amnesia

***

      Сколько раз мы просыпаемся и видим ненавистные, но такие родные стены своей комнаты? Кажется, невозможно сосчитать, ведь мы никогда не думаем о таких мелочах. Также мы неосознанно причиняем другим боль, говоря обидные вещи в порыве гнева, до конца не понимая, что именно это могло стать финалом. Совсем не замечаем того, насколько редко говорим любимым людям о том, как они нам дороги или, к примеру, обычное «спасибо». Мы столько раз ошибаемся и падаем, что совсем перестаём быть теми, кем были раньше.       Что насчёт детства? Будучи маленьким ребенком, тебя ещё мало заботит твой внешний вид, наличие прыщей на твоём лице, к какому социальному классу принадлежат твои родители, и сколько они дают тебе на карманные расходы, чтобы ты мог по-тихому выпить с друзьями или впервые покурить сигарет.       Становясь старше, ты хочешь казаться лучше, круче. Напрочь забыв, что такое здравый смысл и простое человеческое сострадание, что уж говорить о помощи ближним своим.       Мечтать о крутой тачке, красивом большом доме и сексуальной спутнице — всё это пределы желаний обычных подростков. О том, чтобы создавать новые лекарства от неизлечимых болезней или покорять просторы космоса, развивать экономику в стране или по-простому помочь бродячей кошке, забрав её к себе домой и согреть — может не каждый. Но Чонгук один из таких людей, которые не шли за стадом, которые могли за себя постоять, отвоевать своё мнение и свои идеалы в жизни. Он никогда не ставил себя выше других, но дерьмо случается. И случается оно со всеми, включая таких хороших людей, как Чон Чонгук.

