Отношения

Розалин кривится, видя темноволосую макушку со значком старосты. Проскользнуть мимо не удастся, вздыхает она, понимая, что дежурит сегодня Реддл. Том-черт-бы-его-побрал-а-акромантул-убил-Марволо Реддл. Розалин прячется в нише, слыша равномерный стук каблуков туфлей. Так ходит только этот слизняк, знает она. Роза вдыхает-выдыхает медленно, не двигается, лишь молится Мерлину, чтобы все обошлось. Мерлин тут вряд ли поможет, но, а вдруг? В конце концов, о ее удаче слагают легенды (ровно как и о неудачах, что опустила Поттер), так почему это не может сработать? Голос Реддла раздается неожиданно: — И что же забыла после отбоя мисс Поттер? Розалин считает про себя до пяти, успокаиваясь, а потом выходит, стараясь придать себе наиболее спокойный вид. Конечно, с лохматыми рыжими космами и пылью на мантии это сложно, но не невозможно. Но она же Поттер, разве нет? А у Поттеров, что известно, свой шарм! — Поттер-Поттер, — картинно качает головой этот слизняк, — Ну как же так? Третий раз за месяц, третий! Что же вам, мисс, не сидится в гостиной Гриффиндора? Розалин готова вспылить, но вспоминается Лаванда, которая как-то делилась своим жизненным опытом с ней и с Гермионой. «Так вот, говорит Браун, наматывая светлую кудряшку на палец, парни — они такие. Ресничками похлопаешь, губы надуешь, ну, примешь вид «бедной и невинной девы», и все! Они верят безоговорочно, точно вам говорю, девочки!» Конечно, сама Роза никогда не являлась той самой «бедной и невинной девой», и даже не пробовала стать ей, но попробовать же можно? А вдруг поможет? (Вряд ли, но это же Поттер — глупые идеи и безрассудность по настоящему взрывной коктейль) Розалин поправляет мантию на себе, стряхивает пыль с нее, убирает за ухо ярко-рыжую прядь и, надув губы, машет ресничками: — А я заблудилась… Реддл резко замирает, вглядывается в нее своими темно-синими глазами, а потом начинает смеяться. Громко-громко, да так, что не выдерживает и утирает выступившие от смеха слезы. — Иди уж, дева в беде!