Золушка в кедах

Согласно представлению Джордано Бруно, монада – это богиня, первое существо, единица сущего. Она объединяет в себе телесное и духовное. Святая дева. Только почему сразу дева? Чем мужчина хуже? Мне всегда нравились парни. Более искренние, знающие, что такое дружба, что такое преданность, не ноющие и просто особенные. Не говорю, что девушки такими не бывают. Но согласитесь найти нормальную девушку сложно? Под словом «нормальную» я представляю милую, беззащитную девушку, без вредных привычек, не шлюху, готовую к созданию семьи. Мне не встречались такие. Точнее вокруг они были, но отношений с ними не складывалось. А парни мне были ближе. Например, идешь ты по улице, стоят малолетние девчонки, класс седьмой восьмой, и курят, как паровозы, более того выдыхают дым тебе в лицо. Не переношу сигаретный дым. А парни, мужчины руку с сигаретой убирают чуть ли не за спину и дым выдыхают в сторону, чтобы другие не дышали. Воспитанность. Видите разницу? Я знаю только одну девушку, которая делает также, но она по характеру парень. Да, и по жизни тоже: любит ходить по рок-барам, занимается дзюдо, дарит своим девушкам золотые украшения и вообще ее взгляды поражают. Хотя речь не о ней. Для меня моим богом стал Денис. Ни для кого не секрет, что я его люблю. Сегодня утром я проснулся в ожидании кое-чего чудесного. У нас наконец что-то получается. Мой мальчик очень быстро стал именно моим. Немного подозрительно, но я, опьяненный счастьем, не обращаю на это никакого внимания. Он – Бог, он – целый мир, он – эта самая единица бытия. Стук в дверь. Бегу открывать. Нет, не так. ЛЕЧУ открывать. На пороге стоит мое солнышко. Я уже собрался, мне не спалось, но у нас еще есть время до пар. - Доброе утро, - улыбается он мне. - Доброе… - затягиваю его в квартиру, прижимаю к стене и целую. - Сереж, не надо, ладно? - Мне поцеловать тебя нельзя? - Я не об этом. - Что тогда? - Не устраивай драку с Максимом, прошу. Я знаю, что тебя обещали со школы выгнать, если ты устроишь подобное. Я переживаю за тебя. - Не буду, - пообещал я. Я постараюсь только потому, что это просьба любимого. На этот раз Денис никуда не спешил. И мы спокойно, прогулочным шагом шли в школу и болтали. Утро было солнечным. Вообще весна это таинственное время, когда природа оживает, когда все поет и цветет. Даже в личной жизни, после той серости, после тех морозов, расцветает нежный цветок любви. Идти в школу к началу занятий было непривычно. Когда я опаздывал, то каждое утро встречал знакомых людей. Я не знал их имен, но отличал от всех остальных. Обычно возле парка стояла преподавательница и кого-то ждала, к ней подходил ее бывший студент и они мило болтали, навстречу всегда спешил смешной дяденька с усами и бордовым галстуком, очень похож на профессора. Еще слепой парень, с младшим братиком. Я частенько помогал ему переходить дорогу. Мы интересовались делами друг друга, и нам было приятно общаться. Теперь меня ждали перемены. Я не расстраивался по этому поводу, все было супер. «Гипофиз также обладает воротной или «чудесной сетью»: передняя доля гипофиза получает питание из верхней гипофизарной артерии, которая распадается на первичную капиллярную сеть, контактирующую с аксовазальными синапсами нейросекреторных нейронов медиобазального гипоталамуса, вырабатывающих рилизинг-гормоны. Капилляры первичной капиллярной сети и аксовазальные синапсы образуют первый нейрогемальный орган гипофиза. Капилляры собираются в портальные вены, которые идут в переднюю долю гипофиза и там повторно разветвляются, образуя вторичную капиллярную сеть, по которой рилизинг-гормоны достигают аденоцитов.» - вещала биологичка. Какая скука. А вот любоваться сосредоточенным лицом любимого напротив не надоедает. Он вслушивается в каждое слово, аккуратно записывая все в тетрадь, подчеркивает цветными ручками, особо важные моменты выделяет желтым маркером. Его конспект скорее похож на произведение искусства, чем на торопливые записи старшеклассника. Больше внимания я уделял рисункам на полях тетради. Это были ангелы, иногда безликие. У них прорисовано было все, кроме лица. Очерчивалась голова. Подбородок, лоб – это было намечено, но рта, носа, глаз, теней на лице не было. Иногда ангелы стояли спиной и на спинах были шрамы, а некоторые наоборот светло улыбались с тетрадного листа. О чем же он думает, рисуя это? Мои размышления прервал звонок. Я хотел предложить Денису прогуляться по школе, но он сказал, что ему нужно спросить что-то у учителя, и умчался за ним. Егор и Паша где-то нарыли летучую мышку, теперь бедная металась по классу. Вообще очень красивое животное. Благородный черный цвет, немного пушистая бархатная шкурка, перепончатые крылья, загадочная моська. Весь класс шумел. Девчонки визжали, пацаны ржали. Чего бояться? Она же безобидная, маленькая и куда более приятная, чем многие накрашенные дуры. Ржать тоже тупо. Открываю окно настежь и позволяю бедному животному улететь. Класс недовольно загудел. Было развлечение, а теперь его нет. Близнецы понеслись куролесить дальше, словно ничего и не было. Я же спустился на первый этаж. Пока открывал окно, руки испачкались. Ясно куда я пошел? Открываю дверь и вижу: мой любимый целуется с Максимом. Сердце оборвалось. Я тихонько прикрыл дверь и побрел на улицу. Плевать на рюкзак, его не жалко. Иду и пинаю воздух. На душе… А как оно может быть после всего? Даже описывать не хочу. Мне один очень умный человек сказал, что нужно стремиться к своей мечте. А что если мечта осыпается осколками разбитого сердца? Что если ты больше не хочешь двигаться дальше? Что если нет больше целей и желаний? Беру мобильный, набираю последний номер. Идут гудки. - Привет, статья уголовного кодекса, - весело отвечал мне голос в трубке. - Дим, ты занят? - Я на работе… - Можешь приехать? - Что случилось? - Приезжай, пожалуйста, мне плохо, - просил я. Голос почти пропал. - Сейчас дам своим оболтусам-подчиненным задание и приеду. Ты где? - Домой иду… - Жди, – и в трубке послышались короткие гудки. Дима… Один из немногих, кто поймет и правильно отнесется. Обычно он умел вытаскивать меня из депрессии. Он всегда помогал мне. Мой отец про меня вспоминал редко, и поддержка взрослого человека была очень нужна. Дима был добр ко мне, даже очень, пусть ему всего двадцать четыре, а он порой относился ко мне как к сыну. Всегда грело душу. Сердец и судеб сломанных бурлит водоворот. И мрак в душе клинков не разожмет ни на минуту. Ни капли теплоты, там только лёд. И даже смерть забрать не хочет почему-то. Не искупления, ни прощения нет, Лишь ненависть и боль твоя награда. И чтоб забыть кошмар прошедших лет Ты сам готов нырнуть в глубины ада Стой! Назад! Забудь к чертям свой ад! Жизнь не ругай, ты сам - всему виной. Вверх! Вперед! А дальше - как пойдет, Но будь готов идти любой ценой… Я пытался себя отвлечь и убедить не сдаваться. Но предательски болела душа. Я ждал Диму и минуты тянулись вечность…