Фиалка

Фиалка была определенно привлекательной девушкой, хотя его впечатление во время первой встречи с ней можно описать так: невзрачная, обычная, но ухоженная. И несмотря на то, что, в целом, Фиалка "серее" многих девушек до и после неё, она чем-то привлекла 24-летнего парня. От природы Игорь обладал светлыми, будто выцветшими, волосами, обычно собранными в беспорядочный хвостик на затылке, тёмно-карими глазами и тонкими губами. Он был худощав, и это совсем не выглядело привлекательно, его гардероб составляла одежда чёрного цвета (возможно, палитра и отличалась разнообразием оттенков, но это был чёрный цвет — мрачный, страшный, пугающий Фиалку и вызывающий у неё оцепенение и дрожь), двигался Игорь очень странно: резко, неуверенно наступая правой ногой на землю, он держал руки на шлейке чёрной, старой сумки, свешивающейся с плеча — немного поднятого, по сравнению с другим. Сумка Игоря особенно напугала её в первую их встречу. Кажется, она ничуть не скрывала своего содержимого. Весь вид этого недоразумения будто предупреждал её о том, что с этим человеком нужно быть осторожной, а лучшим решением было бы сразу попрощаться и уйти, развернувшись на 180 градусов.

***

Она сидела перед шкафом, подогнув под себя босые ноги, в поношенных домашних брюках и белой свободной майке. Короткие русые волосы были подстрижены "ёжиком", чёлку поддерживал небольшой обруч, на грудь спускался кулон — её талисман — медный дракон на тёмной цепочке. Она дотронулась до него, погладила и одним движением сняла с шеи, аккуратно положив в рюкзак. "Так, вопрос на засыпку: что же мне всё-таки надеть?" — спросила себя девушка и неуверенно подошла к шкафу, возможно, надеясь на принцип "что вывалится — то и будет решением". Назло Фиалке ничего не вывалилось: она была аккуратной, даже педантичной в вопросах порядка в съёмной квартире. В итоге получилось всё очень неплохо: чёрные замшевые сапожки на каблучке средней длины, джинсы, сужающиеся кверху и подчёркивающие форму её ножек и попы, синяя кофта и чёрная куртка, которая была ей немного мала, но из-за этого и стройнящая девушку. Макияж ограничился нанесением тонального крема, туши и помады тёмного оттенка шоколада, которая, на самом деле, не выделялась на её лице. Девушка перекинула через плечо рюкзак, глубоко вздохнула, взяла ключи и вышла из квартиры. На улице её встретила то ли поздняя зима, то ли ранняя весна. Так или иначе, снега уже не было, но лужи доставляли немало хлопот. Малая стрелка на циферблате часов приближалась к 6-ти, большая плавно двигалась к 9-ти. "18:45. У меня ещё есть 15 минут. Я могу передумать. Фиалка, ты же знаешь, что он с тобой сделает. Не ходи, вдруг он сделает с тобой что-то ужасное. Фиалка. Неужели, после... его ухода тебе всё равно, что с тобой станет?" И Фиалка ответила самой себе: "Да". Решимость её увеличилась. Она поняла, что должна переступить порог этого подъезда, подняться на третий этаж и нажать на кнопку звонка.

