Последнее лето

- Ну, мам, почему он опять живет у нас? - заныл Чонгук, как только услышал, что к ним на все лето едет гостить Тэхён. - Не начинай. Он наш родственник, для начала... - Да, седьмая вода - племянник жены твоего троюродного брата - ближе не бывает, - закатив глаза и закинув страдальчески голову, перебил её Гук. Мама сжала губы, демонстрируя недовольство, но выдержки хватило секунд на десять, и она снова улыбнулась, потрепав шуточно сына за ушко: - Не перебивай мать, и отсутствие кровного родства ничего не значит - я люблю этого мальчика как родного племянника. Тема закрыта. - Она чмокнула его в щеку и вышла из комнаты. - Хорошо хоть ни как родного сына, - надуто пробубнил Гук, как только дверь за мамой закрылась. - Я все слышу, - крикнула она из коридора. Гук закусил губу и поднял глаза на семейное фото, висящее на противоположной стене. Позапрошлое лето, последний день дачной жизни у моря, и с ними Тэхён: счастливая улыбка и Гук в его объятиях, как в тисках, пытающийся скинуть сдавливающую руку, с перекошенным от раздражения лицом. "Прекрасный кадр!" - сказала тогда мама, потому что на ней Тэхён вышел очень милым. Бубнеж Гука о том, что в отличие от Тэ, он выглядел слишком недовольным , вызвал у родителей тяжелый вздох, и ему протянули камеру, чтобы он сам выбрал фото для рамки. Мама оказалась права, "Тэхён вышел очень милым, я согласен с тобой", - смиренно произнес Чонгук, отдавая ей камеру. Действительно, это был один из парочки кадров с пометкой "пойдет", и виноват был этот самый Тэхён, потому что почти на всех лицо Гука выражало вселенское отчаяние и иссякающее терпение: Тэхён то пытался чмокнуть его в щеку, то щипал за талию, пробовал поднять... И все это под одобрительный смех родных "ах, Гуки, малыш, Тэхён тебя так любит". Это было пыткой - они все воспринимали его как малое дитё, и Тэхён этот синдром "малыш Гуки" развил во всех до небывалых масштабов. Гук злился - Тэхён тискал его за щеки со словами: "какой милый хомячок щечки дует", Гук начинал огрызаться - Тэхён умилялся тому, как он смешно заикался, Гук, срываясь, кидался драться -Тэхён разражался хохотом, потому что это "так умилительно, будто зайчик дерется". С ним просто невозможно было бороться, пытаясь отвоевать личное пространство, потому что Тэхён границ не видел, даже если носом утыкался в стену. И вся семья была на его стороне. Ну кто будет защищать подростка от такой вселенской любви самого милого паренька на свете - Ким Тэхёна?! Гук издал еще один обреченный вздох и, сняв фото со стены, убрал его в стол. Жаль что от надвигающегося цунами под именем Тэхён нельзя так же легко отделаться. *** Тэхён приехал через неделю, и дом заходил ходуном. Родители были в восторге от того, как он изменился, как вытянулся. Вздохи мамы "как похорошел, Тэхёни, мой мальчик", слышались с завидной периодичностью. Гуку пришлось нехотя признаться, что его с натягом родственник действительно расцвел и возмужал, и это провоцировало еще большее раздражение, потому что все вокруг только и твердили о том, каким красивым парнем стал Тэхён. И соседка Ына не была исключением - она изнывала от восхищения, прожужжав Гуку все уши о том, какой красавец у него "брат", и "мог бы он ее познакомить с ним?" - А не староват он для тебя? - прикрываясь личиной безразличия, ухмыльнувшись, спросил он, скрестив руки на груди. - Дурак что ли?! Он меня на четыре года всего старше, - фыркнула она, покрутив пальцем у виска. - Сама дура, - вернул "комплимент" Гук и, развернувшись, пошел домой. Так закончились его первые несостоявшиеся отношения. "Действительно дурак, цветы этой курице таскал", - бухтел он на себя, заходя в дом. - О, вот и малыш вернулся, - просиял Тэхён, повиснув тут же на Чонгуке. - Я взял билеты в кино. Ты же хотел сходить на "Железного человека". - Никуда я не пойду. И прекрати называть меня малышом! - прохрипел Гук, вывернувшись из чужих рук. - Когда ты так мило дуешь губки, ты похож на малыша, - просюсюкал в ответ Тэ и снова сжал его в объятиях. - Да перестань меня мять, будто я заяц плюшевый. Бесишь! Отпусти! - выкрикнул он, и Тэ, наконец, разжал руки. *** - Гуки, пошли купаться. - Тэхён открыл дверь и заглянул в комнату Чонгука. - Когда ты научишься стучать? - недовольно спросил Гук, прикрывая крышку ноутбука. - А тебе есть, что прятать? Леденец под одеяло? - рассмеялся Тэ, падая на его кровать. Гук коронно закатил глаза и тяжело выдохнул: - Мне было пять! А вы с братом, как саранча, съедали все вместе с коробками. Тэхён снова залился смехом: - Собирайся. Жду