Homesick For Heaven

      Семья Ким столетиями защищала обычных людей от потустороннего мира, уничтожая и подчиняя себе наиболее опасных духов – Чонук запомнил это чуть ли не с рождения. Уже в шестнадцать лет он мог с легкостью запечатывать демонов высокого уровня, что под силу не каждому опытному экзорцисту. За его спиной то и дело шептались о том, что лучшего главы для клана в будущем просто не найти: молодой, но такой амбициозный и талантливый юноша несомненно должен далеко пойти. Чонуку всё это, конечно, очень льстило, но не более. Никто из старших не задумывался, что за пределами дома у него была еще и другая жизнь — жизнь обычного подростка, которому каждый день приходилось сталкиваться с непониманием и приспосабливаться под образ мышления непосвященных сверстников. Школа и поместье родителей отличались кардинально — в одном месте его поддерживали и боготворили, в другом — считали странным и избегали.       Кроме всех мелких неприятностей была в этой другой жизни еще одна проблема — капитан школьной сборной по футболу, Хон Джухён. Однажды, скучая от безделья во время матча, на который их всем классом потащил учитель, Чонук углядел на шее капитана команды здоровую черную змею, что кольцами обвивалась вокруг горла. Стоило ему моргнуть, и змея тут же переместилась на плечо, лишь частично закрытое плотно обтягивающим его рукавом поло. Чонук проморгался еще раз и, наконец, увидел. То, что со стороны выглядело как большая движущаяся татуировка, было всего-то призраком-паразитом. Простые смертные его, естественно, не видели, и сам старшеклассник едва ли мог догадываться, что за существо обитает внутри него. Оно могло быть смертельно опасным, а могло и сосуществовать с носителем, потихоньку вытягивая часть энергии — Чонук не знал, но сразу заинтересовался не на шутку. Он начал приходить на футбольные тренировки, якобы чисто поглазеть на игру, устраивался в самом неприметном углу стадиона и наблюдал. Змея переползала с одного участка тела на другой, но больше не становилась, да и Джухён, казалось, от ее присутствия не страдал.       Чонук хотел, чтобы его резко возросший интерес к футболу (и конкретным игрокам в частности) остался незамеченным, но облажался. — Ты сталкер что ли?       Уходя со стадиона, молодой экзорцист едва не вскрикнул от неожиданности, когда тяжелая ладонь легла на его плечо. — С чего бы? — Чонук повернулся и попытался сделать лицо подружелюбнее. — Я вроде не слепой, вижу, как ты пялишься на меня каждый день, — весь мокрый после тренировки Джухён зябко дернул плечами, — смотри, у меня уже мурашки по коже от твоего взгляда. — Прости, что? — несмотря на смущение от того, что его спалили, Чонук подумал, что ведет себя старшеклассник крайне странно. — Короче, — выпалил Джухён, — если это подкат такой, то завязывай! А если хочешь играть, приходи в любое время. — А, окей, — несколько ошарашенно промямлил Чонук. Он вдруг вспомнил, что Джухён вроде как жил за границей. Это частично объясняло широту его взглядов и предположения (но только частично).       Всю следующую неделю Чонук старался держать свой профессиональный интерес при себе и в сторону капитана футбольной команды даже не смотреть. А потом не выдержал и пришел. Не на стадион даже, а в раздевалку у спортзала, сжимая во внезапно вспотевших руках пакет с формой. — Ну, здрасьте, — прочистив горло, Чонук толкнул раздолбанную дверь с облупившейся краской. И закрыл. Вместо классных-опасных спортсменов в раздевалке царил форменный пиздец. Зоопарк то есть. Джухён и ещё какие-то личности в одних трусах скакали, размахивая футболками и изображая то ли стаю голодных чаек, то ли диких котов по весне. Через пару секунд дверь раздевалки приоткрылась и оттуда высунулась довольная рожа капитана. — Ты, это, не стесняйся, заходи, — всё ещё давясь смехом, пригласил он и ободяюще подмигнул, — мы не кусаемся. Наверное.       Так началась новая глава в жизни Чонука за пределами отчего дома, о которой он тем более не стал бы рассказывать — не пристало будущему представителю уважаемого семейства часами гоняться по полю за мячом с раскрасневшимся лицом и драить душевые после водных битв своих сонбэ. Тренировки давались ему нелегко поначалу, но Джухён с какой-то стати загорелся обучать новичка и даже оставаться допоздна, чтобы заниматься дополнительно. Чонук уже почти забыл о своей первоначальной цели, пока однажды не наткнулся на стопку рукописей, разбирая хлам на чердаке, бывшем когда-то кабинетом одного из его великих предков. Там нашлась целая книга с обглоданными временем страницами и выцветшими чернилами, в которой были описаны и наглядно проиллюстрированы проклятия, которые сильный дух может наслать на незадачливого противника. Бегло пролистав страницы, Чонук почти отложил ее в сторону, однако, зацепившись взглядом за знакомый рисунок, решил вчитаться повнимательнее. Не зря — стоило открыть книгу наугад, и со страницы на него оскалилась та самая змея, которую он привык видеть каждый день. В заглавии значилось "смертельное проклятье".       Он просто не знал, как сказать об этом Джухёну. Проклятая метка передавалась всему роду жертвы и, если верить описанию, убивала каждого по очереди, независимо от возраста и уровня способностей. От нее нельзя было просто избавиться, не изгнав того, кто наслал проклятье. А чтобы найти его, пришлось бы выдать себя, и то, не факт, что это решило бы проблему. Помощи ждать было неоткуда. — Знаешь, сонбэ, — наконец решился Чонук, когда они вдвоём валялись прямо посреди поля после изнурительной тренировки. — Что, я всё же нравлюсь тебе? — задорно усмехнулся Джухён. Он придвинулся к донсэну почти вплотную, и того аж обожгло чужим дыханием по коже. — Не в этом дело, — Чонук отвел взгляд. Чрезмерная близость Джухёна действовала странно. Внезапно захотелось сильнее вжаться спиной в ядовито-зеленое покрытие и вообще ничего не говорить ни о каких проклятиях. — Жаль, я был бы не против, — теперь лицо старшего было бувально в сантиметре от его собственного.       Узорчатый хвост скользнул по скуле и на глазах у Чонука обвился вокруг горла. "Я тоже", — подумал он, прежде чем почувствовать обветренные губы на своей шее.

