Свидание с работником кафе

      Это абсолютно точно он, думаю я, доставая из небольшого кожаного кошелька деньги.       Коротко стриженные волосы желтого цвета, зеленые глаза с странным хищным блеском, этот жуткий оскал, и маленький черный цилиндр на голове. Цилиндр, конечно, всего лишь декоративный, но, черт, смотрится так, будто накрепко прирос к его голове. Будто туда и принадлежит, а впрочем, идут же людям вещи так, что кажется будто так оно и надо. Подумаешь.       И все равно — странное ощущение. Вроде бы и он — Сайфер, — потому что так невыносимо похож, похож вообще всем, даже пальцами, которыми нажимает на кнопки кофемашины, а вроде бы и нет, ну, сами посудите: как же это может быть он, если мы уничтожили его еще тогда, восемь лет назад, в Гравити Фолз?       А может, он как-то восстановился и перелез в человеческое тело?       Хотя, зачем бы ему?..       Работник кафе, видимо ощутив, что я упорно прожигаю взглядом его спину, поворачивается и несколько долгих секунд смотрит на меня очень внимательно. Кажется, за это время у меня успевает и застыть, и заледенеть, и снова возобновить свой путь к сердцу кровь.       У него реально поразительный взгляд: цепкий, холодный, пробирающийся под кожу. Быстро пробегается им по моей одежде, по лицу, и по растрепанным коротким кудрям, за которые мне сразу же становится стыдно и я неосознанно прочесываю их рукой. Усмехается — судя по всему, именно этому моему движению, — и, снова повернувшись ко мне спиной, еще раз нажимает на какую-то кнопку на кофе-машине и тянется рукой за пластиковым прозрачным стаканчиком.       Какие выразительные глаза, думаю я и сразу одергиваю себя: с каких это пор я заглядываюсь на незнакомых парней, которые еще и так похожи на треугольных одноглазых демонов Разума?       Ну нет. Упаси боже.       А может, это все-таки не он — ну, Сайфер, — а просто совершенно обычный служитель Старбакса, который мне, включая мои немного жутко параноидальные склонения, напоминает того Демона Разума?       — Эй! — Слышу я и слежу за реакцией парня напротив: он поворачивается и смотрит через плечо на другого сотрудника кафе, который только что высунулся из-за двери в кладовку. — Долго ты еще? Менеджер нас с чего-то собрать решил. Наверное, нового работничка привел, но, в любом случае, тебе, Билл, надо его увидеть — в конце концов он будет работать с тобой за кассой.       Билл?..       Стоп.       Билл?!       — Сейчас заказ доделаю, и приду, — говорит парень напротив, кивая голубоволосому сотруднику.       — Окей, — и тот снова пропадает за дверью. А работник, который делает мне кофе, и которого, очевидно, зовут Билл, ловит на себе мой шокированный до ужаса взгляд и поворачивается как-то особо демонстративно. Я могу разглядеть надпись на его табличке.       «Билл Сайфер».       О, нет.       Не может быть.       Просто. Не. Может. Быть. Нет-нет-нет-нет-нет…       — Что, нравлюсь? — спрашивает вдруг он, делая разворот на мысках и разводя руки в стороны.       Я зависаю в непонимании и медленно качаю головой, так и не выложив деньги на стол перед ним. Сам себе напоминаю компьютер, который не смог выполнить нужную функцию и теперь требует время на перезагрузку.       Тяну, пытаясь привести мысли в порядок, но, судя по широченной ухмылке блондина, получается у меня это крайне плохо и на лице все еще стоит выражение бледного ужаса:       — Ээээ… Нет, я просто… задумался, — Билл выгибает бровь и я, кивая, повторяю, хотя, скорее, подтверждаю, причем создается такое впечатление, что подтверждаю я это себе, а не ему: — Да, задумался.       — Сам-то в это веришь? Ты на меня прям засматривался, парень.       И все-таки, у него очень красивые глаза. Хотя, нет, не красивые, а… даже не знаю, такого слова, наверное, просто нету.       