Haru no fubuki (Весенняя вьюга)

       Тетсужи, едва переступив порог собственного дома, почувствовал то чего ему не хватало на протяжении всей его жизни. Ощущение будто неправильно собранные за все годы детали пазла, наконец-то, встали на свои места. Но был страх, что хрупкая картинка полноценности разрушится в любую минуту. Горо стоял в холле, прислушиваясь к звукам в доме: сквозь тишину раздавались шуршание пакетов и бульканье электрочайника. Альфа колебался, он боялся ступить шаг в сторону кухни.        — Долго будешь копаться? — послышался голос Джана из-за угла, а потом из дверного проема показалась голова выглядывающего омеги. — Ты даже обувь не снял? — он больше ничего не спросил, только перекинул кухонное полотенце через плечо и подошел забрать пластиковые пакеты из рук Горо. Снова это ощущение. Холодные пальцы, от прикосновения которых в сердце поступает импульс электрического разряда.        — Ты пришел, чтобы забрать его, верно? — произнес Горо, с привычным рычанием в голосе. "Манеры не меняются"— Сергею хотелось закатить глаза и сложить руки на груди.        "Что, черт возьми, я творю?! Ведь не это я хотел сказать...Я хочу, чтобы ты остался!" — альфа вел себя противоположно собственным мыслям.        — Иди мыть руки.— проигнорировав тон мужчины, полукровка снова исчез на кухне уже с продуктами.        Через полчаса преодолевая себя Тетсужи, все-таки спустился вниз. За время отсутствия Сергей перебрал все варианты развития их переговоров и ни один из них не удовлетворял омегу. В конце концов, он уселся на подоконник и уставился в окно. Запах ребенка на его рукавах и одежде дарил не испытанные ранее чувства, объяснить их было невозможно. Парень улыбался от одного этого ощущения, но мысли вернулись к прежнему направлению. Когда омега устал дожидаться альфу и решил пойти за ним, тот соизволил появиться. Они столкнулись прямо в дверях, в нос сразу же ударил запах табака и перцовый аромат, выжигающий легкие. Альфа опешил от появления Сергея. По инерции обхватив руками плечи парня, чтобы он не завалился назад.        В горле пересохло. Джан старался не подать виду и очень надеялся, что сейчас его щеки не красные, как у девственника. Потому что его губы оказались на уровне груди Горо, если встать на носочки можно дотянуться до ключицы. Голый татуированный, торс и распаренный после горячего душа, Тетсужи наблюдающий за ним сверху вниз. Влажная уже полностью седая челка, свисающая под остатками влаги прикрыла часть лица. Сергей хотел протянуть руку и провести по скуле, коснутся пальцами губ, поправить челку, но лишь отвел взгляд. Сердце кольнуло, в груди Горо все сжалось, причиняя боль и он отступил отпуская омегу.        — Он скоро проснется, надо будет покормить. Поэтому давай поговорим обо всем, как можно скорее. — произнес альфа, наконец нарушив неловкое молчание между ними. Все было неправильным, ничего было не исправить. И разумом мужчина понимал, что он заслуживает быть покинутым навсегда.        — Он? Ты не дал ребенку имя? — возмутился омега.        — Мне показалось, что лучше, — альфа запнулся, — я не захотел лишать тебя твоего права выбрать имя.        — А то что ребенок не записан в семейный реестр два месяца тебя не беспокоит? — прошипел Сергей. — Господи, какой же ты... — омега впервые вышел из себя за долгое время, он шлепнул себя по лбу, бубня под нос о том, какой альфа, несмотря на все свои внушительные по расчетливости и степени опасности деяния в прошлом, тупой в жизненных вопросах. Он бубнил недовольства, при этом наливая чай в кружки, словно они были пожилыми супругами, которые никуда не могут деться друг о друга и остается только скафнить себе под нос. — Варианты?        — А? — не сразу уловив суть Горо поднял глаза. "Не беси меня!" — одними губами произнес омега, уставившись на японца. — Извини, я думал над именами: Чихэру или Юки, и еще Ичиро.        — Ичиро —не его имя... — немного помолчав отозвался омега. — Тогда уж лучше Джиро. Тетсужи Джиро. Или мне его под своей фамилией записать? — спросил резковато Сергей. Альфа округлил глаза от удивления.        — Ты позволишь? — ставя осторожно чашку на стол вопросом вопросом ответил мужчина. Он не верил собственным ушам.        — Это и твой сын тоже, я не настолько тебя ненавижу, чтобы лишать права быть отцом. Учитывая, что именно ты спас нашего мальчика от смерти. Я благодарен тебе. — Джан протянул руку для рукопожатия, но мужчина не спешил отвечать на этот жест примирения.        — Но ты его, все же, заберешь... — севшим голосом констатировал Горо, омега кивнул.        — Как только улажу все формальности с университетом, найду квартиру сразу же заберу. Ты сможешь видеться с Джиро и забирать его в любое время. Я не буду тебя ограничивать в часах посещений.        — Подожди. — перебил его Тетсужи, начиная раздражаться. Ему не нравилось, каким деловым тоном с ним заговорил парень. — Ты не можешь так поступить.        — Могу, — полукровка пожал плечами,— или тебе напомнить, что ты у нас бывший заключенный.        — Я оправдан... но ты же знаешь, что я могу тобой сделать? Или хочешь повторить прошлое? — Горо сжал кружку с остывшим чаем, сосуд треснул под давлением, потихоньку выплескивая содержимое на стол. Он не хотел угрожать, но не мог сдержать свою сущность. Сергей и бровью не повел. Напротив, омега подошел вплотную к альфе и положил руки ему на плечи и нагнувшись прошептал прямо на ухо.        — Милый, я тебя не боюсь. Ты мне ничего не сделаешь, зачем бросать пустые угрозы? — омега улыбнулся — Я заберу ребенка, как только мы оформим свидетельство и семейный реестр. А сейчас, я разведу смесь и исполню свои обязанности родителя, с твоего позволения.        — Не надейся! Я вас не отпущу! — донеслось уже в спину омеге, взбалтывающему бутылочку со смесью. "Тогда, поменяй стратегию поведения, болван!" — прошептал Сергей.        Со второго этажа послышался плач ребенка, Сергей поспешил проверить температуру детского питания и быстро направился вверх по лестнице, оставив якудзу в одиночестве.        — Тш, мой мальчик. Джиро. Тихо. — Сергей взял на руки сына, укачивая его и пришептывая слова любви. Он походил по детской, а потом сел в небольшое кресло. Ребенок успокоился от тепла оми и полуприкрыв глаза посасывал свою порцию питания. Все это время альфа сидел за стеной около входа в комнату, слушая воркование омеги. Несмотря на отсутствие возможности прикоснуться к истинному, Горо чувствовал себя счастливым, сидя прислонившись спиной к перегородке, за которой были две самые главные причины жить дальше.        Джан вышел в коридор осторожно прикрыв дверь, и наткнулся на уснувшего под дверью альфу. Омега присел на корточки и протянул руку, поддавшись инстинкту, коснулся волос, провел по надбровной дуге пальцем. Горо поморщился во сне, но не проснулся. Джан уткнулся в свои колени закрывшись руками: "Господи, что я делаю?!" Послышалось кряхтение просыпающегося мужчины, Сергей поспешил встать и отвернувшись, направился в сторону лестницы.        — Уходишь? — послышался хруст и протяжный глухой стон. Альфа потянулся и зевнул.        — Нет, еще не ел, решил перекусить. — отозвался омега.        — Сергей! — омега замер, спустившись на пару ступеней вниз.— У меня нет футона, можешь спать с Джиро в спальне. Я лягу на диване внизу. — донеслось в спину замершему полукровке.        — Хорошо. — улыбнувшись, но так и не обернувшись к говорившему ответил омега — Завтра привезу пару сменных вещей и куплю зубную щетку.        Неделю они жили именно так: перекидывались парой колкостей каждое утро, ухаживали за сыном, кормили и меняли подгузник по очереди. А ночью Тетсужи, словно вор, пробирался в собственную спальню и ложился рядом с Джаном, осторожно вдыхая сладко-горький аромат шоколада, и не смел коснуться. Сергей же делал вид, что не замечает, как прогибается матрас под тяжестью тела и наслаждался несколькими часами такой близости. Утром альфа до рассвета покидал кровать возвращаясь в холодную гостиную. Неделя превратилась в месяц...

