Дежавю

— Джеймс, мне неловко просить, о вы не могли бы забрать меня из института? Если это не… — Конечно, я обязательно приеду… Тем более я и сам хотел вас увидеть…

      Эмили шагала по институту, то и дело оглядываясь по сторонам и думая о своей глупой просьбе. Она просто отвлекала человека от своих дел из-за глупых прихотей. В который раз за день ей стало стыдно. Вокруг неё однокурсники усиленно сбивались в какие-то кучки, о чём-то усиленно шушукаясь и показывая пальцем на неё, но она не обращала внимания, продолжая идти в аудиторию. Глупые сплетни.Что ж ей явно было плевать.       Её и без этого сегодня ждал очень трудный день. День очередной фотосессии счастливой семьи для маминой работы. Подумав об этом, шатенка обречённо вздохнула, сильнее прижимая к себе сжатые в руках тетради. Кажется, это всё для неё было слишком далёким.       Весь этот мир софитов и ярких моделей, вспышек камер и красивых журналов… То, о чём мечтают девчонки по всему миру…Но, к сожалению, это никогда не привлекало Эмили, как бы мама не пыталась её к этому приобщить, однако девочка продолжала усиленно сбегать из-под объектива камер. И, конечно, это расстраивало мать, ведь ожидания от собственной дочери были достаточно высокими, однако ничего сделать с этим было нельзя. Потому что порой девушка вздрагивала даже от обычного щелчка камеры, а эти надменные натянутые улыбки вызывали у неё стоическое отвращение, заставляя чувствовать себя ущербной идиоткой.       На фотографиях все банально улыбались, изображая какой-то образ, что, казалось, девушке до безумия… глупым. Ведь, по её взглядам, фотография — это какая-то частичка души, тот момент, когда ты был счастлив, и который ты хочешь в своей памяти усиленно сохранить. Да и те жертвы, на которые идут эти модели… Эмили было просто жалко их.       Невольно вспомнилась Китнис, запищавшая бы от удовольствия, если бы ей предложили такого рода съёмку. Да и блондинка всегда уверенно высказывала своё негодование на тему того, как можно ходить в такой немодной одежде, имея маму — ведущую руководительницу лучшего модельного агентства. Она встряхнула головой, после вчерашнего разговора с подругой, думать о ней не хотелось. И причину Эмили объяснить себе не могла.       Последняя пара. Сегодня именно она отделяла её от всего этого кошмара, который был готов свалиться на её плечи с неминуемой силой. Не возражая никому, девушка записывала что-то на листок, думая о том, что эта теория абсолютно бесполезна для неё. На полях шатенка рисовала какие-то небольшие эскизы, представляя, как она могла бы обставить свой дом…       Тик. Так. И секунды сложились в минуты, а потом перебежали в час. И всё закончилось, открывая ворота для ненужного ей «мира глянца». Не хотелось выходить из института, только вспомнив о том, что попросила его встретить её, буквально заставила выбежать во двор, боязливо озираясь по сторонам, так волнительно дрожа от желания просто увидеть… Увидеть Джеймса, отчасти напоминающего ей о спокойствии. И какой-то надёжности. Ещё с первой встречи.       И она отыскала его взглядом среди других. Он терпеливо ждал её немного поодаль… Возле знакомой ей машины с каким-то букетом в руке, с цветами которые пока она не различила. Только вот, подойдя ближе, обомлела… Он держал в руках её любимые… Ирисы… — Привет, Эмили, — мягко произнёс он, смотря в растерянные глаза. Ему так хотелось порадовать её хоть какой-то мелочью, слыша расстроенный голос во время звонка. Он так долго стоял в цветочном магазине, выбирая что-то красивое.       А эти ирисы… Так притаились в углу, что посетители попросту их не замечали. Но именно эти скромные цветы почему-то привлекли его внимание, зацепив что-то. И в этот же момент Джеймс подумал, что хотел бы увидеть этот букет в её руках… Он бы прекрасно ей подошёл. Ирисы были такими же неприметными и красивыми, как шатенка.       И вот сейчас она так растерянно смотрит на этот букет, то и дело хлопая глазами, пока он так глупо протягивает ей эти цветы, словно школьник, продолжая наблюдать за ней. Его пальцы продолжают сжимать стебли, чувствуя лёгкую дрожь. Он так давно просто не дарил никому цветов. Глупая трата. А ей захотелось.       Эмили недолго стоит в ступоре, чтобы потом торопливо обнять его, обвивая руками сильную шею. Такие эмоции прошибают её с ног до головы. Радость. Такая детская и искренняя, которую мужчине ещё никогда не доводилось видеть. И только ради такой благодарности можно купить сто таких букетов. — Это мои любимые цветы, — шепчет шатенка, на секунду замирая. Однако осознание собственного порыва оглушает, и девушка резко разжимает объятья. Боже, какая дура. — Спасибо…       Она забирает букет из его рук, делая на шаг и думая, что уже завтра по институту поползут ужасные слухи. Но сейчас ей всё равно. Только лишь запечатлеть этот момент маленькой радости в своей памяти. — Не за что, поехали? — предлагает Джеймс, и Эмили кивает, быстро приближаясь к машине, стирая улыбку с лица. — Вы чем-то расстроены? — Ерунда, — отмахивает шатенка, посматривая в окно и думая о том, что в этой машине чувствует себя вполне спокойно и уютно. Что ж… Она забрела не на те мысли… — А у вас хорошее настроение?       Она хочет перевести тему — он понимает. Немного грустно ухмыляется, смотря на дорогу, двигаясь по маршруту, по которому она попросила. — Я же вижу вас, как моё настроение может быть плохим? — предполагает Джеймс, косясь на неё. На то, как она сжала букет сильнее. А на её лице появляется такая красивая смущённая улыбка. — Спасибо, что забрали меня, — благодарит она, отвлекаясь от своих мыслей, замечая, что они подъехали к нужному месту. — Мне пора…       Больше никто ничего не произносит. И это кажется правильным, но не привычным. Сегодня Эмили была совсем не такой, как обычно. Почти ничего не говорила, нервно сжимала пальцы, косилась на него, словно бы готовилась к чему-то неприятному. Да и ещё раз сто извинилась за то, что попросила его приехать, а не вызвала такси.       Джеймс чертыхнулся, выезжая из этого переулка. В конечном итоге это не должно его волновать. Но эти усталые серые глаза врезались в память, и неосознанно мужчина поймал себя на мысли, что беспокоится за неё и в какой-то степени успел привязаться к ней, словно к дочери.

