Зефир

      Следующим вечером в 21.30 Чондэ объяснял Минсоку, что ему нужно делать, как ходить, куда сесть. А потом плюнул и добавил:       - А вообще, будь собой. Пройдись по сцене, сядь за столик и веди себя… ну как обычно. Так, как подсказывает тело. Я сам всё сделаю.       Мин подумал, что ему никогда ещё не было так страшно. Он и сам не до конца понимал, зачем всё таки пришёл. Легкий заработок манил, и студент решил, что за один вечер может заработать достаточно, чтобы протянуть ещё пару месяцев поиска нормальной работы. Зазвучала музыка, ведущий объявил эксклюзивную программу «Трепетный девственник» и Мин понял, что ему пора. Софиты сперва ослепили, а одобрительный гул и улюлюканье оглушили. Зрительский зал полон парней и мужчин разных возрастов. Они с интересом смотрят на сцену, бурно переговариваются и улыбаются. Не так уж и страшно. Минсок прошёлся по сцене, разглядывая устройство клуба и зрителей, затем робко присел за поставленный прямо на сцене стол. Музыка с энергичной клубной сменилась на тягуче-сексуальную и на сцене под оглушительные возгласы и аплодисменты появился Чондэ, кружась в эротичных па. Минсок подумал, как это Чену удаётся и вашим и нашим, и при этом оставаться собой? Потом он поймал себя на том, что любуется мужчиной, его стройным сильным телом, манящей улыбкой, чувственными губами, приоткрытыми сейчас, грациозной шеей с тёмными прожилками вен, густо подведёнными карими глазами. Да, такие бэдбои нравятся девушкам, и, видимо, парням определенной ориентации тоже.       Вдруг Чондэ посмотрел на него таким похотливо-блядским взглядом, что Минсоку мгновенно стало жарко. Мир словно сошёлся клином на одном единственном человеке, идущем сейчас поступью хищника прямо к нему. Чондэ протянул ему руку, Минсок испуганно вскочил со стула, отпрянув. Стриптизёр подошёл вплотную, обнял его за талию и притянул к себе, водя носом вдоль его шее, словно нюхая, затем закусил свою губу и провёл указательным пальцем по пухлым губам Мина. Парню казалось, что он добыча перед удавом, потому что ни шевелиться, ни говорить у него не было сил. Чондэ вдруг отпустил его талию и принялся танцевать, вовлекая его в танец, заставляя изгибаться, откидываться, терся об него со всех сторон, водил руками по его телу и улыбался.       Ох, как он улыбался! Если у Минсока и оставались мысли послать все к чертям даже сейчас, на сцене, то это улыбка раскрошила последние крупицы сопротивления. Танцор расстегнул пару пуговиц на рубашке Мина, поддел пальцами ремень его джинс, игриво погладил пах. Наконец, Чондэ прижал его к стене, наклонился низко, почти касаясь его лица губами и замер. Музыка кончилась, а зал взорвался восторженными овациями. На сцену полетели деньги, какие-то побрякушки и даже пара цветков. Чондэ прошёлся вдоль края, собрал несколько пачек купюр, пофлиртовал с мужчинами, щедро даря улыбки, пожимая руки и делая комплименты, а потом, обняв Мина за талию, утащил его в гримёрку.       - Ахахах, я же говорил это будет успех! Сейчас сотрудники соберут деньги и я выдам тебе твою долю. Зрителям понравилось! Ты видел их лица, а? Их реакцию?! Давно он так не шумели! Ты молодец, Зефир, отлично справился!       Минсок не мог говорить, не хотел, только жался к стене и пытался осмыслить произошедшее.       Чон подошёл к нему, взял пальцами за подбородок, повернув к себе растерянные глаза и тихо спросил:       - Волнуешься?       Мин утвердительно кивнул.       - Мне надо ещё кое-что проверить, чтобы понять твой потенциал. Можно?       Снова робкий утвердительный кивок. Чондэ наклонился и нежно завладел пухлыми губами. Мин даже испугаться не успел, раскрыл губы, принимая внутрь проворный опытный язычок Чондэ, и прикрыл глаза. Сексуального опыта у него почти не было, а украденные раньше у девушек поцелуи в сравнении с этим казались детской забавой. Чондэ целовал его уверенно, изучающе, нежно, чуть приобнял, притягивая к себе и Мин не сопротивлялся. Ему сейчас это не казалось неправильным, не вызывало отвращения или желания оттолкнуть, даже напротив, ласки Чондэ ему были приятны. Но здравый смысл всё таки взял верх и парень оттолкнул стриптизёра, вытирая губы тыльной стороной ладони. Чондэ не растерялся:       - Нам придётся иногда целоваться на сцене. Я лишь хотел проверить, найдём ли мы… гхм.. общий язык.       - А нельзя без этого? – слишком быстро спросил Минсок.       - Иногда можно и без этого. Здорово, что ты остаёшься!       - Стой! Я ведь ещё не согласился!       В дверь постучали, вошёл какой-то мужчина, протянул Чондэ пачку денег и исчез. Тот отсчитал примерно половину и отдал Минсоку.       - Твоя зарплата за сегодня.       Глаза Мина расширились от удивления. Да это же треть его годовой стипендии в институте! И ведь всего за один вечер!       - Я… с-спасибо. Мне надо подумать. Я не могу сейчас.       - Подумай, Зефир. А поцелуй… ничего личного, просто бизнес.       - Не называй меня так.       - Это будет твой псевдоним, почему бы и нет?       Минсок не ответил, на негнущихся ногах вышел из гримерки и поплёлся в свою крохотную съемную квартирку.