Другая реальность. A.C.E. Ночь в администрации.

О, это прекрасное, ни с чем несравнимое времяпровождение в очереди. Когда особо умные особы часами сидят в нужном вам кабинете. Когда приходят какие-то незнакомые вам личности, утверждая, что они тут стояли, тем самым отодвигая вас куда-то в самый зад вселенной. О, эти чьи-то знакомые, что мило щебечут с персоналом и попросту проскакивают, чихая на всех и вся. Эти невинные особы, которые забегают, якобы только что-то подписать, а потом пропадают там часами, словно кабинет это черная дыра, и для того чтобы выбраться из нее нужно стать героем! Да все эти прекрасные и ни с чем несравнимые моменты жизни, проведенные в очереди. — Оооооо, кааак же скучнооооо!!!!! — В который раз простонал Бен Кван, хватаясь за голову и вороша свои волосы. К сожалению счастливцев, которым достались бы сидячие места, в местной администрации, среди пяти парней не оказалось. Из-за большого наплыва почтенных бабулисов и дедулисов, хотя не такие уж и бабулисы и дедулисы, нормальные такие аджумы и аджосси. Но как, же молодые благовоспитанные люди будут сидеть в обществе почтенных аджум и аджосси? Они же молодые, ничего, постоят. И ничего что эти молодые несколько ночей практически не спали, т.к. репетиции и другая деятельность занимала почти всё их время. В то время как эти, дамы и господа постарше, по большому счету сидели дома, ну или в кабинетах. Могли бы, и постоять хоть раз в жизни. Но нет! Этикету все равно, кто ты и чем занимался до того, как стать в эту длинную и милую очередь. Этикет, есть этикет, и раз ты молодой и зеленый, будь добр стой. А там плевать, кто из вас на самом деле устает больше. — И почему мы должны этим заниматься? — Снова подал голос Джейсон, рыжеволосый, с хитрым лисьим взглядом парень. — Еще не заработали на стафф, которые сделают это вместо нас. — Со вздохом ответил Джун, лидер группы. Он был старше Джейсона и отличался утонченными аристократическими чертами лица и идеальной линией подбородка. А темные волосы лишь подчеркивали сходство с аристократом. При этом у него была добрая улыбка и открытое лицо. В ответ послышался только горестный вздох. Что поделать, молодым айдолам, нет еще пока будущим айдолам, защитникам этого мира, нужно было как и всем выстоять длинную очередь в администрации по земельным вопросам, дабы утвердить территорию, которую они будут защищать. Так уж давно повелось, каждая начинающая компания получает территорию, которую обязуется защищать от нападков монстров и хейтеров. Все, кому новые защитники западут в душу, могли перебираться на их территорию и поселиться там. Кто-то мог просто зарегистрироваться, а кто-то жить. Но те, кто соглашался именно жить, получали благословение от Хранителя компании и малую долю способностей самих айдолов. Так скажем, кто чей биас, от того ты и получишь силы. И чем популярнее группа, тем элитнее территория и сильнее получаемые способности. Но…это все лишь картина будущих благ. А пока, молодая, не имеющая богатых спонсоров компания не могла позволить себе достаточного стаффа, который бы занимался бумажными делами. И все это наряду с активной подготовкой к камбеку. Головы кипели от бумажной работы, а ноги гудели от постоянных тренировок. Но если они собираются защищать мир от хейтеров, то эти тяжелые времена следовало бы рассматривать как тяжелую тренировку. Но какую же скучную, тренировку! Первым не выдержал Дон Хун и уверенно произнес: — Ну, вы тут пока постойте, а я скоро вернусь, — и, видя их протестующие лица, быстро добавил, — куплю вам вкусняшек. Этот стройный и круглолицый парень был самым старшим в будущей группе айдолов. Цундере по характеру мог казаться иногда строгим и даже где-то холодным. Но все отлично знали, что это не больше чем маска. Он был очень заботливым, старшим хеном. — Хееен, — лишь жалобно простонал Ю Чан, понимая, что скоро все эти хены, вот так же на правах старших утопают кто куда под благовидными предлогами. Самый младший, и самый милый, Кан Ю Чан просто никак не мог воздействовать на своих хенов. Вскоре за Дон Хуном утопал и хитропопый лис Ким Бен Кван, он же Джейсон. А потом, придумав что-то нелепое, ушел и Ким Се Юн. Черноволосый красавец, на которого просто за его существование можно ставить значок 18+. Вскоре Чан тоскливо провожал взглядом удаляющуюся спину Пак Джун Хи, который продержался тут до последнего. Тоскливо вздохнув, он посмотрел на часы. Время близилось к четырем. Если так и продолжиться, то они снова не попадут на прием, и завтра все повториться вновь. Через полчаса, Чан с нескрываемой радостью заметил, что очередь начала двигаться быстрее. В нем зажглась надежда, что они сегодня попадут на прием. Перед ним оставалось какие-то два человека, всего то! За ними было больше десятка желающих пройти именно сегодня. На их фоне выделялся молодой мужчина, который занял очередь сразу за