Тыква

Идя по коридору, где все так же пахло плесенью сколько бы лет не прошло, я держался за свой живот и спину пока рядом со мной шел Хали. Его хозяйка вежливо попросила сопроводить меня до класса трансфигурации, где мне было самое место. Но даже от самой малой мысли что мне придется войти в аудиторию после четверти урока пугало как призраки что бродили по ночам в миноре Блэков. И от этого я шел ещё медленнее от чего, казалось, что мой сопровождающий был крайне недоволен, хотя я трижды просил Бет о том, чтобы она не напрягала по чем зря парня, но результат остался таким каким изначально хотела леди профессор. -Я читал о тебе. – Не громко заявил Хали от чего меня всего передернуло, казалось, он скажет, чтобы я поторопился, от чего у меня в голове уже был подготовлен сценарий извинений. Так что, когда молодой принц заговорил о том, что он читал обо мне я слегка выпал из реальности, от слова на столько что даже замер по середине коридора. -Тогда мне следует принести искрении извинения, ведь то, что ты прочитал и что видишь сейчас на вряд ли то, чего ты ожидал. -Ведь и я читал те великие повести о сильном мальчике-который-выжил, но допустим вот я выживший и даже переживший все невзгоды, но в порядке ли я вот в чем был реальный вопрос, и на него без обманки я был готов ответить честно, но ответ искрений никому был не нужен даже и мне самому. - Книга хороша, но и ты неплохой. – Я лишь натягивая самую изумительную улыбку, на которую только был способен если учитывать, что спина снова же разболелась от напора Тыквы. Сегодня этот несносный ребенок был особенно жесток во мне, возможно всему причиной была та пробежка ранее ведь от ней у меня и самого колени разнились, но и дьяволенок был не рад подобным выходкам от своего инкубатора. -Прости, я же могу называть тебя Хали. – Парень, сохраняя не проницательность своего лица лишь кивнул после чего все с той же улыбкой я продолжил говорить. – Тебе не следует сознательно при мне быть любезным, я читал книгу, и то, что ты видишь сейчас как сравнивать шикарную кобылу и осла. -Ладно, тогда то, что я вижу совсем не плохо, книга на много хуже. – Было бы кощунством солгать о том, что мне было не приятно от слов Хали учитывая его красоту, но при этом я не смел и питать ложных надежд, когда каждую десятую секунду Тыква с особой жестокостью била меня по внутренностям. – Я честно ожидал увидеть сварливого мальчишку со звездной болезнью, а вы мистер Поттер крайне исключительный. -Я крайне беременный, какое тут исключение. – И придерживая свою поясницу начиная уже идти со своей обычной скорости я все же принял решение не показывать слабости хотя бы перед теми, кого знал меньше суток. – Но не буду лукавить мне приятны твои добрые слова. – Парень шел на ровне со мной, но при этом держался условного расстояние в полтора метра, это было, крайне приятно учитывая мою легкую форму боязни людей. Хали, идя рядом держал руки за своей спиной и периодически поглядывал на меня замирал, когда я останавливался, и продолжал идти в шаг со мной. -Мисс Элизабет часто перебрав бренди рассказывает мне о том, как ей было сложно во время вынашивания Пандоры, и если так сложится что вам будет сложно и не кому будет вам помочь мистер Поттер, то прошу не стесняйтесь и просто позовите меня по имени будьте уверены я приду. – То, как шел рядом со мной Хали, и то, как он говорил, мне казалось, что он своим предложением лишь исполнял приказ своей работодательницы что не было чем-то плохим, просто, это заставляло почувствовать себя ещё более жалким. Ведь на вряд ли красивый и молодой парень, который на поминал едва ли не ангела, мог заинтересоваться парнем, которого в темном коридоре можно было принять за кита. Я и до беременности не был каким-то чертовски сексуальным и привлекательным, но, когда