Часть 1
27 августа 2018 г., 20:23
— Как у тебя это получается? — он накрутил на палец прядку волос Вэй У Сяня.
— Что именно? — Вэй Ин с полуулыбкой приподнялся на локте, заглядывая ему в лицо.
— Ты живешь один в этой жуткой пещере и не унываешь…
Пещера оказалась ещё более мрачной, чем Вэнь Нин себе представлял. Было заметно, что тут пытались создать хоть какое-то подобие уюта, но ничего не получилось. Слишком сыро, слишком неприветливо, слишком сильный сквозняк.
— Эй! Мне нравится моя пещера! Никто не нудит над ухом, что я всё делаю не так, как надо, — рассмеялся Вэй Ин. И, немного подумав, добавил: — Хотя, я не очень часто тут появлялся в последнее время. И, пожалуй, надо бы подкинуть побольше дров в огонь.
Вэнь Нин хмыкнул и укрыл их обоих одеялом — вставать прямо сейчас не хотелось. Хотелось лежать вот так в обнимку и наслаждаться редким чувством покоя. С Вэй У Сянем всегда было так — светло, радостно, хорошо. Легко настолько, что он ничуть не удивился, обнаружив однажды себя самозабвенно целующим его. Вэй Ин тогда только поглядел насмешливо и обнял покрепче. Это не было любовью. Во всяком случае, Вэнь Нин так думал. Просто они оба были не прочь хоть ненадолго убежать от гнетущего одиночества.
Вэй Ин забрал его с собой после «Аннигиляции солнца», ничего не объясняя. Будто это было абсолютно естественно для них — возвращаться вместе домой. Будто бы у них вообще был дом.
— Вэй Ин, зачем я здесь? — он поймал ладонь, что щекотно скользила по его обнаженной груди, и прижался к ней губами.
Вэй У Сянь чуть вздрогнул.
— Люди жестоки, а ты носишь фамилию Вэнь, — он прикрыл глаза и нежно погладил Вэнь Нина по щеке. — У меня слишком мало близких, чтобы просто положиться на удачу. И вообще, ты мог не идти со мной. Так зачем же ты здесь?
Вэнь Нин почувствовал, как жар опаляет его щеки и мочки ушей. Ему хотелось сказать, что он пошел бы куда угодно с Вэй Ином. Что будь его воля, он бы вообще никогда от него не отходил. Но с губ сорвалось иное:
— Ты звал — я пришел. И я могу за себя постоять!
— Конечно, но так мне спокойнее. Впрочем, я не могу тебя заставить киснуть со мной в этой жуткой пещере, — Вэй Ин улыбнулся и резко сел на кровати, что-то вспомнив. — Точно! Я могу сделать её чуть приятней.
Он потянулся к своему халату, брошенному второпях на каменный пол, надел его, не завязывая пояс, и достал из рукава бумажных птичек, которых мастерил на привалах. Затем, порезав палец мечом, он нанес на каждую фигурку по символу и так тихо пробормотал заклинание, что Вэнь Нин ничего не разобрал. Птички же вдруг засияли неяркими багровыми и оранжевыми всполохами, встрепенулись и взмыли под каменный свод, негромко щебеча. Это было прекрасно — казалось, будто в птичках поселились маленькие огоньки. Вэнь Нин смотрел во все глаза на это чудо, и в его груди разрастался комок тепла.
— Научишь меня? — затаив дыхание, спросил он Вэй У Сяня.
Тот самодовольно ухмыльнулся.
— А ты не боишься? Это же ужасный Путь Тьмы, — он внезапно завыл и начал размахивать руками, изображая, видимо, гуля.
Вэнь Нин прыснул, и Вэй У Сянь расхохотался за ним следом, упав на него сверху. Вэнь Нин не знал, как объяснить, что пока рядом он — единственный человек, который в него верил и всегда поддерживал, — ему ничего не страшно.
— Давай, я лучше покажу тебе кое-что другое. Что-то очень непристойное, — отсмеявшись, прошептал Вэй Ин ему прямо в ухо, от чего у него пробежали мурашки вдоль хребта. — Ты мне доверяешь?
Вэнь Нин только кивнул, боясь не совладать с голосом. Вэй Ин, отстранившись, стянул одеяло на пол, и легонько погладил его по голове, снова что-то едва слышно бормоча себе под нос. Ладони двинулись вниз, прошлись по всей длине волос, по бокам, вернулись к шее, и снова, легко касаясь, заскользили по груди, по бедрам, по длинным ногам. Когда они замерли на лодыжках, Вэнь Нина вдруг заполнила необъяснимая легкость, казалось, ещё чуть-чуть и он взлетит. Он попробовал пошевелиться, но ничего не произошло. Его тело будто онемело. Он растерянно глянул на Вэй Ина, но тот лишь улыбнулся успокаивающе.
— Это ненадолго. Если тебе будет неприятно, скажи мне об этом, — он достал флейту и поднес её к губам.
По пещере полилась тихая спокойная мелодия, перекликающаяся с щебетом бумажных птиц, и волосы Вэнь Нина начали извиваться змеями. Они свились в изящные узлы, оплели его плечи, надежно зафиксировали руки на груди. Вэнь Нин удивился — он, как и все заклинатели, использовал небольшое количество энергии ци для того, чтобы волосы не выпадали, и никто не мог их незаметно срезать. Обычные меры безопасности. Но настолько виртуозно управлять волосами — да ещё и чужими! — никто не умел. Никто, кроме Вэй У Сяня.