Только сам не понял, что что-то неприятно резануло при слове «дочь».

***

      В который раз её настигают щелчки камер. Снова и снова. Очередная вспышка, мешающая дышать. Почему-то всеобщая радость становится для неё лишь каким-то кошмаром. Эти приклеенные улыбки и тонны макияжа, нанесённого на лицо. Жаль только, что сегодня она сама становится центром всего этого. Как странно.       Стоило ей только прийти на студию, как её тут же начали переодевать, красить и критиковать её старомодный образ. А разве старомодно носить то, что действительно нравится, не осматриваясь на других? Эмили ведь никогда не осуждала чужой вкус, только все остальные наоборот старались скорее ткнуть ей в её собственные ошибки. Что очень сильно её расстраивало.       Сейчас… Стоя в этом дурацком коротком топе и не особо длинной юбке, девушка чувствовала себя до крайней степени раздето, вновь и вновь одёргивая юбку ниже. И вроде бы всё было, как все говорили прилично, но ей не нравилось.       Они уже сделали несколько фотографий счастливой семьи, а теперь эти фотографы продолжали мучить её, как представительницу современной молодёжи и их моды. Для какой-то очень важной статьи. Раз за разом мужчина отпускал в её адрес комплименты, но шатенка думала только о том, когда все эти мучения закончатся.       Её глаза уже слезились, ноги болели от дурацких каблуков, на которых она еле стояла, голова просто болела от того, что волосы стянули в какую-то тугую причёску. Всё это настолько ослабляло Эмили, однако она стойчески продолжала терпеть это, чтобы только не подводить маму, у которой вновь было плохое настроение. Ведь все делали всё не так… — Мы скоро закончим? — всё же не выдержала шатенка, устав стоять в одной позе. Конечно, она всегда уважала труд фотографов, но сегодня их дотошность лишь раздражала. Неужели не хватит предыдущих фотографий? — Ещё один кадр и всё…       Закончить одним кадром не получилось. Девушке пришлось простоять ещё около получаса, меняя десятки поз и выражение лица. И только, когда было сказано такое необходимое «стоп», шатенка выдохнула спокойно.       Она тут же сбросила эти каблуки, пытаясь быстро отыскать свои собственные вещи, брошенные в одной из этих гримёрок. Ей нужно было просто переодеться и уехать домой. Но то, что она искала никак не находилось, зля Эмили ещё больше. Казалось, что всё сегодня специально сговорилось против неё…       Семейное фото… Как всегда отец сбежал на работу, а мама оставила её на фотосессии. Что ж… А на обложке они будут изображены счастливой семейной парой, как тривиально, правда? Хотя за столько лет девушка привыкла.       Наплевав на собственные поиски, шатенка решила открыть первую попавшуюся дверь в надежде на то, что ей повезёт и там окажутся хотя бы какие-то балетки. Обычно такое часто прокатывало.

