Мне дали шанс. И я ни за что его не упущу!?

      — Чёрт возьми, Настя! Ты там скоро!              — Да иду я, иду, — отключаю телефон и кидаю его на дно портфеля.              Из кабинета вылетает семнадцатилетняя девушка с тёмными волосами-каре с красными кончиками, завязанными в растрепанный хвост, в очках на чёрной оправе и светло-фиолетовых душках. С красным рюкзаком за спиной, в джинсах на толстом ремне и заправленной в них чёрной большой (мужской) футболке она по пути пытается завязать шнурки на своих любимых бордовых кроссовках. Намучавшись с ними она выскакивает из здания художественной школы и чуть не сбивает с ног свою лучшую подругу — шестнадцатилетнюю девушку с аквамариновыми волосами, чуть ниже ростом в розовой слегка пышной юбке и чёрной заправленной футболкой с белым принтом, в бежевых босоножках. Ну, а че? Июнь месяц, почему бы и нет? Это я хожу в джинсах и летом и зимой и мне пох, а остальным жарко.              — Что-то ты сегодня долго. Марина опять прикопалась? — спросила моя лучшая подруга — Карина. Мы с ней познакомились в художке три года назад, сначала просто общались, а потом я случайно узнала, что она анимешница. Ну и пошло поехало. Так и сдружились.              — Блин, да достала она меня! Сначала говорит, что вот это не правильно и вот это, а потом начинает орать, что я не то видете ли исправила. Бесит, — причитала я, идя рядом с Кариной и размахивая руками, — А тебя то, что не было, прогуливаем? — спросила я, сощурившись на подругу.              — Ага. Век бы мне эту ведьму не видеть, — ответила мне она, еле заметно обреченно вздохнув.              Вы спросите, почему мы так относимся к нашей училке в художке? Ха, а вы поучитесь у неё! Я человек терпеливый, но блин даже мне хочется её прибить. Нафига скажите мне она пошла в учителя, если детей не любит?! Орёт на всех по поводу и без, и ей походу вообще плевать на своих учеников с высокой колокольни. Но не тут то было. С нашим классом такое не прокатит. Мы единственные, кто хоть как-то ей что-то отвечаем. Остальные же молчат в тряпочку. Видимо поэтому у неё с нашим четвёртым-выпускным классом такая неприязнь.              — Ой блин. Если я сейчас домой не приду, то Дима сожрет всю мою еду?! Я побежала, пока! — прокричала мне подруга, скрываясь за поворотом.              — Ага, передай своему брату привет от меня и хорошего такого пендаля! — ответила я ей, усмехаясь.              Хех, мне всегда было интересно слушать от Карина истории о том, как они с братом п*здят друг друга. Даа, драки у них отменные, аж до ножей с ножницами дело доходит. А все из-за чего? Причин масса — начиная с того кто будет сидеть ближайшее время за компьютером, и заканчивая тем, чей носок на чьей кровати лежит. Придаваясь воспоминаниям об их последней драке, я рыскаю по всему портфелю, пытаясь выудить из его недр наушники с телефоном. И вот наконец мои старания не прошли даром. Воткнув наушники, я включила Imagine Dragons — Believer. Давно её не слушала, но знаю наизусть. Сейчас на улице разгар июня, экзамены закончились, погода прекрасная, так почему бы не пойти до дома пешим ходом? Идти по времени минут 10-15 и всего два раза переходить через дорогу.              Встав на пешеходном переходе рядом с двумя парнями лет по 20 каждый и 19ти-летней девушкой, я стала ждать зелёный свет светофора, беззвучно подпевая песне в наушниках.              И вот долгожданный зелёный свет и я ступаю на проезжую часть. Пройдя каких-то три шага я заметила, что за мной никто не идёт. Вытащив один наушник, я почувствовала что-то не ладное. Повернув голову влево я поняла, что усе отбегалась Настенька. Говорила же мама: «Вынимай наушники, когда дорогу переходишь и по сторонам смотри». Эти мысли пролетели в моей дурной головушке со скоростью света. Я подняла голову к небу. Ну, а что мне ещё делать? Отпрыгнуть я уже не успею, вон этот злосчастный форт уже в метре от меня, а так хоть успею на прекрасное небо посмотреть в последний раз. Почему я так уверена, что в последний? Нужно верить, что все обойдётся, скажете вы. Хмпф, с той скоростью, с которой летит эта тачка…ммм…неа. Шансов почти нет. Либо под гранитную плиту, либо быть прикованной к больничной койке, с последующий мучительной смертью. Уж лучше сразу, чем мучить и себя, и родных.              Родные… Чёрт, как там они будут без меня?              Мама. У нее же родственников вообще в ближайшие пару тысяч км не останется. Надеюсь Дима (без пяти минут мой отчим) поможет ей справиться.              Отец. Хоть он и жил с моих шести лет отдельно, но он меня любит, очень сильно. Он сильный. Справится. Должен справиться.              Бабушка с Дедом. Чёрт, надеюсь они смогут пережить мою смерть. Ради своей второй внучки. Ради Саньки, моей двоюродный сестры.              Санек. Оля и Лёша (мои тетя и дядя) ей помогут справиться. Должны помочь.              Дима. Хоть мы с ним и жили под одной крышей почти 11 лет, к друг другу прям очень сильно не привязались. Не как отец-дочь, скорее уж у нас связь друга-подруга, тк видимся мы редко, а если видимся, то не так уж часто разговариваем. Он быстро оправится. Может они с мамой ребёнка заведут, когда меня не станет. Надеюсь на это.              Карина. Мы с ней очень близки. Она знает обо мне то, что не знает никто другой, а я в свою очередь о ней. У нас такая дружба, что не надо каждый день звонить/писать/видеться, чтобы оставаться лучшими подругами. Мы понимаем, что у каждой своя жизнь, но при этом мы очень близки. Соня, она должна ей помочь. Соня — каринина одноклассница, единственная с которой она хорошо общается.              Что ж, надеюсь моя смерть никого сильно не сломит.              — Хм, а как хорошо день начинался…- горько улыбнувшись сказала я сама себе перед ударом. А последнее, что я услышала перед тем, как отключилась — крики прохожих и строки песни из наушников:       

With me young,

with me young

Believer… Believer

             А дальше ничего… Только сильная боль и тьма.