Зайка мой

Вечерний Сеул. Многочисленные светящиеся вывески и рекламы, расположенные вдоль Мёндона, начинали выводить уставшего Джонхана из себя, который почти весь день провел на прогулке по Сеулу вместе со своим парнем. В итоге это превратилось в агрессию, которая задела айдолов, являющимися героями этих реклам. — Везде эти айдолы, куда не посмотри. В каждом шоу, в каждой рекламе, в каждой дораме. Везде. Бесит. — Завидуешь Ханичка? — спросил с усмешкой своего парня Сынчоль. — А вот и нет! — Злюка мой, иди сюда, не бесись, сейчас зайдем в кафе. — Сынчоль приобнял Джонхана, тем самым приблизив к себе. — Отпусти, люди же видят. — начал озираться вокруг Джонхан. — Ну как хочешь. Как думаешь на счет того, чтобы мне стать айдолом? Я красивый молодой парень, с которым с удовольствием подпишут рекламный контракт. Тогда тебе эти вывески не так будут мозолить глаза. — Пф. — Не пыфкай. Считай я стану богатым, у меня будет толпа фанаток, который будут говорить «Оппа, я тебя люблю». — говоря все это Сынчоль наблюдал за реакцией своего парня. — Вокруг меня будет много красивых девушек, которые с удовольствием захотят со мной встречаться, а также гулять со мной под ручку или в обнимку… — Кто тебе этому мешает? Иди куда хочешь. — зло произнес Джонхан и прибавил шагу. Джонхан понимал, что Сынчоль говорил это всё несерьезно, однако усталость сделала парня злым, вследствие чего шутки Сынчоля Джонхан уже не мог воспринимать адекватно. Чтобы не обострить ситуацию, Сынчоль догнал парня. — Прости Ханичка, я так больше не буду. — однако на него не обращали внимания, и попытки задобрить продолжились. — Я куплю тебе большой стакан клубники. Джонхан остановился и с прищуром посмотрел на Сынчоля. — Ладно ты прощен, но сначала покорми меня в кафе, и так как ты был виноват, то кушаем за твой счет. — Любые ваши прихоти за ваше прощение, Ваше Сиятельство. — смеясь произнес Сынчоль. Они зашли в кафе, и пока Сынчоль ушел делать заказ, Джонхан покинул их столик и отправился в соседний магазин аксессуаров. — Где ты был? — возмущенно спросил Сынчоль подходящего к столику Джонхана, у которого на волосах появился миленький хвостик. Джонхан присел и начал радостно эгьёшничать. — Сынчоль оппа, привет! Я твоя фанатка… — Джонхан, что ты делаешь? — ничего не понимал Сынчоль. — Сынчоль оппа, я скупила всю твою дискографию, чтобы увидеться с тобой! Сынчоль оппа, ты такой крутой и красивый. СЫНЧОЛЬ ОППА, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ. Сделай, пожалуйста, со мной фото. Джонхан достал шапку с заячьими ушками и одел на Сынчоля. — Сынчоль оппа, сделай миленькое личико! — Джонхан прижался щекой к его щеке и сделал фото. — Джонхан, давай снимай эту шапку! — смеялся Сынчоль. — Хорошо, Сынчоль оппа. — он снял шапку и вернулся на свой стул. — Но когда мы выйдем из кафе, надень обратно, если хочешь быть айдолом, то привыкай таскать всякую хрень на голове, зайка мой. — Слушаюсь, любой каприз моих фанатов для меня закон. — заключил Сынчоль, и пока никто не видел, чмокнул своего парня в щечку.