ты превращаешься в инкубатор, и перестаёшь быть человеком тебя собственное отражение начинает водить в лёгкую форму депрессии. Так что, восприняв предложение юного и столь прекрасного юноши в штыки, не смотря на него из-за собственной неуверенности, я знал, что говорил с ним с особой жестокостью, и он её не заслуживал. -Мисс Элизабет и я разные, мне не нужна твоя помощь из жалости, или того хуже по приказу. – Держась за свой живот в нем я старался найти причины для такой холодной жестокости уверяя себя в том, что, если не ужалить первому потом пришлось бы переносить боль в одиночестве заедая очередную мнимую трагедию новой порцией углеводов. – Ты же даже и не догадываешься сколько людей ко мне всю жизнь подкатывали из-за моей фамилии, и никто в этом не сознавался, не стоило начинать разговор о том, что читал обо мне книгу, это плохо сказывается на первом впечатлении. – Мягко водя ладонями по Тыкве та активно билась словно её ранили мои слова, хотя это совершенно не имело никакого смысла. – И чтобы ты знал у меня есть прислуга, и будь уверен они помогут мне так что мой ответ будет отказом. Мне не нужна жалось из-за положения, в котором я оказался, а теперь прости, мне нужно идти на урок и получать жалость и ненависть и от других узколобых людей, мнимо думающих что являются центром мира. В результате все то оставшееся время что я шел до кабинета профессора МакГонагалл то чувствовал себя последним ублюдком, казалось, словно я котенка пнул ведь мне хватило ума поднять глаза на ангела. И с каждым моим тяжелым шагом мой список с причинами покинуть уже не то, что Хогвортс а в принципе Британию рос в биометрическом объеме. И пока я кусал губы заставляя себя хоть не много улыбнутся хотелось откинуть все на свете, собрать все свои накопившиеся чувства и просто закричать так громко на сколько бы хватило воздуха. Но в место этого мои ноги не без труда, но все же доставили меня до пункта назначения под отчаянные толчки Тыквы. И вот оказавшись у самых дверей решимости войти в те у меня совершенно не было, а перед глазами, лишь лицо ангела, когда я взглянул на него. -Гарри. – Оказалось, что прямо за моей спиной какое-то время стояла Гермиона, она выглядела крайне обеспокоенной, а если учитывать то, что её щеки были красными, а на лбу красовались капли пота. То моя подруга либо решила неожиданно в восемнадцать сменить учёбу на спорт, или же из-за моего реального побега я заставил эту девушку хорошо так побегать за мною, и учитывая как именно Грейнджер смотрела на меня верным был второй вариант. -Я подумала ты снова ушел. – Моим действиям не было описания ведь я действительно ушел, даже не так я убежал, было так страшно что обо мне могут подумать, а чего не скажут при этом глядя мне прямо в глаза, и это несмотря ни на что задевало. -Прости. – Я могу сказать, что из-за беременности во мне многое изменилось, но правда в том, что уверенность в себе своих действиях, а главное мыслях я потерял за долго до того, как живот стал тыквой. Все, кем я был какие ценности имел все это осталось там в прошлом, а точнее, на том чертовом столе рядом с телами девушек. И возможно я никогда и не знал себя, сложно знать себя, когда тебе лишь восемнадцать и всю твою жизнь от тебя ждут лишь величия, ведь твоя фамилия синоним героизма. Но я никогда не был героем, лишь перепуганным мальчишкой, который взвалил на свои плечи непомерную ношу, и не удивительно что я упал, и что встать в результате не смог. -Я соврал, мне страшно, всегда было очень страшно Гермиона, я не хочу, чтобы, смотря на меня общество видело алую букву. – Смотря в лицо подруги я видел она понимала, но при этом не могла помочь, никто не мог в этом то, и была проблема, ведь моё состояние зельями и заклятьями не поправишь, не стирая их при этом. И будет ложью если я