Вэй Ин убрал флейту, как только затянулся последний узел, и окинул Вэнь Нина жарким взглядом, от которого у того сладко заныло внизу живота. Он откуда-то достал моток неширокой веревки, и согнув ему ногу в колене, принялся вручную обвязывать её. Вэнь Нин вздрагивал каждый раз, когда горячие пальцы задевали кожу. Ему безумно хотелось продлить прикосновение, но Вэй У Сянь не останавливался — закончив с одной ногой, он приступил к следующей. Вэнь Нину казалось, что его тело превращается в скульптуру. Это завораживало, но всё-таки он не понимал, ради чего это всё. Не понимал, пока Вэй Ин не закончил с веревками и не вернул щелчком чувствительность тела в полном объёме. Вэнь Нин тут же попытался пошевелиться, все тело было надежно обездвижено. Его на какое-то время захлестнула паника, но он действительно доверял Вэй Ину и смог достаточно быстро совладать с собой. Тогда он с удивлением осознал, что ему нравится контакт тела с узлами. Он чувствовал, как застывшие в одной позиции мышцы начинают издавать импульсы и вибрации, неведомые ранее. И постепенно его с головой накрыло волной сладкого оцепенения. Он смотрел на Вэй Ина — такой открытый, обнаженный сейчас, — и ловил в ответ взгляды, полные восхищения и неприкрытого желания.
Когда терпеть было уже совсем невозможно, Вэй Ин склонился над ним и впился губами в его рот. Он целовал его жадно, немного грубо покусывая губы, а его руки гладили и сжимали во всех местах, куда могли дотянуться. Вэнь Нин, совершенно одуревший, протяжно стонал и всё пытался прижаться к нему плотнее. Он не первый раз делил ложе с Вэй У Сянем, но никогда прежде он не испытывал такого. Слишком громко стучало сердце в груди, слишком жарко горела огнем его кожа, слишком сильно он хотел почувствовать Вэй Ина так близко, насколько это возможно.
Вэй Ин, будто услышав его мысли, потянулся за флаконом с маслом. Он нетерпеливо размазал масло по члену и склонился над Вэнь Нином, упершись руками по обе стороны от его головы. И затем, безотрывно глядя в его глаза, он плавно одним движением вошел в него сразу на всю длину и замер, прикусив губу. Вэнь Нина прошило острой вспышкой удовольствия, смешанного с болью, и через мгновение он снова почувствовал на своих губах чужие губы. Вэй Ин сделал пару круговых вращений бедрами, растягивая его, и принялся размашисто двигаться, не прекращая его целовать. Вэнь Нина постепенно накрывало каким-то странным состоянием восторга, радости и… счастья? Вэй У Сянь выпрямился, сжал его член в кулаке и продолжил ритмично вбиваться в него, одновременно двигая рукой. Прохладный воздух приятно холодил разгоряченную кожу, птички маленькими огоньками порхали под потолком. Вэнь Нину трудно было судить, сколько это продолжалось — просто в один момент его поглотила звенящая темнота, и каждую клеточку тела пронзило острым, будто раскаленным, наслаждением. Кажется, он кричал.
Он пришел в себя, когда Вэй Ин уже практически закончил его развязывать. Его волосы свободно рассыпались по подушке и не подавали больше признаков жизни. Он удовлетворённо потянулся.
— Знаешь, а не такая уж твоя пещера и мрачная, — проговорил он хриплым, сорванным голосом.
Вэй Ин усмехнулся и поцеловал освобожденную от петли лодыжку. Он принес Вэнь Нину воды и улегся рядом. Растрепанный, с горящими глазами на пол лица и мягкой улыбкой — сейчас невозможно было понять, откуда в нем берется вся эта властность и сила, заставляющие покоряться ему в постели и на поле боя. Вэнь Нина всегда изумляло это противоречие.
Он повернулся на бок и обнял Вэй Ина поперек груди, уткнувшись ему в шею носом.
— Вэй Ин, пожалуйста, научи меня.
Наверное, при других обстоятельствах он бы постеснялся так нагло напрашиваться. Но в данный момент ему стало тошно только от мысли, что ему вскоре придется выбраться из этих уютных объятий и уйти куда глаза глядят, оставив Вэй Ина в одиночестве на этой демоновой горе.
— Всё, что захочешь, — Вэй Ин хмыкнул ему в макушку. И после паузы добавил: — Но в следующий раз связывать будешь ты!
* * *
Вэй У Сянь, как и обещал, научил его всему, что знал сам: и невинным забавным фокусам, и смертоносным заклинаниям. Но ничто ему не помогло, когда во время охоты сердце пронзила стрела, пущенная в спину заклинателями, что пришли по его душу. Когда его тело сковал мертвенный холод, и мир перед глазами померк, он услышал звуки любимой флейты. Он умирал с улыбкой на губах — теперь он знал, что за него отомстят. Целую вечность — а, может, прошла лишь секунда — он слушал прекрасную музыку и думал, что смерть это не так уж и плохо, если для него здесь будут играть на флейте. А потом он очнулся. Бледный до синевы, Вэй Ин тревожно всматривался в его лицо лихорадочно блестевшими глазами, и, поймав его осмысленный взгляд, выдохнул с облегчением. — Ты вернулся… Это действительно ты… — Ты звал — я пришел. Вэй Ин на несколько мгновений спрятал лицо в ладонях и затем обнял его со всей силы. Оказывается, обниматься после смерти не менее приятно, чем при жизни.