***

полтора месяца спустя. апрель.        Церемония окончания учебного года прошла по стандартному сценарию. Джан получил несколько рекомендательных писем и мог теперь не просто подрабатывать, а стать настоящим сотрудником любой компании-партнера Осакского университета.        — Хей, папочка! Поздравляю! — к нему подошел Том со своей половинкой, не стесняясь обнимал своего омегу. Миловидный, но раздражённый парень, старался спихнуть руку янки со своего плеча. — Я так понимаю на вечеринку ты не идешь. — альфа кивнул в сторону ворот у которых стоял Тетсужи.        — Взаимно, Томми! Я рад за тебя. — улыбнулся полукровка, а потом оглянулся в сторону ожидавшего.— Да, у меня другая вечеринка. Пока!        Горо смотрел на истинного, такого элегантного и изящного, в классическом костюме и с новой короткой стрижкой. Он шел ему навстречу и все еще оставался таким недосягаемым. Мужчина поймал себя на досадной мысли, что не купил цветы.        — Не плакал? — усаживаясь на заднее сиденье рядом с авто-креслом спросил омега. Джиро играл с маленькой мягкой совой с шуршащим наполнителем, внимательно наблюдая за движениями собственных пухлых ручек.        — Нет. Мы бодры и веселы.— отозвался Горо, усевшись на водительское место и поправив зеркало. — Лю Куан не дозвонился до тебя. Он с семьей ждет в парке, сказал что приготовили много бенто и сладких рисовых пирожков. Я оставлю тебя и Джиро, у меня есть дела...Могу забрать после, если хочешь.        — Я хочу...— прозвучало неоднозначно, Сергей смутился и отвернулся. Оба неловко замолчали.        Пикник в компании Люки и Кадзуи, прошел очень хорошо. Ровно год с того времени, когда все они пересеклись в этом самом парке. Наблюдая за своими друзьями, с которыми он пережил весь ужас на протяжении долгих зимних месяцев, ему хотелось плакать от счастья. Он был рад, что братья Лю нашли свое убежище рядом с Эдогавой и приобрели большую любящую семью.        Тетсужи не был занят. Он обманул омегу. И никуда не уехав, наблюдал за ним и сыном издалека. Тоска разрывала сердце. Сергей поднял сына вверх и потерся кончиком носа о носик Джиро. Малыш улыбался и издавал звуки похожие на слоги "Та-та". Ветер сорвал очередную порцию розовых и белых лепестков с цветущих деревьев, закружив их вихрем. Раздался смех омеги, глаза его сияли счастьем и любовью, даже в момент, когда их с альфой взгляды встретились.        Запутавшиеся нежные частички весенней вьюги в волосах Джана, украсили волосы будто вечные снежинки. Омега шел к нему сквозь вихри лепестков с ребенком на руках. Тетсужи, словно во сне, двинулся навстречу. Они остановились напротив, в нескольких сантиметрах друг от друга.        — Ненавижу тебя, обманщик! — признался Сергей и помолчав добавил. — Безумно сильно...        — Прости! Я обещаю, что исправлюсь... И начну с этого. — альфа поцеловал истинного бережно и нежно. — Я тоже люблю тебя.        Они покинули парк и направились домой, впервые, как настоящая семья. Этой ночью Тетсужи не пришлось покидать спальню. Они позволили себе прикосновения и объятия.        — Прости меня за всё! Обещаю, у нас будет наше "долго и счастливо".        — Ты искупил свои грехи. Поэтому перестань плакать. — омега стер выступившие слезы Горо и поцеловал его мокрые глаза. — Я верю тебе.