не скажу о том, что думал попросить сильных магов наложить на меня Обливиэйт после родов. Ведь легче было все забыть, чем хранить эти воспоминания, в которых ты столь ничтожен. – Я бы вернулся в Хогвортс или же к вам, но после решения проблемы, для вас я хотел оставаться сильным. -Но тебе не обязательно все время быть сильным Гарри, мы тоже можем быть тебе опорой. – Но как я уже говорил для героев не существует героя, они обязаны сами со всем справляться даже когда кажется, что силы на нуле и ты падаешь, ты должен с этим справится. – То, что случилось, мне так жаль ты заслуживал большего, и прости, за те слова, я ни в коем случае не должна была называть тебя шлюхой. – И по щекам Гермионы устремились слезы, хотя плакать должен был я, но пока плакала подруга я не мог, не хотел как было раньше обнять её, позволяя подруги выплакаться, правда в том, что такими действиями я бы снова становился героем. – Что я могу для тебя сделать? – Ничего, в этом и заключалась глубина всех моих проблем, так что, обведя круг рукой по тыкве, и натянув улыбку, мне пришлось подавить истинные чувства вновь. -Давай зайдем, все ровно долго оттягивать этот момент у меня не выйдет, я же уже здесь. – И Гермиона она мягко прошла ко мне открыла передо мной дверь тем самым заставляя всех в аудитории затихнуть. Заглянув в наполовину пустой класс до меня, дошло осознание того, что в данный момент это были ребята не с одного факультета, а сразу со всех четырех, все что выжили и которым хватило мужества, или же глупости вернутся в замок. Всех я знал, кого-то возможно не так хорошо, как некоторых, но знал, со всеми мы жили в Хогвортсе с первого курса, ели с одной посуды и сидели на одних и тех же стульях. Глядя на меня все перешептывались едва слышимо, и пока я медленно проходил в когда-то родную аудиторию у меня было отчаянное желание со слезами убежать к себе в теплый кокон из рук Роуз и Луки. И пока я все так же делал крайне неуверенные шаги, ко мне из недр класса встал тот чье лицо я был крайне рад видеть учитывая, что случилось с братом Колина. -Гарри. – Колин с годами вытянулся и превратился во взрослого парня с очень приятной внешностью, хотя я мог поклясться, что по ощущениям ещё вчера он был тем самым надоедливым мальчишкой что дышал мне в затылок и был готов меня фотографировать даже в самых смущающих моментах. А сейчас тот от чьего внимания я бежал, шел ко мне улыбаясь, и я просто хотел его обнять, сказать, что рад до горьких слез что он выжил, и что мне безумно жаль его брата. Но когда Колен все же встал передо мной я не боялся, и просто искренни улыбался и тогда не уверено, раскрыв руки, я без слов попросил мальчишку что был меня на две головы выше обнять. – Я так скучал Гарри. – Колин, как и раньше крепко обнял меня, от него пахло солнцем, а от его тепла накрывало с головой спокойствием. Победа была на нашей стороне, но учитывая, что забрала та бойня, чувства счастье погрязло в пучине отчаянья от невозможных потерь. – Я писал тебе. -Прости что не отвечал. – Стоя по середине класса уткнувшись носом в пшеничные волосы Колина я чувствовал себя снова живым, казалось, что все действительно могло ещё стать лучше. И словно подтверждая мои слова один за одним ребята со слезами стали подниматься со своих мест и по очереди обнимать меня. Это все напомнило мне слова Невилла в тот день, когда война была выиграна, что ни чего ещё не кончено даже если я умер, ведь мой сердце билось за них, а их для меня. *** Весь день меня обнимали и говорили как рады видеть, не было ни одного злого слова или же косого взгляда даже от самых маленьких волшебников. Тогда я все же понял, что мамочки из той клиники куда я ходил были незнакомками, они меня не знали, а я их, и пускай они думали, что им хотелось, были люди что не смели даже подумать