Так, Диппер, прекращай восхищаться его глазами и возьми себя в руки.       — Я правда просто задумался. — Черт, кажется, это снова звучит так, будто я пытаюсь его в этом убедить. Ну, или себя.       — Конечно, — кивает он, закатывая глаза и снова поворачиваясь ко мне спиной. Судя по тому, что кофемашина затихла, мой кофе готов. — Может, встретимся после работы? Я, знаешь, заканчиваю в шесть.       Неожиданно. И я, конечно же, ни в коем случае не соглашусь на это.       — Да нет, послушай, я…       — У станции в полседьмого? Идет?       — Ну, я… — несколько раздраженно начинаю я, прежде чем Билл поворачивается снова ко мне и смотрит с улыбкой. От этой улыбки меня передергивает, в животе все как-то странно скручивается, и я, почему-то, просто не могу устоять. Поэтому вздыхаю и киваю, мысленно подписывая себе смертный приговор: — Ладно. В пол-седьмого у станции.       — Круть, — он явно доволен результатом, потому что улыбка становится шире, превращаясь в животный оскал. Коротко отворачивается и, снова развернувшись ко мне со своей ненормальной улыбкой, которую я просто не знаю как охарактеризовать — как красивую и притягательную, или как странную и реально жуткую, — протягивает пластиковый стаканчик. — Кофе.       Я выдавливаю из себя улыбку:       — Спасибо.       Он ухмыляется совершенно похабно и отвешивает поклон, приподнимая небольшой декоративный цилиндр:       — Увидимся.       Я не отвечаю: просто медленно киваю, беру стаканчик с приготовленным напитком и, стараясь не бежать со страшной скоростью, быстрым шагом покидаю кафе. Что удивительно: мне приходится старательно держать себя в руках, чтобы не обернуться и не посмотреть еще раз в эти странные зеленые глаза.       И что это сейчас вообще было?..       О, а кофе, кстати, получился хорошим. Даже очень.

***

      — У тебя что? — Мэйбл, после моего краткого «я на свидание, буду через пару часов» давится шоколадным пирожным, откашливается, и смотрит, с округлившимися глазами и с поползшими на лоб бровями.       — Свидание, — спокойно повторяю я, пытаясь унять дрожь в руках, которыми застегиваю пуговицы на рубашке оливкового цвета. Это, кажется, уже мой пятый выбор верхней одежды. Впрочем, джинсы я выбирал тоже непредвиденно долго и, в конце концов, остановился на простых, черных.       — Свидание? — Кажется, она все еще мне не верит. Ха. Да я и сам себе не верю. — У тебя? Боже мой, неужели-таки нашлась подходящая девушка моему братцу-задротцу? — она встает из-за стола и радостно размахивает руками. А потом вдруг складывает ладони и устремляет их к потолку, закрыв глаза. — Спасибо, Господи! Как я рада, что мой горе-брат все-таки нашел себе ту самую! Да благослови же ты их на счастливое будущее, кучу детей и большой дом загородом…       — Мэй, это парень, — все так же спокойно подмечаю я, как-то отстраненно обдумывая «счастливое будущее, кучу детей и большой дом загородом», прежде чем понять, что размышлять об этом — невероятно странно, и вообще, какого черта, Диппер? — И просто свидание. Мы, скорее всего, пойдем в кафе, а потом, ну максимум, прогуляемся. Ничего такого.       — «Ничего такого»? — возмущенно возражает сестра, снова плюхаясь на стул и, закинув ногу на ногу, скрещивает руки на груди. — Нет уж, Бро-Бро. Это жуть как важно и, вообще-то, мне бы хотелось, чтобы это осталось не «просто свиданием». Скажи хоть: он красавчик, да?       — Нууу… — я смотрю на себя в зеркале, оценивающе разглядывая сидящую одежду, и таки расстегиваю рубашку. А затем, неуместно краснея под пристальным, насмешливым взглядом сестры, скомкано описываю ей Билла: — У него крашенные в желтый волосы, зеленые глаза, квадратные, вытянутые скулы и худое, немного костлявое телосложение. А еще он очень высокий.       