***

Игорь думал о том, что сподвигло девушку согласиться на его извращённое предложение. Он видел, что ей неприятно находиться рядом с ним, она просто не знает, как себя с ним вести. Он вспомнил, как во время первой встречи он вырвал её первый поцелуй. Насильно. "Он взял её руку в свою, холодную, цепкую ладонь. Она этого не ожидала и попыталась высвободиться. — Нет, не вырывайся. Пожалуйста. — произнёс он тихо. Она послушалась, и мы долго просто брели по улице. Моя рука согрелась от тепла её пальцев. Я выпустил Фиалку. Когда я снова посмотрел на неё, идущую на шаг впереди, меня охватило животное желание смять её, подчинить себе, сломать, заставить умолять остановиться. Сократив расстояние между нами, я схватил её за руку выше запястья, резко развернул к себе, впечатав в грудь, другая рука легла на её лицо, и я... впился в неё, пытаясь протолкнуть свой язык в рот, одной рукой заставляя подчиниться, пока другой сжимал и шлепал её задницу. Фиалка хотела отстраниться: ей было больно и мерзко от моих прикосновений. Это вывело меня из себя, и я сжал горло девушки, продолжая насиловать губами и языком, требуя ответа. Она сжала мою руку — я пришёл в себя и выпустил её, давая отдышаться. Она держалась за горло и покашливала, дотронулась до влажных губ, пошла вперёд по дороге. Я последовал за ней. Меня не терзало ничего. Я предупреждал её о том, чего хочу. И это было только начало". Игорь освободил небольшой столик от стоявших на нём предметов, достал из шкафа небольшую коробку: она понадобится сегодня вечером. Потом сходил в душ, натянул шорты и майку. Вытянул из коробки маленькую серебристую упаковку и засунул в карман. Принёс из бара бутылку вина и 2 бокала. Ожидание его не тяготило. Почему-то он был уверен, что девушка придёт к нему. Из-за того взгляда её серо-голубых глаз? Вероятно. Фиалку что-то тяготит. Это что-то заставило её согласиться. Или кто-то? Его размышления прервал звонок в дверь. Игорь направился в прихожую, самодовольно ухмыляясь. Жертва пришла к хищнику сама, в его логово. И сегодня он её не отпустит. Фиалка будет полностью в его власти. Он мечтал об этом с первой встречи, когда она не позволила ему зайти дальше и... Он открыл дверь и громко выдохнул: она выглядела сексуально. "Я не смогу сдержаться. Она согласилась с условием, что я её не трахну. Чёрт, она же девственница. Плевать. Она будет моей, будет подо мной. Ты сама виновата, девочка". — Привет. Проходи, — пригласил он и отошёл, давая ей дорогу, после чего захлопнул дверь и спрятал ключ. — Игорь, я... — начала она. — Молчи. Иди в комнату, — он указал рукой на залу. Она хотела возразить, её взгляд встретился с его: Фиалка не была напугана — это его удивило — она выглядела уверенно. Не сумев удержаться от наглой улыбки, подумал: "Поиграем, девочка моя. Ты слишком сладко пахнешь".

***

"Мне нужно почувствовать себя грязной, нужно сделать это. Я больше не твоя. Тебя нет. Сегодня Игорь может делать со мной то, чего хотел. Кроме одного. Он не должен трогать меня... там. Он обещал." — с этой мыслью девушка вошла в просторную залу квартиры и увидела невысокий длинный столик, на котором стояла коробка, из которой высовывался уголок кожаного ремешка. Её сердце забилось неритмично, пропуская такты. Она заметила, что не сняла сапоги в прихожей и хотела вернуться, но выход ей загородил Игорь, он толкнул Фиалку на стол спиной, раздвинул её ноги и приблизился к её лицу, вдыхая мягкий аромат чего-то фруктового. Парень стянул с неё куртку, скинул с ног сапоги, расстегнул ремень на джинсах и сдёрнул их, заставляя девушку вышагнуть из одежды. Его руки легли на ягодицы девушки, сжимая, поглаживая их. Игорь вздохнул и уткнулся лицом в ямку шеи Фиалки, вдыхая манящий, сводящий с ума аромат тела... Фиалка решила не тянуть с "наказанием". Она знала, что будет больно, возможно, очень больно. Но сейчас хотела только перестать дрожать и бояться того, чего ещё не случилось. Доставлять ему удовольствие раздевать её полностью она не имела желания. Сама стянула кофту, расстегнула лифчик, обнажив небольшую, упругую грудь с набухшими тёмно-персиковыми сосочками. Сама легла спиной на стол, предоставив ему свободу трогать её тело. — Боже, девчонка, что ты творишь? — прорычал Игорь, содрогаясь от накрывшего его возбуждения. Когда Фиалка выпятила свою грудь, его член уже стоял колом, но теперь смазка просачивалась сквозь тонкие шорты. Девушка на этом не остановилась: она протянула руку и дотронулась до твёрдого органа, оттягивающего шорты. Игорь отреагировал мгновенно и резко. Полустон-полурык, дрожь, новые капли смазки, выступившие на ткани — этого он выдержать уже не мог. Откинул крышку той самой коробки, стоящей рядом с полуобнажённой Фиалкой, вытащил верёвку, перевернув девушку на живот и касаясь её ягодиц членом, он перехватил её руки и начал связывать их за спиной. "Теперь ты боишься меня. Но ничего не можешь сделать. Поздно" — подумал Игорь, заканчивая закреплять узел. Снова на спину, чтобы уткнуться в ложбинку между грудей, проследовать влажной дорожкой языка от одного соска к другому, чувствуя дрожание непослушного тела и слыша вымученный стон. "Что я здесь делаю?.." — подумала Фиалка, наполовину обнажённая, распростёртая на невысоком столе, со связанными за спиной руками. Уже знакомый мужчина подошёл к ней и, перевернув Фиалку на живот, стянул с неё последние, защищавшие девушку предметы одежды. Такие лишние и такие нужные ей...