о осуждение, они волновались и радовались уже тому, что я жив. Мой живот никого не смущал, о нем даже не спрашивали, но я точно мог знать, что все хотели бы полюбопытствовать как так случилось что я беремен, но из-за вежливости и хороших манер все молчали. И так продолжалось до самого ужина, мы сидели в общей для восстановленного седьмого курса гостиной, там были все факультеты ведь действительно вернулось мало ребят как с моего потока, так и с тех ребят что учились с Джини. Я сидел в кресле похожее на моё что осталось в доме Сириуса. Колин все время держался рядом со мной напоминая при этом лучик солнышка, не особо говоря он помогал мне словно принц в блестящих доспехах. Меня удивило что я совершенно не заметил, как вырос Криви, а сейчас я не мог не обращать на это внимания. Ведь если бы мне хватало ума и зрелости пока не нахлынула как цунами война, то возможно я бы и заметил, что во круг меня удивительно прекрасные парни, и не обязательно быть натуралом чтобы оказаться в конечном итоге счастливым. Ужин так же прошел чудным образом, хотя я и ел так словно еда была раньше мне не знакома, или же все то время я голодал, но учитывая, что во мне была вечно голодная Тыква то сколько я сел было еще скромно. После трапезы меня сопроводили до спальни, в которой моими соседями оказались Малфой Забини и Уизли. И, мне казалось, раз в комнате будут ещё двое парней то у нас с Малфоем не будет неловких моментов что мы будем оставаться на едине, ведь если Драко и не помнил событий в миноре то, к сожалению, я помнил все. У меня не было ненависти к Малфою но за весь день я не разу с ним не заговорил казалось, он избегал меня, а я его, возможно он узнал меня в тот день и сейчас ему было стыдно. А если это было и не так, то это было со мной, ведь мне было до невозможности стыдно, ведь глядя на него, я не мог не вспоминать то мгновение, когда он вошел в меня, или ту секунду как крепко прижимая к себе шептал нечто не раздельное, но при этом мягко целовал мочку моего уха. Поэтому я сознательно избегал Малфоя весь божий день даже в те моменты, когда Гермиона отчаянно хотела заговорить о нем, и о том, что юный лорд Малфой сделал для школы. И вот восемь вечера мы все же оказались на едине и не сказать, что меня этот как-то радовало скорее заставляло смутится и желать одиночества. Но пока я раскладывал свои вещи Малфой никак не лез ко мне лишь сидя на своей кровати в расслабленной форме что-то читал. Тыква к вечеру видимо утомилась поэтому соизволила отстать от моей селезёнке, но чувство все ровно было таким что после родов мне придется менять все органы прямо как крышу летом в доме Блэков. И с тянущей болью в области пострадавшего органа, и скрипом в спине раскладывая по полкам свои кофты в которых раньше могло уместится двое если не трое меня. И пока мне казалось, что Малфою не было до моей персоны дела, он решил слегка иначе ведь когда я развернулся чтобы взять новую стопку вещей то едва носом не вошел в грудь парня. -Я не дурак Поттер. – Вообще-то в таком ключе о Малфое за все годы нашего знакомства я и не думал по этому его слова действительно заставляли меня задуматься, ведь я и не знал, что сказать парню. – Я хорошо считаю, поэтому и спрашиваю, ты думаешь, что я идиот? – И снова же я оказывался лишь все дальше в затруднительном для себя положение, не имея не единой мысли от чего этот блондин, едва не затолкав меня в шкаф задает такие вопросы. -Малфой, если ты не пояснишь, то дураком буду считать уже себя я. – Ведь так действительности и было когда ты такой стоишь перед высоким блондином задрав на него голову и обхватив руками свой круглый живот думаешь. Если он стоит так близко, то видит тот чертов прыщ у меня на подбородке, хотя ответ был очевиден что да, то уродство можно было и с юпитера увидеть, а после