тебя на улице, - поднявшись, произнес он. - Не хочу никуда идти. - Гуки, нельзя сидеть сутками в комнате. На улице лето, а на пляже куча красоток. Давай, малыш, двигай ягодицами к шкафу и достань свои шортики в цветастые кораблики. - Он резко приблизился и чмокнул его в щеку. Гук вытаращил глаза от неожиданности, и запоздало сорвался на ругань - Тэхён уже закрыл за собой дверь. - Ненормальный придурок! Сколько можно вспоминать кораблики?! Придурок! - орал он, пиная воздух. *** Тэхён все равно вытащил его из дома. Сидя на покрывале под зонтом, Гук всем своим видом выражал "незаинтересованность" в происходящем вокруг, особенно в том, как стайка парней во главе с Тэхёном гоняют мяч по пляжу, заливисто смеясь. Как бы он не боролся с собой, взгляд то и дело следил за Тэ. Гук закусывал губу, досадливо констатируя, что теперь рядом с ним он выглядит мелкой селедкой. Всего за два года, что они не виделись, Тэхён преобразился так, что невозможно было поверить, что это тот самый Тэ. Противный, надоедливый Тэхён, которого он помнит почти всю свою жизнь - каждое лето в доме у моря. Родители частенько гостили у Кимов зимой в другом городе, а Гук с двенадцати лет наотрез отказывался к ним ездить, и родители перестали его заставлять. С тех пор с Тэхёном они виделись лишь летом, но в прошлом году Тэ провел все каникулы заграницей, восстанавливаясь после болезни. Гук смотрел на жизнерадостного Тэхёна и не мог поверить, что тот реально мог умереть. Смерть и Тэхён - это в голове не укладывалось. Тэхён был олицетворением жизни. Для Гука даже слишком. Казалось, что тот не знал усталости и грусти. И для него это было непонятно, но не улыбаться, глядя на то, каким счастьем веет от него, было сложно, и Гук сам не заметил, как начал хохотать, наблюдая за танцем Тэхёна в брызгах морской воды. - Хватит прятаться. А ну быстро в воду, - хватая за подмышки Гука, проговорил Тэ, вытаскивая на солнце. - Тэхён, ну что за радость меня доставать? - вырываясь из мертвой хватки, бубнил Гук. - Ты же обещал, что отстанешь от меня, если я пойду на пляж. Я пошел, так отстань от меня! - Гуки, я бы отстал, если бы был уверен, что ты не хочешь купаться. Но ты ведь хочешь, но из-за стеснительности так и просидишь под зонтом с выражением "не очень-то и хотелось" на лице, - сдавленно произнес Тэ, волоча почти на себе упирающегося Чонгука. - Не хочу! - упрямо повторял Гук, хотя Тэ был прав. - Хочешь, - не уступал Тэхён, заталкивая его. - Бесишь! - выкрикнул Гук, заходя в прохладную воду. - Переживу, малыш, - кивнул Тэ в ответ. - Воды не нахлебайся. Гук сжал губы и кинул на Тэхёна еще один обиженный взгляд, зная, что тот имел в виду. Гуку было семь и они с Тэ и старшим братом дурачились около бассейна. Гук поскользнулся и в панике нахлебался воды. Тэхён выловил его и поставил на ноги. Гук расплакался от пережитого страха и стыда - вода даже до колена не доставала. Старший брат еще долго подкалывал его после этого. *** - Гуки, а ты не такой хиляк, каким кажешься. - Тэхён ткнул его легонько под ребра, зайдя в кабинку для переодевания. Гук тут же натянул сухую футболку и чуть не завизжал, когда Тэ, без капли смущения стянул с себя мокрые шорты и плавки. - Сдурел? - все же вырвался ошарашенный возглас из Гука. - Что? - искренне не понимая, что вновь не понравилось вечно недовольному "малышу", и повернулся к нему передом. Гук разинул рот. Тэхён очень вырос... везде. - Да... что ты... Тэхён, есть же другие раздевалки, - наконец, сформулировал он подобие связной мысли, спешно отворачиваясь. - А смысл мне стоять в километровой очереди, если ты уже занял одну кабинку. И что смущаться, ты же не девчонка. Куда я трусы засунул? - попутно проговорил Тэ себе под нос, роясь в безразмерной сумке в чем мать родила. Гук не знал куда деться от смущения, не понимая, почему вид обнаженного Тэхёна так вывел его из равновесия. Думать нормально не получалось. Он инстинктивно обернулся, когда Тэ выкрикнул "вот они!", и по-детски всхлипнул, наблюдая, как тот натягивал "пропажу" на себя. Взгляд заскользил по спине, рукам... ягодицам. Снова щеки запылали от прилива крови и он отвернулся. - Ну, ты все? - сипло спросил он, поправив нервозно влажные волосы. - Да, малыш, я готов, - хохотнул Тэ, потрепав его по голове, и вышел из кабинки. - Я не малыш! Сколько можно повторять?! - крикнул привычно Гук, хватая пакет с одеждой. - Еще какой малыш. У тебя щечки и ушки красные. Какой же ты милый. - Тэхён закатился звонким смехом, когда Гук кинулся его догонять, выкрикивая все, что он думает о нем.