Не заврались.

В студии была привычная съемка. Особо переживать никому уже не приходилось, потому что это уже правда вошло в привычку, ничего необычного никто в этом не находил. Наверное, это и хорошо. Обычно нервный и раздраженный Калинкин был в приподнятом настроении и о чем-то болтал с Гришечкиной, Ваш переписывался со своей девушкой (с недавнего времени женой), а Шакулин перешучивался с оператором. Свет был давно настроен, уже полчаса как можно было приступать врать во имя победы, но они все ждали опаздывающую Парфенюк. Дверь открывается и Оля, поправляя волосы, заходит. — Блин, ребята, пробки задолбали. Пришлось ехать на метро, а я не то чтобы в нем разбираюсь. С преувеличенно-злым:"Ну, наконец-то" от Жени, они начинают записывать. *** Последний ход от Васи должен был быть решающим, Женя с Сашей ведут два один. Нелюбящий (ненавидящий по своей натуре стрелец) проигрывать приятелям очень сильно не хотел, особенно после того, как они попались на Женину ложь о том, что она прыгала за телефоном в Москву-реку. Именно поэтому сложилась такая ситуация, где Василий уже 15 минут вспоминает что нибудь, на чем они могли бы сравнять счёт. Конечно, того, как Вася натурально тупит не будет в финальном варианте видео, но все же. Навязчивая идея бьёт голову буквально изнутри и Вася сдается. — Однажды из-за меня покончили жизнью. Наверное, просто показалось что вдруг стало как-то тише. Первым, спустя 30 секунд всеобщего молчания, заговорил Калинкин: — Вась, ты не на исповеди. — со своим напущенным возмущением. Все тихонько усмехнулись. — А как ты понял, что из-за тебя? — спросила Женя, жестикулируя руками. — Всмысле как, Жень? Ты чё, не знаешь, как это происходит? Она вскрыла вены и ее нашли в ванной с табличкой "Вася", — смотря на Гришечкину, сказал Ваш. Когда она заражающе хохотнула, воздух будто стал легче. Женя же за это сделала вид, будто бьёт его по голове, когда он отвернулся. — Да не-не-не, я уверена, что все по-другому было, — махая руками говорила Оля, — Она когда топилась в море, гигантскими буквами написала на песке "Вася - козел". — Слушайте, а с чего вы вообще решили, что это "она"? Прозвучало длинное общее "Оооо". — Лучше бы ты не уточнял, — сказал Ваш. — Щас даже таракан в углу лицо закрыл лапкой, — тоже не стал молчать Калинкин. — Он закрыл всеми шестью, — продолжил Саша. Сам Шакулин же немного съехал с дивана и натянул футболку на голову. — А почему вообще? — спросила Женя. —Ну, он был влюблен в меня. Ситуацию это не улучшило. Женя показушно схватился за сердце одной рукой, а вторую тыльной стороной приложил ко лбу. —Ой, о-ой. Кажется, мне поплохело. Пушкин должен был назвать свой роман "Вася Шакулин". — Ну-у, и как он умер? — продолжил Ваш. Шутки шутками, а проигрывать сегодня он не намерен. — Блин, мне вообще как-то стрёмно что-то спрашивать, — посмеиваясь говорила Женя. — Да нет, спрашивай, — спокойно ответил Саша, — давай посмотрим насколько ему фантазии хватит. Все снова посмеялись. Вернувшись в нормальное положение, Вася все же ответил. — Он закидался таблетками. — А какими? — вернулась в игру Женя. — Снотворными. — Их же по рецепту продают. — Все, посыпался, — будто огорчённо сказала Оля, ударив по коленям. — У него мама в больнице работала. — А сколько ему лет было? — 17. — А тебе? — Тоже. — - То есть, вы в одном классе были? — Нет, мы жили в одном подъезде. — А с чего ты взял что из-за тебя? — вступил Ваш. — Он мне сам сказал. — - То есть, ты знал, что он хочет убить себя? — Да не-е-ет. Он просто подошёл ко мне за день до этого и сказал, что любит меня. Ну, а я ему мягко намекнул, что не в восторге. Ваш с Женей сидели в раздумьях о том, что бы такое спросить, чтобы он точно раскололся. Вася же с покерфейсом нервно теребил диван в том месте, где он немного порвался. Он уже не уверен, что это лучше проигрыша. — А кто-то ещё знал, что это из-за тебя? — наконец выдала Женя. — До этого момента не знал никто. — Ага, потому что ты не так уж часто посвящаешь нас в то, что там тебе снится, — посмеялся Женя. — Ты жалеешь? — А? О чем? — Отвлечённый на ковыряние обивки, спросил Вася. — О его смерти, — уточняет Гришечкина. — Жалею, что из-за меня потом его родители страдали. — Да ну, мне кажется, что бесполезно это продолжать, — Ваш поворачивается к Гришечкиной, — Ну, изначально же было понятно, что Васька просто дурной. — В общем, да. Мы отвечаем, что это — наглая ложь, — подтверждает Женя и скрещивает руки на груди. — Итак! Товарищ Шакулин, приходилось ли вам, — Женя потер глаза за очками, безмолвного говоря:"Пиздец" и продолжил, — приходилось ли вас стать причиной чьей-то смерти. — Вот, я даже не уверена, какой ответ я бы хотела видеть, — смеясь сказала Оля. В студии становится тихо, а оператор тихо говорит:"Охуеть", когда Вася берет с подлокотника, а затем переворачивает карточку. Два два.