за такие совершенно глупые мысли я начинал себя корить уже молясь на тот день, когда мои гормоны войдут в норму. -Твое положение, весь день все словно и не замечали живота, и я пытался быть тактичным, но ждать больше не в моих силах поэтому и спрашиваю по твоему мнению Поттер я идиот, иначе мне не понять почему раньше мне не написал о том, что беремен. – Но после разнесения Малфоя понятнее мне уж точно не стало, ведь я совершенно не понимал как моё положение могло делать из Драко «идиота», и ко всему прочему зачем мне нужно было писать блондину о том, что я залетел. -Прости конечно, поясни же мне зачем я должен был писать тебе о своей беременности, не припомню чтобы мы были друзьями. – И стоило мне это проговорить как словно в голову молния ударила, по всей видимости этот блондин решил, что раз мы один единственный раз занимались сексом всего двадцать минут то этот ребенок со сто процентной вероятностью будет его, хотя в те два дня у меня мужчин было больше чем за месяц у самой дешевой шлюхи. – Только не говори Малфой что ты решил, что этот ребенок твой? -У нас был секс, и я кончил в тебя. – Мне конечно бы очень хотелось чтобы у Малфоя была амнезия или же чтобы он и вовсе меня не узнал тем днем, и не знал что у нас с ним как он выразился был секс. Но это каким же надо быть ребенком чтобы верить, что ребенок вообще может быть его, и если и есть такой шанс, то это один процент из ста, учитывая сколько у меня было секса и как часто все те мужчины в меня кончали. -Да, и ещё плюс минус половина Англии, Драко это уж точно не твой ребенок, скорее уж Сивого или же Розье, эти двое... – Смотря в серые глаза подростка у меня просто язык не поворачивался ему сказать о том сколько раз меня насиловали эти двое, и что только не вытворял с моим телом Сивый, и не было даже мизерного процента что именно Малфой мог быть отцом ребенка. – В общем, нет, не твой и даже не мой, я рожаю и отдаю тыкву на попечение семьи из Канады. -Но ты не можешь просто откинуть шанс того, что ребенок мог быть и моим. -Честно в первые недели я думал, что Малфой мог быть отцом, потому что да между нами была половая связь, та единственная от которой меня не воротила. Но она была одной и не то, чтобы долгой или какой-то запоминающейся в плане оплодотворение, мне об этом долго и мучительно рассказывал колдомедик. И честно я в гробу видел все те рассказы о том, как может мужчина оплодотворить другого мужчину, это сложный процесс, и он мог произойти если оба этого хотят, и там ещё нужны были какие-то редкие мосла, и что-то ещё, ну и конечно же был ещё шанс, если тело партнера будет крайне слабым и податливым. А мне не забыть каким я был измождённым и слабым, эти животные насиловали меня даже когда я терял сознание, когда пытался убить себя, и верить в тот единственный шанс что ребенок может быть сыном или дочкой Драко, было так же нелепо как верить в любовь на всю жизнь. – Давай хотя бы дождемся, когда он родится и проверим совместимость на отцовство, я бы позаботился о ребенке если ты не захочешь. – С каждым своим словом этот блондин с растрёпанными волосами и от чего-то горящими глазами делал ко мне свои уверенные шаги от чего через пару секунд я все же уперся спиной в полки с одеждой. – Поттер, я не заставляю тебя оставить ребенка, но если он в друг все же мой, то прошу отдай его мне. -Зачем? – Мне не нужен был этот ребенок, он пугал меня малой возможностью того, что от меня в младенце будет лишь три процента из ста, а все остальное он перенял от своего ублюдка отца, и тогда я совершаю ошибку продолжая вынашивать отпрыска пожирателя смерти. Это были мои мысли самого момента как я вообще узнал о том, что беремен, так что, теряясь в догадках для чего Малфою мог понадобится ребенок, даже если он и его, родил то его я. – Если ребенок и