Времена года

— Аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети, — послышалось вновь из трубки телефона. Эту фразу Минако слышала уже в который раз. Сначала она не хотела ему звонить. Думала, что ей не стоит быть такой навязчивой и надоедливой. Но в какой-то момент не сдержалась. Однако на другом конце связи ответа не было. И все равно Минако продолжала его ждать. Она сидела в этом одиноком парке на этой одинокой лавочке, увешанной множеством сосулек, и не видела вокруг ни одной живой души. Она устремила свой взгляд в вечернее небо в надежде разглядеть там мириады звезд. Но в ее глаза посыпались мелкие снежинки, туманившие взор, поэтому не было видно ничего кроме белоснежной бархатистой пелены. Это тонкое покрывало окутывало собой все пространство из-за поднявшейся внезапно метели. Снег укрывал землю, падал на голые ветки деревьев, обращавшись в изморозь, создавал на пустых поверхностях кружевные ледяные узоры. Минако было холодно. Она пряталась от морозного воздуха в своей тонкой куртке, ощущая, как ветер добирался до ее груди, а затем проникал в нее и распространялся по всему хрупкому незащищенному телу. Она игнорировала боль замерзших рук и ног. А все потому что ждала и не собиралась двигаться с места. Минако верила, он придет. Хотя ее периодически мучили сомнения. Разве она имела право цепляться за прошлое, претендовать на любовь бывшего Первого Лорда и верить, что он ответит на ее чувства? В те далекие времена у них были странные отношения: они мало разговаривали, в основном молчали, редко и скромно встречались, но одного его взгляда было достаточно, чтобы пронзить ее сердце невидимыми стрелами. Она знала, что любила, потому что ей удалось пронести свои чувства к нему сквозь пространство и время, хоть она и забывала о них. Но теперь он вернулся, и из самых далеких глубин ее сознания вырвалась на свободу память, а эмоции вспыхнули с новой силой. В прошлом также жило зло, войны и бессмысленные страдания, которые причиняли друг другу родственные души. Минако знала, что он корил себя за свою слабость, за то, что позволил себе стать предателем и погрузиться во тьму. Но ей было на все это плевать, потому что у нее и в мыслях не было ненавидеть его. Он сам вряд ли сможет когда-либо простить себе свои ошибки, поэтому никогда и близко к ней больше не подойдет. Он боится вновь сойти с ума, причинить близкому человеку вред. В ее памяти он был доблестным воином, вечно храбрым, вечно бесстрашным, даже будучи демоном. А она рядом с ним была лишь хрупкой и слабой. Разве могло у них что-то получиться? В ней он наверняка видел только наивность и легкомыслие, а вся эта глупость была ему противна. Если бы он только увидел ее настоящую, позволив ей раскрыться. Минако чувствовала, что он страдал, критикуя себя и закрываясь ото всех. Ей безумно хотелось забрать себе его боль и обратить ее в нежный теплый свет, который согрел бы их обоих в это ненастье. Ее надежды таяли с каждой секундой, словно громадная льдина. Он не желал ее видеть, в этом не было никаких сомнений. Осознав это, Минако с трудом встала на ноги, ощутив, как на ее лице замерзала мелкая слезинка. Схватив себя за грудь, она сглотнула горечь и пошла по хрустящим сугробам вглубь пустой улицы. — Уже уходишь? — послышалось за ухом где-то неподалеку. Кунсайт вышел из тени, погруженной в снегопад, словно перед ним распахнулся занавес. Минако застыла, словно ее окончательно сковал этот холод, а ноги утонули в этих снегах. Он шел быстрым шагом, соблазнительно выдыхая морозный воздух. Вскоре он оказался перед ней. Минако в ожидании затаила дыхание и уставилась на него, в очередной раз подчеркнув его высокий рост. Кунсайт всматривался в ее красные от мороза щеки, и его взгляд становился мягким. Она уже не видела на его лице прежней сердитости и серьезности, которые, в общем-то, всегда привлекали ее. Даже когда он казался ей грозным зверем, она никогда не боялась, а наоборот всегда делала ему шаг навстречу. Лишь сейчас Минако слегка отстранилась от непонимания, а Кунсайт в ответ словно прошептал: «Останься». Нет, она никуда теперь не уйдет, потому что желала остаться больше всего на свете. — Твои руки замерзли, — заговорил он ровным привычным низким голосом. — Это моя вина. Я опоздал. Кунсайт поднес ее ладони к своим губам. Минако ощутила, как его дыхание начало согревать ее. Она не сдержалась: обвила своими руками его талию и положила на него свою голову, словно на удобную подушку, уткнувшись в его серое пальто. — Как тепло, — проговорила Минако, почуяв приятный запах ментола и прикрыв глаза от наслаждения. — Я так счастлива. Кунсайт неуверенно положил на ее плечи свои руки, а когда она посмотрела на него своими полными любви глазами, он растерялся окончательно. — Венера… — неловко прошептал он, теряя над собой контроль. — Нет. Здесь на Земле меня зовут Минако, — улыбнулась она. — Забыл. Прости… Кунсайт коснулся ее лица, и это прикосновение приятно обожгло. Впервые от ледяного лорда исходило столько тепла. — … Прости за все, хоть я и не вправе умолять тебя. — Я боялась, что ты не придешь. — Я больше не в силах бросать тебя. Ты мой луч света, который всегда указывает мне нужную дорогу. Ты спасла меня. Ты заставляешь мое сердце биться чаще. Ты все для меня. Рядом с тобой я чувствую себя человеком. Тем, кем я не заслуживаю быть. Минако знала, что он этого заслуживал, и, не говоря ни слова, собиралась это доказать. Она встала на мыски и потянулась к его лицу. Кунсайт пошатнулся. Но Богиня Любви была, как всегда, настойчива. Она насильно потянула его к себе, схватила его шею в прочный замок из рук, чтобы он не смог вырваться. Однако это не помогло: она не могла дотянуться до его губ. И тогда он наконец поддался, склонился над ней, и их уста соприкоснулись, отчего в голову ударили яркие искры. — Я рад, что мне выпала возможность влюбиться в тебя вновь, — отдышавшись, прошептал Кунсайт. Это был лучший подарок на Рождество. Ничто не могло сравниться с возможностью быть рядом с тем кого давно потеряла, кого давно забыла, кого неожиданно вспомнила и кого обрела вновь. Теперь они наконец были награждены небесами. Теперь он никогда не оставит ее, каждый день будет любоваться ею и обещать, что будет рядом целую вечность. Он исполнит это обещание и будет охранять свою маленькую принцессу, как самое ценное сокровище во Вселенной…