Неон

      Неоновые вывески горели холодным синим, но все равно их свет заставлял непроизвольно морщиться с непривычки. До чего необычное преображение из серого безлюдного переулка в дневное время суток, до одного из самых занятых и опасных ночью, утопающем в мошенничестве и неоново-синем свете.       Ни одного знакомого лица, как и в любой другой день в этом баре, девица у шеста и полумрак — преданный напарник преступников. Леонард спокоен до льда на краях своего стакана с бренди. Сидел за барной стойкой и оглядывал помещение, рукой подбираясь к заветному поясу на бедре.       — Я бы не стала этого делать, зайчик, — она села на соседнее место, поворачиваясь к нему, — грабить бар — низко для таких преступников, как ты, Капитан.       Такому спокойному тону позавидовал бы и сам Снарт. В голосе девушки можно было услышать звук потрескивания льда, обычно хрустящий под сапогами с толстой подошвой Леонарда. Голос манил своей опасностью, хрупкостью и долей озорства.       Губы Снарта растянулись в ухмылке почти одновременно с синими губами девушки напротив:       — А что насчет грабежа тут и возвращение этих денег в другой бар за выпивку? — он осторожно прикрыл криопушку краем своего синего пуховика, — Это считается, снежная королева?       — Да, если доберешься до следующего бара, — лениво кивнула морозная блондинка, с неохотой указывая на барную стойку головой и перечисляя, — Винтовка, два пистолета и я по центру — главное оружие этого заведения.       — Неужели? — с неподдельным интересом прищурился Снарт, — И что же делает это главное оружие? Уверен, что Амунет взяла тебя не за красивые глаза бар сторожить. Неужели твоя морозная красота сбивает с ног?       — В буквальном смысле. — прошептала девушка, подавшись немного вперед, — Один лишь поцелуй. Тягучий, с инеем на моих губах, переходящий на твои щеки. А потом миг, — изо рта незнакомки вырвался морозный пар, заставляя лицо Леонарда слегка покалывать, — и тебя можно надколоть так же легко, как и твою ледяную натуру.       — Я готов рискнуть, — Снарт тоже подался вперед, ощущая холод, исходивший от девушки, — ведь моя натура лишь кажется такой хрупкой наледью. На самом деле, это айсберг, — растянув момент, Леонард прищурился, вглядываясь в голубые глаза. Он был уверен, что разглядел в них блеск нерастопимых льдов. А еще он был уверен, что по синим венам на тонких бледных руках течет самый настоящий арктический лед.       Любой бы на месте Снарта уже встал и ушел куда подальше, но ему очень сильно нужно было добраться дальше барной стойки, поэтому препятствие под именем «снежная королева» для Леонарда лишь временная и довольно приятная трудность.       — Ты знаешь, зачем я пришел, — начал Снарт, одергивая завесу тайны. С такой ледяной дамой ходить вокруг да около долго не стоит, — я не идиот и понимаю, что Амунет не просто так держит тебя на цепи с тремя пушками наперевес. Ты играешь в милую сторожевую собачку и прикована цепью к барной стойке не просто так.       — Да, ты не идиот, — согласилась ледяная, — по крайней мере, таким ты сейчас не кажешься. Проницательности тебе не занимать, а вот силы в данный момент… Осторожно, Капитан, как бы не погрязнуть в еще больших проблемах, — рука девушки легко коснулась запястья, покоящееся на рукояди пушки. Она приблизилась к мужчине уже вплотную, не обращая внимание на двух амбалов по обоим концам от барной стойки, — неужели нужно портить такой ледяной момент?       — Его можно украсить.       — Не кучкой ли обледенелых конечностей? Учти, в этом баре много людей, кошельки которых еще можно опустошить и без насилия.       — Нет, я про поцелуй. — Снарт смаковал каждую букву, произносил таким холодным тоном, что был уверен о наличии у него какой-нибудь такой же способности, как у снежной королевы, волосы которой, казалось, светились голубой платиной из-за синей неоновой вывески над стойкой.       — И снова я предупреждаю тебя, Капитан, — усмехнулась снежная королева, — не играй со льдом.       — А по-другому я не могу, — лукавый проблеск в серо-голубых глазах заставил глаза морозной блондинки загореться азартом, — Он — моя стихия.       Когда Снарт накрыл синие губы своими, он и правда ощутил покалывание на щеках. От девушки веяло самым настоящим морозом, который дурманил голову не хуже полудопитого бренди в стакане. Губы приятно жгло, и Леонард мог поклясться, что на губах девушки появляется иней, ведь от такого ледяного дыхания позвонки на спине стыли, а рука Снарта и палец, застывший на курке криопушки, покрылся изморозью.       — Если ты знаешь мое имя, значит понимаешь, что в конце-концов я добьюсь своего. — дыхание Снарта заставило таять весь иней на синих губах, которых он то и дело касался, пока шептал.       — Разумеется, Капитан Холод, — слегка отстранившись, так же шептала морозная, — но пока я не собираюсь уходить от Амунет, поэтому твоя цель далека, как Антарктида.       — А это лишь радует: если терпеливо идти к цели, то только в твоей приятной, отдающей холодом, компании. До новой встречи, Фрост.       — Она будет несомненно скоро, Капитан.       Снарт осушил стакан с бренди и, кинув на стойку двадцатку, размеренным шагом направился в сторону выхода. В душном помещении, стенки которых уже давно пропитались запахом удушающего ликера, по-прежнему не было видно знакомых лиц. Два амбала довели Снарта до выхода, где он утонул в неоновом свете вывесок над головой.       Капитан Холод мог поклясться, что теперь неон еще долго будет ассоциироваться у него не с барами, а с платиновыми волосами в свете этих неоново-синих вывесок.