окажется твоим, что не так, ты же будешь всю жизнь растить ребенка из чрева мужчины, эти дети не такие как обычные. – По словам врача за частую такие дети более подвергнуты болезням, как физическим отклонениям, так и психическим, чаще всего эти дети рождаются с диагнозом РПВ. Кто не знает это расстройство прерывистой вспыльчивости, буквально бомба замедленного действия, с такими детьми сложно простым людям, и я боялся даже предположить, что будет с таким диагнозом у маленького мага чей отец возможно оборотень, и тогда ребенок мог родится ещё и с когтями и клыками. И упаси боже мне растить этого монстра, так что я все лето потратил на то, чтобы найти людей, которые со всем этим чертовым списком были готовы все ровно оформить опеку над моим ребенком, и я нашел, и семья с нетерпением ждет малыша. – Тебе оно не надо, и вообще ребенку нужна полноценная семья мать и отца, дедушки и бабушки, и уж прости Малфой, но не ты, и уж точно не я, такого ребенку дать не можем. -Но я все обдумал. – Меня крайне удивляло с какой легкостью этот подросток мог говорить о том, что он все обдумал. Когда бы он это сделать успел? Между шестым и седьмым уроком, или же когда за обедом пил тыквенный сок? Мне для решения проблемы с опекой ребенка понадобилось все лето, чтобы найти хорошую состоятельную семью, которая, во-первых, не разведется, а во-вторых, не откажется в будущем от младенца. А если уж ещё дальше заглядывать, то решение не убивать тыкву в зародышах, на это решение у меня ушло две чертовых недели и остатки моего мужества. А видимо у Малфоя все куда проще, возможно все, потому что это не в его животе находиться Тыква и не его внутренности она пытается ему отбить. – Этот разговор бессмысленный просто потому, что ребенок не твой. -Ты не можешь быть в этом у верен, в тот день, между нами…- От словосочетания, между нами, меня всего передернуло, ведь один единственный раз ничего не значил, мы не были влюблены, мы даже оба этого не хотели. Ему угрожали жизнью матери, меня же насиловали, нет, такого что я не благодарен за то, что Драко был нежен со мной, но это не несет за собой мои трепетные чувства к блондину просто потому, что тех нет. Возможно, если бы все сложилось иначе, и я бы мог просто под другим углом взглянуть на Малфоя то могла бы родится любовь, в тот момент, я был лишь напуганы и крайне беременным. -Ни чего особенного не случилось, ты был одним из многих Малфой, меня насиловали два дня, ты же присутствовал лишь какие-то двадцать минут, так что выброси эти мысли из своей головы, и оставь меня одного. – И выбравшись из угла, в который меня загнал Малфой водя руками по Тыкве, моё сердце отбивало бешено по моей грудной клетке словно стараясь уязвить за те жестокие слова. Но такими действиями и словами я старался защитить Тыкву, ведь не было даже малейшего шанса что отцом мог оказаться Малфой, по той одной причине что это было бы слишком невозможно даже для магического мира. -Ты ошибаешься Поттер, одного раза может быть достаточно, и пока я не буду уверен, что ребенок не мой я хочу помогать тебе… - Опустив глаза и пройдя до кровати мне безумно не хотелось продолжать этот пустой разговор с таким упрямцем которой просто не понимал, что не могло быть так чтобы он оказался отцом Тыквы. И чтобы уж точно избежать не нужного общения мне хватило лишь двух слов. -Роуз, Лука. – Мои домовики явились по первому же зову в личине моих родителей. Роуз держала на своих руках одеяло с вышитыми на нём тюльпанами, иногда в пустом доме, где бродят призраки проще всего, отвлечётся от их стонов это начать кропотливо что-то шить, не скажу, что мне прямо понравилось, учитывая, что все мои пальцы были исколоты, но лишь так меня не доставали призраки прошлого. И пока Роуз разбирала мою кровать, в это время ко мне подошел Лука начиная