошо и тепло. «Если они еще хоть раз обидят моего мальчика, я за себя не отвечаю» — пронеслось в мыслях у Юлика. Ему хотелось укрыть этого маленького мальчика от всех бед, которые его настигли. Ему хотелось стать для него опорой, тем, к кому он придет, когда ему плохо. Но Руслану был не понятен его мотив. «Может он педофил? Надо держаться от него подальше» — подумал Тушенцов, и высвободившись из объятий учителя, выбежал из школы и просто пошел куда-то прочь, сам не понимая куда. Ему нельзя идти домой, ему нельзя в школу, везде его окружают люди, которым нельзя доверять. И куда же идти?