Хочется добавить «Ничего необычного», но даже по моему короткому описанию понятно, что это совсем не так, и мой язык просто не поворачивается.       Мэйбл расплывается в широченной улыбке и закидывает руки за голову:       — Обязательно с ним познакомишь.       — Ага, — киваю. Конечно же, я не стану знакомить свою сестру с тем парнем, потому что сегодня вечером мы встретимся в первый и последний раз.       Из шкафа достаю несколько футболок и одна кажется мне вполне подходящей: темно-зеленого цвета, с изображением канарейки. Одев ее, я разыскиваю в прихожей кофту бежевого цвета и снова смотрюсь в зеркало.       — Неплохо. Чувство стиля, у тебя, правда, полностью отшибленно, но выглядишь ты все равно неплохо, — сообщает мне Мэйбл, вставая со стула. Подходит ко мне и хлопает по плечу, а я вздыхаю и говорю:       — Спасибо, — и, немного взъерошив короткие кудри на макушке, иду за ботинками. Завязываю шнурки, вешаю на плечо сумку с кожаной лямкой, бросаю «все, я пошел» и после ответного «удачи» сестры, покидаю квартиру в несколько беспокойном и смутном расположении духа.

***

      Дорога до станции занимет недолго, примерно десять минут, но все это время я набрасываю в голове самые разные варианты происходящего на свидании, и в итоге решаю, что ничего хуже изнасилования на старом складе кафе, в котором я сегодня получил кофе, быть все равно не может. Наверное.       Когда я подхожу к месту встречи, там уже стоит Билл, рассматривая носки своих ботинок и держа во рту сигарету. Завидев меня, он буквально выплевывает ее на асфальт и, надавив ногой, идет навстречу, спрятав руки в карманах узких джинс, которые смотрятся на нем просто великолепно.       Так, Диппер, прекращай уже с этим. Нормально они смотрится, а ноги у него совершенно обычные.       — Ты пришел, — говорит он, широко улыбаясь.       — Как видишь, — неуверенно пожимаю плечами я.       — Думаю, ты не размышлял о вариантах того, что мы будем сейчас делать и куда пойдем, так что предложу один кинотеатр тут неподалеку. Там неплохие фильмы и отличный попкорн. Билеты, как и еду, оплачиваю я, и не парься: денег у меня достаточно.       Я смотрю на него какое-то время — всего лишь пару секунд — и, сообразив наконец, что он только что сказал, спрашиваю:       — А где?..       — В пару кварталах отсюда, — перебивает меня Билл, а на мой вопросительный взгляд добавляет: — Прогуляемся.       И берет за руку.       Черт-черт-черт-черт-черт. Какого хрена он взял меня за руку?       — Хорошая погода, не находишь? — спрашивает он примерно через десять минут, когда мы проходим улицу с китайскими магазинами и забегаловками.       — Билл, — он внезапно смотрит на меня с таким блеском в глазах, что мне становится неуютно, а он улыбается лишь еще шире, когда я отвожу взгляд, — извини конечно, но обсуждать погоду… Серьезно? Это как-то, ну, банально, что ли.       Он смеется, и мне слышатся прорывающиеся нотки дикого, сумасшедшего хохота, который он, судя по всему, старательно скрывает.       А потом смотрит, улыбаясь.       — Ты абсолютно прав. Как насчет обсудить мировые проблемы в политике?       — Ненавижу политику. Все эти президенты такие странные, сомнительные, постоянно устраивают хрен знает что.       Смотрит снова с этим странным блеском.       — Природа севера? Сверчки-бойцы в Шанхае? Морские червяки? Производство наркотиков? Древние цивилизации? Физика черных дыр? Война между северной и южной кореей?       Несколько удивляюсь его предложениям, и неосознанно усмехаюсь:       — А ты много всего знаешь.       Он ухмыляется, на этот раз прям от уха до уха, и чуть крепче сжимает мои руку. Между прочим, у него самого она очень теплая, а на такой прохладной осенней погоде, это, в общем-то, даже не так уж плохо.       — Спасибо за комплимент.