меня переодевать перед сном. -От куда у тебя эти домовики. – Роуз и Лука моментально вскинули на Малфоя головы, я не ждал того, что этот блондин мог не узнать домовиков семьи своей безумной тетки, но все же полагал что это не случится так скоро. -Разве ты уже не имеешь ответ на заданный вопрос. – И стоило блондину пару лишних шагов ко мне сделать, как Роуз оказалась перед моей спиной преграждая собой путь и при этом в руках у моей домовихи была чугунная сковорода. Один удар такой сковородой по голове, и ты уже мертвец. Возможно, это было неправильно так использовать кротких домовиков, но только в этой паре я был уверен больше, чем даже в себе. -Так это ты купил этих двоих, ты знаешь, что они брат сестрой? – Я лишь кивнул на слова Малфоя, ведь в отличии от аристократа я имел такой склад ума что мне хватало того для разговора с Роуз и Лукой перед их покупкой. – Эти двое опасны, они были личной прислугой Беллатрисы Лестрейндж, мне же не нужно тебе рассказывать кто это такая. Что она заставляла их делать? Гарри, эти двое такие же ненормальные, как и моя тетка, избавься от них, или хочешь я верну тебе за них деньги. – И пока Малфой распинался за моей спиной Лука безмолвно успел переодеть меня в пижаму. Лука, как и всегда с искренней любовью смотрел на меня, по сто раз спросил удобно ли мне, тепло ли, и многое, другое, поэтому я и пропускал слова блондина мимо ушей, ведь для меня эти двоя словно настоящие родители. -Господин, а теперь тёплые носки. – Мне абсолютно точно не нравилось спать в носках, но из-за предписания врача и вечного беспокойства луки я уже фактически проживал в тех самых теплых носках, которые в тот момент мне протягивал мой Лука. – А ещё Роуз приготовила вам чай. -От него тошнит. – Усевшись на край кровати под престольный взгляд серебряных глаз, в которых словно двигалась ртуть. Мой Лука, опустившись на одно колено передо мной аккуратно взяв мою ногу стал надевать на меня носки так словно те были хрустальными туфельками. И мягко улыбаясь я запустил руку в темно каштановые волосы своего домовика, в общем как делал и всегда. – Люблю тебя. -Я знаю мой господин, но от чая вам не отвертится, сегодня вы и так его будете пить лишь раз, хотя доктор Питерсон точно указал пить по три кружки как минимум. – Без особого энтузиазма кивнув, меня продолжили устраивать в кровати, в то время как Роуз все так же не давала Малфою пройти ко мне. -Тыква, ты так называешь ребенка, это мило. – Я же не видел ни чего милого, ведь Тыква не было комплиментом или же ласкательным обращением, нет, я так называл ребенка по той одной причине что живот у меня был прямо как полая тыква причем до невозможности огромная. -Гарри я понимаю, что тебе многое приходится переживать, и мне жаль. – Роуз оглянулась на меня словно спрашивая дозволения может ли Малфой подойти ко мне, и когда я кивнул моя милая домовиха тут же растворилась воздухе видимо последовав за чаем. – Я понимаю, что тебе следует отдыхать, а я тебя донимаю, но, если все же ребенок мой, я хочу, чтобы ты знал это мой единственный шанс иметь детей. -О чем ты говоришь? – Лука сидел рядом с кроватью внимательно смотря на меня, в то время как Малфой даже с уходом Роуз с места двигаться не стал и оставался на том же расстояние. Я не узнавал в этом высоком блондине с чувственными искусанными губами того несносного мальчишку, я знал, что война поменяет всех, но не думал, что на столько сильно. -Моя семья обречена иметь лишь одного ребенка, я больше не смогу иметь детей, если в друг этот ребенок и мой тоже, отдай Тыкву мне. – Драко сковав руки в замок выглядел таким отчаянным, вот интересно, если бы и я мог иметь лишь одного ребенка, то моя реакция была такой же или же я все ровно отчаянно хотел избавится от следа изнасилования. Но мне искренни было жаль