***

— Неужели нельзя было одеться прилично? — возмущалась бабуля Чонука, когда тот заявился на собрание кланов в спортивной форме и затасканной толстовке, — ты же наш новый представитель, а выглядишь как... — Бомж? — заботливо подсказал Чонук, за что тут же получил подзатыльник, — ничего, будем брать интеллектом, — поспешно заверил он разгневанную старушку, спеша скрыться подальше от занесенной над ним трости.       Среди собравшихся экзорцистов оказалось много знакомых лиц, дружелюбных и не очень. Чонук в принципе не понимал смысла этих встреч, учитывая, что никто из семей не хотел делиться секретами с чужаками, и новости о мире духов доходили от них в крайне искаженном в пользу рассказчика виде. — Странные слухи ходят, — одна из бесчисленных двоюродных сестер Чонука поймала его под локоть, — помнишь лесного духа, который сожрал целую династию наших? Говорят, там кто-то выжил, — она обернулась на пробежавший по залу шепот, — вот он, кстати, собственной персоной.       Повинуясь общему порыву, Чонук обернулся. Он ожидал увидеть умудренного годами матерого экзорциста, но никак не Джухёна в надвинутой козырьком на лицо бейсболке. Неловко улыбаясь, он подошел к донсэну, протягивая руки для ставшего привычным объятия. — Ты, — только и смог сказать Чонук, чувствуя себя последним идиотом.