***

      Кино оказывается вполне себе приличным. Блокбастер, который выбрал Билл, и попкорн, который выбрал он же, — тоже.       После него, мне приходится ненадолго отвлечься, потому что Мэйбл присылает сообщение с текстом «Тебя надо спасать или вы уже добрались до его квартиры?» плюс пару улыбающихся смайликов в темных очках, и я совершенно не замечаю, в какой момент мы с Биллом добираемся до той кафешки, где сегодня утром «договорились» о встрече. Мэйбл я отвечаю коротким «Все, вроде, нормально, мы пошли в кафе», а потом заказываю у подошедшей к нам официантки кофе с корицей. Билл заказывает тоже самое и я смотрю на него несколько удивленным взглядом.       — Никогда еще не пробовал кофе с корицей. Интересно.       Я киваю. Ну, интересно и интересно. Ничего такого.       В общем и целом, кофе оказывается правда неплохим. Мы выпиваем каждый по две чашки, потому что, как говорит Билл — заговорились, и мне хочется заплатить за наши одинаковые заказы, но он смотрит на меня с оскалом и спокойно сообщает, что оплачивает он и это не обсуждается. Даже не знаю, что об этом думать.       Официантка, виляя бедрами, подмигивает Биллу, когда мы выходим из кафе, и тот махает ей рукой. А потом, совершенно расслабленно мне говорит:       — Не волнуйся, она меня не интересует.       — Да я и не волновался. Мне, в общем-то, плевать.       — О, какое доверие. Я польщен.       — Билл, — я вздыхаю и поднимаю несколько раздраженный взгляд на него. — Мы встречаемся первый и последний раз. А о доверии здесь и близко речь не идет.       — Да? А что так? Неужели не понравилось свидание? — удивляется он, внимательно заглядывая мне в глаза, отчего я снова сжимаюсь и неловко отвожу взгляд. Если честно, я даже толком не знаю, что пугает меня в нем больше всего: то ли глаза, то ли ухмылка-оскал, то ли постоянно странное выражение, то ли неестественно-прямые черты лица, то ли отточенность движений и изящность походки… Кажется, все сразу.       — Нет, было… — замешкавшись, начинаю я, подбирая нужное слово. — Было очень даже неплохо, но это не значит, что я сразу стану… — закончить, в общем-то, не успеваю, потому что Билл вдруг наклоняется и целует меня, придерживая свободной рукой за шею.       Сначала ненастойчиво, просто прижимаясь своими губами к моим, а потом внезапно проникая внутрь языком, проводя им по моим зубам, небу, а когда соприкасается с моим языком, по телу проходит крупная дрожь и я, кажется, уже забиваю на происходящее окончательно.       Ну и хрен с тем, что он так похож на Сайфера. И с тем, что так странно себя ведет, пугающе скалится, все оплачивает, дико смеется и почти все, как кажется, на свете, знает.       Целуется он просто охрененно.       Совсем не сразу замечаю, что уже последние пару минут отвечаю ему, а он улыбается сквозь поцелуй и теснее прижимает меня к себе, даже не смотря на то, что мы стоим прямо на улице, недалеко от того кафе, где только что были. Вокруг медленно темнеет и краем сознания я понимаю, что, скорее всего, уже приближается ночь и, наверное, пора бы собираться домой…       Когда его руки начинают медленно спускаться к моей спине, а дальше и к бедрам, я отстраняюсь и перехватываю его за запястья. Его взгляд полон недоумения и удивления, и я гадаю, настоящее ли оно.       — Эй, не здесь же.       — К тебе? — смотрит с почти человеческим, лихорадочным блеском в глазах.       — Ни ко мне, ни к тебе, — отрезаю я, поправляя задранные края футболки под кофтой и запуская пятерню в волосы. — Прости, но вот так сразу… Немного неожиданно.       — Знаешь, вся эта хрень с «нельзя спать с человеком на первом свидании» и все такое — для жалких, бесхребетных слабаков. А я уж точно не такой. Вижу цель — не вижу преград, — говорит он, обнимая меня за плечи и стремительным шагом сворачивая за угол. — Так что, не хочешь зайти ко мне и закончить начатое?       Честное слово, я совершенно не знаю, что можно было бы на такое ответить, поэтому предпочитаю вообще никак не отреагировать, и просто молчу. Наверное, это плохой выбор.       Он ухмыляется — скалится, даже, — и задорно подмигивает. Мне на секунду кажется, что глаза блестят желтизной, но это — только кажется, потому что в следующий момент там снова виден белок, а зрачок такой же круглый и нормальный как до этого. Правда теперь там пляшут черти.       До его квартиры мы доходим довольно быстро, а в лифте никак не можем от друг друга отцепится. Я, честно, не замечал раньше за собой таких склонностей, как постоянно прикусывать и зализывать нижнюю губу целующего меня человека.       И, кажется, я напрочь забываю свои параноидальные заскоки, по поводу того, что он так пугающе похож на одноглазого демона Сайфера.       Ну, правда, какая разница, на кого он там похож?       Спотыкаясь и нервно стягивая с себя одежду, мы кое-как доходим до довольно-таки большой и, скорее всего, уютной для сна кровати Билла, куда он резко заваливает меня, нависая сверху и жадно облизываясь. Его глаза, в полумраке и свете двух ламп с прикроватных тумбочек по обеим сторонам кровати, кажутся совершенно невероятными. Необычными. В них читается столько всего, что я неосознанно тянусь к нему за поцелуем, а он усмехается и, облизав мои губы, снова проникает внутрь языком.       …Когда он стягивает с меня джинсы, вместе с нижним бельем, мне становится до ужаса неловко и я собираюсь запротестовать, но он затыкает мне рот настойчивым поцелуем и я снова забиваю на всю неловкость происходящего.       …Он проводит рукой по моему животу, поднимается к груди и останавливается у сосков, чем, конечно же, вызывает у меня стоны. И он, судя по всему, дьявольски доволен таким результатом, потому что наклоняется ближе и обводит вокруг моих сосков круги языком, которым до этого проводил у самого моего уха, вызвав тем еще одну крупную дрожь по всему телу.       …Не то чтобы это очень больно, но острое, неприятное ощущение все равно затрагивает мой разум и прошибает все тело. Билл буквально не отлипает от моих губ и мне кажется что они уже опухли.       …Я закидываю ему руки за шею, а он зарывается ладонями в мои короткие кудри и это немного больно, потому что он их тянет, спутывает между собой, но все равно поглаживает. И все время целует. А когда я издаю длинный и приглушенный стон прямо ему в губы, он снова ухмыляется и прижимается теснее. В этот самый момент мне опять видится желтый цвет в его глазах, но я слишком смущен, а мой взгляд слишком расфокусирован, чтобы об этом всерьез подумать.       …Судя по всему, не устал он от слова совсем. Меня клонит в сон, я совершенно неосознанно закидываю ему руку на обнаженную грудь и устраиваюсь под боком. Он, усмехаясь, запускает ладонь в мои волосы. Между прочим, очень приятно, и снова абсолютно плевать, что он напоминает — напоминал — мне того треугольного демона.       Проваливаясь в сон, я слышу его смех, правда, на этот раз, без диких и сумасшедших ноток. Какой-то, в общем-то, достаточно нежный смех. Успокаивающий.       — Сладких снов, Сосновое Деревце.       Послышалось?..