*Первое воспоминание...*

      Перед глазами мерещатся два белых шара, которые, кажется, вот-вот окутают тебя своим светом, оставив лишь яркий болевой шок. Режущий уши звук мотора, который с каждым разом отдаёт глухим звонком, не даст забыть о себе ещё очень долго. Голову буквально разрывает от беспрерывного сигнала машины, ведь водитель жмёт на кнопку со всей своей силой, чтобы предупредить о том, что он не собирается останавливаться. Мгновение — и почти бездыханное тело лежит на холодном влажном асфальте. Мужчина, что сидел за рулём пару секунд назад, вылетает из своего авто прямиком к лежащей туше. Молодой парень скрючился от боли во всем теле, и всё, что он может сейчас — это издавать жалобный скулёж. Он уже не различает голосов толпы обеспокоенных людей, что собрались возле него, не слышит сирены скорой помощи, не слышит его голоса. Все звуки смешались воедино и кажутся белым шумом от телевизора.       Спустя время опустошающей темноты, парень приходит в себя и видит лишь неприятный глазу свет. Больничная койка жалостливо скрипит под тяжелым телом. Перед ним просторная светлая палата, в воздухе витает аромат цитрусовых и медикаментов. Брюнет водит глазами, осматривая всё вокруг себя, но останавливает взор на парне, что буквально припечатался к его руке своей щекой. В голове абсолютная пустота и непонимание. Белые стены лишь сильнее давят на мозги и не дают зацепиться хоть за что-то, чтобы вспомнить. Как же странно получается: ты всю жизнь куда-то мчишься, к чему-то стремишься, а сейчас совсем не понимаешь кто ты и что ты. Паника на ровне с тревогой бегут к финишу, как вдруг...       — Чонгук? Наконец-то ты очнулся! Как ты себя чувствуешь? Голова сильно болит? — парень напротив поднял голову вверх и крепко сжал своей рукой чужую.       Юноша в замешательстве. «Чонгук? Так меня зовут?» — своё же имя прозвучало незнакомо и ново, что парень быстро заморгал, пытаясь прийти в себя и продолжить диалог.       — Что со мной произошло? — зажмурившись от резкой боли в голове, спросил Чон, вытаскивая свою руку из объятий чужой, и прислонил ко лбу.       Парень напротив был очень красив: его кукольный нос, кончик которого был поднят слегка вверх, пухлые алые губы, которые были влажными, что добавляло к его образу некой сладости и невинности. Волосы на вид мягкие и приятного кремового оттенка, а глаза настолько темные, что в них можно было увидеть целые вселенные, как показалось Чонгуку.       — Ты правда не помнишь? — по лицу стало ясно, что парень не сильно расстроился, а наоборот оживился, и его узкие глаза стали в два раза больше.       — А что ты вообще помнишь?.. — неуверенно продолжил он, насупив одну бровь.       — Если честно, то минуту назад я даже не знал своего имени, — выдавил смешок парень и вновь принялся рассматривать собеседника дальше.       — Боже... Врачи оказались правы... Я — Чимин. Мы учились с тобой когда-то в одном университете, — на последнем предложении Чимин внезапно умолк, наверняка, это было не всё, что он хотел сказать вновь проснувшемуся Чонгуку. Возможно, он жаждал поведать ему всё, что когда-либо о нем знал. Рассказать про его жизнь, словно сказку на ночь ребёнку. Но проблема в том, что Чонгук давно не ребёнок, а его жизнь сказкой не назовёшь.       — Чимин... Красивое имя, — Чонгук положил свою тёплую ладонь сверху на холодную руку парня.       Это определённо то, чего не ожидал никто в этой палате. Лицо Чимина так быстро и заметно меняется, что Чонгуку, собственно, и нравится, ведь он может с легкостью его прочитать.       — Мы хорошо дружим, да?       — М-мы встречались... — печально протянул он.       — Ясно...       — Извини, я не должен был тебе это говорить. Может, ты хочешь пить? Или есть? — сменил тему Чимин, пытаясь не грузить собеседника.       Чонгук молча согласился, указывая головой на стеклянный графин, что стоял возле его кровати, и Чимин тут же налил ему воды в стакан и подал. Руки заметно дрожали, а глаза блестели и бегали из стороны в сторону, стараясь не смотреть на Чонгука. Было видно, что парень немного зажат и нервничает.       — Расскажи что-нибудь обо мне, Чимин. И что со мной случилось? Как я вообще здесь оказался?.. — поставив стакан на тумбу, развернулся Чонгук.       — Я не могу много тебе рассказать, Чонгук-и. Ты не готов к этому. Некоторые события из твоей жизни могут потрясти тебя, а я не хочу ухудшать твоё состояние... По крайней мере об этом просят врачи, — шмыгнул носом Чимин, подперев его кончик указательным пальцем. Чонгук заметил, что пальцы у парня короткие и пухленькие, и он находит это довольно милым, но не милее, чем его узкие, как полумесяцы, глаза.       — Хорошо. Как только я выпишусь, ты всё-всё мне расскажешь, договорились? — наклонил голову Чонгук, заглядывая Чимину под челку, выискивая глаза, которые так прятал парнишка.       — Да... — тихо сказал Чимин, подняв голову. Он был очень удивлён увидеть Чонгука на таком близком расстоянии.       — Я хочу ещё немного отдохнуть, — закончил диалог Чонгук, ложась обратно на тёплую подушку.       Чимин тихо кивнул и принялся уходить, стоя возле двери, он обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на него: Чон бережно обнял одеяло, как раньше делал с Чимином, когда они спали вместе, и выглядел при этом невероятно милым. Горько сглотнув, он ушёл. Им ещё о многом следует поговорить...       Выходя из палаты, Чимин случайно столкнулся своим лицом с чьей-то крепкой грудью. Услышав извинения, высокий парень уставился на миниатюрного Чимина. Его ревностный взгляд был совершенно понятен для Пака.       — Ты что здесь делаешь? Уж кого-кого, а тебя он точно не желал бы видеть, Чимин-а, — тембр голоса мужчины менялся от грубого к наигранно ласковому.       — Он меня не помнит, — усмехнулся Чимин. — Да и тебя, в общем-то, тоже, Тэхён. Надеюсь, ты не настолько прогнил, чтобы пользоваться Чонгуком в таком состоянии.       — Я не намерен пользоваться его положением. Просто прими то, что он выбрал меня, — было видно, что Чимина это задело и очень даже сильно, но Тэхён не может остановиться. А ведь они когда-то были очень хорошими друзьями, удивительно. — И хватит дуться, а то морщины раньше времени появятся, и тогда ты точно уже не сможешь найти себе парня, — игриво ударил по плечу Тэхён.       — Может, вы уже оба прекратите? — прервал молодых людей длинноногий мужчина, уложив свои ладони им на головы.       — Намджун-хён, ты тут откуда? — поинтересовался Тэхён, нервно убирая руку со своей головы, пока Чимин судорожно стирал еле выступающие слезки.       — Я пришёл проведать младшего. Что ещё я могу здесь делать. И кстати, остальных тоже привёл.       — Остальных? — в один голос спросили Чимин и Тэхён. Парни заметили три силуэта, что быстро направлялись к палате Чонгука.       Хосок, Юнги и Сокджин — абсолютно разные, но это не мешает им выглядеть безупречно красиво и эстетично, будучи вместе. Хосок, например, может стопроцентным ударом в сердце покорить любого своей лучезарной улыбкой. Зато Юнги одним лишь взглядом может убить. Ну, а Сокджин... Он просто своим внешним видом привлекает слишком много внимания, и не потому что известный актёр, а из-за того, что очень обаятелен и хорош собой.       — Как он? — спросил Джин.       — Его скоро выпишут? — поддержал Хосок.       — Мы праздновать-то будем, что он очнулся или как? — задал вопрос Юнги.       — Я не знаю как скоро его выпишут, но врачи говорят, что идёт на поправку, — ответил Чимин.       — Почему вы все здесь столпились? Может, пора зайти? — поинтересовался вновь Юнги.       — Чонгук отдыхает, поэтому я ухожу. Да и время для посещений у него уже вот-вот закончится, так что вы все зря приехали...       — Чимин-а, не будь занудой. Если понадобится мы и на ночь останемся с Чонгуком, а ты иди. Круглосуточно ведь сторожишь его палату, отдохни немного дома, — улыбнулся Хосок, гладя по руке Чимина. — Кстати, Тэхён-а, как ты собираешься рассказать Чонгуку о случившемся? В этом ведь есть и твоя вина.       — Он не готов ещё узнать о том, что его сбил мой отец. Хоть сейчас и идёт суд, я уверен, что наши родители придут к согласию обоюдному. Но то, что случилось — полностью моя вина, я это признаю.       — Ну хоть сам себе не врешь, — решил уколоть Чимин. Но чужая рука его отодвинула от Тэхёна, который собирался нанести ответный удар своим кулаком.       — Вот не стоит здесь драк устраивать, парни, — перебил Намджун. — Мы же в больнице, постыдились бы.       Вот так и закончился первый день для Чонгука, который слышал все эти голоса за дверью своей палаты. Он, конечно же, в лицо знал только Чимина. И ему уже не терпелось узнать, что вообще происходит. Он мысленно пообещал себе, когда выпишется, то обязательно разберётся со всем этим...