ними. Глядя на него у Кан Ю Чана появлялось нехорошее, щемящее чувство. Но он очень быстро отбросил его, полностью сосредоточившись на желанной двери. И в это самое счастливое мгновение молодой человек почувствовал сильнейший зов природы. Терпеть! Приказал сам себе Чан, мотнув головой. Скоро придут хены, а терять место в очереди никак нельзя. Через десять минут начал ходить из стороны в сторону. Это все тот дынно-арбузный сок, да, не надо было его пить в таком количестве. Но в тот момент было душно, а прохладный, не слишком сладкий сок был в самый раз. «Терпи, терпи, ты же мужчина» — мысленно скомандовал себе Чан, одновременно молясь, чтоб Хены появились как можно быстрее. Но молитвы его видимо ударились о потолок и бренно пали на пол, так и не достигнув неведомого адресата. После получаса борьбы с собой, парень решился на отчаянный шаг. -Хен, извините, — глаза Чана были полны страдания. Молодой парень, но явно по годам старше, чем Ю Чан, посмотрел прямо в глаза парню. От этого стального взгляда Чан на мгновение не только лишился дара речи, но и позабыл о настойчивом зове природы. — Что-то надо? — В голосе было столько холода, которое присуще людям ставивших себя выше остальных. — Так в чем дело? — Мужчина продолжал буравить его своими холодными, голубыми глазами. Чан икнул, но собрав свою волю в кулак, все же пробормотал: — Если кто спросит, скажете, что я, то есть мы, тут стоим? — Почему я должен это делать? — Он приподнял одну бровь, не сводя взгляда с Кан Ю Чана. Взгляд незнакомца был не просто холодным, когда он смотрел своими рыжими, именно рыжими, а не черными как у всех зрачками, в голубой радужке глаз, казалось, что ты теряешь себя в этих глазах. Сам мужчина был тощим, с бледно-желтым лицом. Одет он был в строгий белый костюм. — Просто, мне очень надо… — Молодой человек, — голос шелестел неприятно, словно колючий ветер в холодную осеннюю погоду, — если покинешь это место, я сделаю вид, что никогда, никого из вас тут не видел. Решай сам. Никто из присутствующих ничего не сказал. Видимо сами не хотели связываться с этим странным, холодным типом. Чан икнул, и твердо решил остаться. Зов природы снова напомнил о себе с пущей силой. Ему уже было наплевать на окружающих, которые кидали на него, то сочувствующие, то нервные взгляды, он просто покачивался из стороны в сторону. Наконец посетитель перед ними зашел в кабинет, и появилось свободное место. Чан молнией метнулся к нему, полностью позабыв про правила приличия. Но тощий, страшный мужчина с легкостью опередил его, словно телепортировался и вырос прямо перед Чаном, окинув парнишку таким взглядом от которого бедный чуть не опозорился. — Простите… — прошептал он, и отодвинулся к стене. Еще через минут пять, Чан смотрел в потолок, тихо стуча ногой по стене. В голове уже роились мысли: «а не бросить ли это все, как и его хены? Да, а где они? А, какая разница!» Странно, лучше завтра снова весь день проторчать в очереди, но не опозориться, или опозориться, но все же, выстоять очередь до конца? Так опозориться или прийти завтра, завтра или все же опозориться. Быть или не быть. Вот, например, бросить это все, и прийти завтра пораньше, и может-таки попасть в этот заветный кабинет. Но тогда еще один день, который мог бы быть потрачен на тренировки, будет просто упущен тут, в этой очереди. А он тут причем? Это все хены. Но если подумать, тогда они будут меньше тренироваться перед дебютом, а значит риск ошибок и плохих выступлений возрастет, а значит они могут просто не выжить в этом мире. Придут хейтеры и просто их всех перебьют, подумаешь, всего то! А все из-за того, что кому-то не хватило выдержки подождать, потерпеть еще чуть, чуть. А если опозориться, … тогда, как им дебютировать? Ведь кто-то из этих аджум и аджоси точно увидит его на сцене, и запустит в сеть веселую историю про молодого парня, опозорившегося перед столь почтенной публикой. Он уже мысленно видел загаловки в интернет-порталах, не самого лестного характера. И опять же, у них не будет популярности, придут хейтеры… Хм, сколько философских мыслей лезет в голову, и почему они все возвращаются к одному… к зову природы? А если, как не посмотри, их прибьют хейтеры, то какая разница стоять тут или нет. Если остаться, так еще и позор на всю голову. И когда Кан Ю Чан был готов принять самое судьбоносное решение в своей жизни из-за угла, вальяжно прохаживаясь появилась исчезнувшая четверка. — Ну вот, я же говорил, не подошла еще наша очередь, — Бен Кван висел на Дон Хуне, явно пытаясь увлечь его погулять еще где-то. В этот момент терпение Чана не выдержало, он пулей пронесся мимо ребят. — Хены пабо! — Крикнул он на ходу, разгоняясь быстрее сверхскоростного поезда. — Чего это он, — Джун удивленно посмотрел ему вслед, — мы ему вкусняшек принесли. — Он виновато посмотрел на пакет, полный всего самого вкусного, что они купили.