Малфоя и ту ситуацию, в которой он оказался, но при этом я был крайне уверенным в том, что ребенок что изо дня в день отбивает мои органы Сивого, но точно не парня передо мной. -Я дам ребенку семью, бабушку и после суда дедушку, ребенок будет счастлив со мной, через месяц я женюсь. – Показалось что меня ударили под дых, и я забылся на столько что не знал, как снова начать дышать, возможно в тот момент это была Тыква ведь стоило Малофою сказать про женитьбу как чудовище стало толкаться. – Эта чудная девушка, я был безответно влюблен в ней с первого курса, и знаю она станет идеальной мамой твоему ребенку. – Я не знал, что мне ответить ведь то с каким лицом говорил со мной Малфой, напомнило мне совершенно не хотя, то, как в те двадцать минут он смотрел на меня. И тогда держась за Тыкву как за спасательный круг, до меня стало доходить почему все то время я был так благодарен Малфою за те двадцать минут. Ведь когда в тот день меня опрокинули на стол срывая одежду, из меня вырвали мечты, но, когда появился тот, кого я знал, стало спокойно не потому, что я знал Малфоя. Возможно все дело было в том, что всю жизнь на протяжение семи лет меня не осознано к нему влекло, все те стычки и колкости, то, как мы смотрели друг на друга. Я не говорю, что влюблен в него, но мог сказать уверено о том, что мог полюбить, ведь как писал Шекспир любовь нежна? Она груба и зла. И колется, и жжётся, как терновник. -Я рад что твоя возлюбленная ответила тебе взаимностью, и желаю счастья в браке, но ребенок Малфой не твой. – И проведя руками по своей Тыкве я не собирался нарушать данное ребенку обещание, что пока дитя будет во мне никто не посягнёт на него, а когда родится, это чудо достанется тем людям что спокойно смогут даже стоять на краю ада, ведь они само спокойствие и здравомыслие. – Он мой, но если так выйдет и у Тыквы будут волосы цвета платины, а глаза луной пыли, то возможно, и только тогда ребенок может оказаться у тебя. – И стоило мне это лишь проговорить как на лице у Малфоя явила лик такая улыбка, от которой у меня затрепетало то, чего никогда и не было в животе, где все место и так занимала Тыква. - Но я не стану ради тебя тыкать ребенка иголками проводить над ним какие-то обряды словно он обязан тебе чем-то, не будет похож на тебя, значит не твой, ну и что подходит моё условие? – И пока Малфой думал над моим достаточно щедрым предложением в комнате появилась Роуз протягивая мне чашечку совершенно отвратительного чая. И пока я водил носом, кривя лицо под миловидную улыбку домовихи которая водила рукой по моей спине пока я пил чай, все же решил дать свой ответ блондин. -Я согласен, мои гены сильны уверен, что ребенок будет похож на меня, и сто процентов он мой Поттер, а сейчас я пойду к Гермионе. – Едва не подавившись чаем чем я крайне напугал своих домовиков, вскинув действительно шокированный взгляд на Малфоя, я повторил за ним. -Гермиона? – И он кивнул и тогда до моего встревоженного разума дошло что возможно все те семь лет блондин цеплялся ко мне не из-за интереса в великом Гарри Поттере, дело всегда было в девочке что была всю мою жизнь рядом. -Потребовались года чтобы я сумел признаться Гермионе от чего же я всегда ранил её, она была светом в моей тьме. – Но я лишь улыбнулся в очередной раз говоря о том, что желаю им счастья и лишь двое в тот момент знали, что я тщедушно лгал. Во мне жил страх, и иных чувств я боялся допускать, как и прикосновений что заставляли содрогаться. Но стоило Малфою покинуть комнату как мне стало сложно дышать, казалось, я задыхался от переизбытка кислорода, и тогда мне так хотелось вновь окунутся в тот мрачный дом, где был лишь я, и призраки что тенями бродили по дому. И как же сильно мне хотелось, окунувшись в прошлое, снова расплакаться в объятьях Блэка, пока бы шел дождь.