Только вот ей не повезло… Совсем…

      Нет. Глаза Эмили расширились от увиденного, а сердце подступило к горлу, скача галопом, потому что там… она увидела собственную мать, стонущую от поцелуев какого-то молодого фотографа… <tab>Женщина сидела на маленьком столике, наслаждаясь поцелуями смутно знакомого ей парня. Её волосы были рассыпаны по плечам, а не слишком длинная юбка откровенно задралась.       Всё это время мать не открывала глаз, поэтому кое-как совладав с собственной дрожью, успела выскользнуть оттуда незамеченной… Но те самые картинки всё ещё стояли перед глазами, мучая душу… Как? Конечно, она не была совсем маленькой девочкой и догадывалась, но… Видеть это слишком… Было слишком больно. Сама не понимая, что делает шатенка выскочила за пределы студии, направляясь к выходу и не до конца осознавая, что будет дальше и куда она пойдёт в таком состоянии. Робкий взгляд опускается на стул, на котором она оставила… Ей так хотелось сломать хоть что-то… Разнести всё, к чёртовой матери. Но там она увидела лишь… Ирисы…

Джеймс.

      Мысли о нём проносят в голове так же стремительно, словно бы безудержный поток, которого она так боится. Ей так хочется написать ему об этом, о том, что душит её именно сейчас, но она не смеет, откидывая телефон, словно бы жалящую змею. Она не должна сбрасывать на него своими проблемы, просто не смеет этого делать. Она хочет позвонить Китнис, однако та, как и всегда занята. Чёрт! Чёрт! Чёрт!       Эмили мигом вызывает такси, по пути захватив в супермаркете бутылку какого-то дешёвого вина, на которое хватает денег, оставленных в куртке. Предательство. Тот самый вкус, который она так отчётливо чувствует сейчас… Ложь… Вокруг лишь одна ложь дебильной счастливой семьи…

***

      Отчего-то Джеймсу не спится. Он никогда не страдал бессонницей, но сегодня это настигло и его. <i>Мужчина крутился на постели, вставал, включал телевизор, читал, однако ничего не помогало. Внутри было как-то неспокойно.       Раз за разом он вспоминал сегодняшний день он начала до конца, надеясь найти разгадку беспокойств… И сознание упорно цеплялось за прощальный взгляд Эмили. Ещё никогда он не видел её настолько грустной и чем-то подавленной, но только эта её такая милая реакция на ирисы показалась ему настолько трогательной, что захотелось ещё раз непременно подарить ей букет из этих цветов. Раз они ей так нравятся… То пусть улыбается чаще…       Джеймс и сам не мог понять, почему постоянно заезжал за ней, почему слушал её спутанные и речи с явным интересом, почему подолгу рассматривал её лицо, почему день казался серым, если он не видел её… Незнакомая страна. Чужие люди. И только одна маленькая девчонка, которая смогла стать для него какой-то отрадой, дающей надежду. Случайно встреченная на пути.       Когда телефон зазвонил так поздно, мужчина кожей почувствовал, что это Эмили и убедился в этом, нажав на «принять». Только вот что заставило её позвонить ему в столь позднее время? — Забери меня… — проныла шатенка в трубку с долей плаксивости, такой ей несвойственной. А Джеймс откровенно не знал, что и подумать. — Я возле того кафе…       И отключилась. Ни слова больше. Ни слова меньше. Недолго думая, мужчина подорвался с места, накидывая на себя куртку и забирая ключи от машины. Он не мог ей отказать, ведь похоже девушка нуждалась в его помощи, иначе бы она не звонила ему.       Мужчина не засекал времени, но ощущал, что едет довольно быстро. А нога то и дело вдавливала сильнее педаль газа. Ему было необходимо убедиться, что с ней всё хорошо. Так должно быть. Хотя он откровенно до сих пор не понимал, как она могла оказаться там… Это слишком на неё не похоже… В голове пронеслось множество ужасных мыслей, одна хуже другой…       Джеймс быстро вышел из машины, забегая в то самое кафе, однако её там не оказалось. Он вновь и вновь осматривал небольшой зал, выспрашивая что-то у официантов, но те лишь качали головами. Казалось, осмотрено было всё это кафе… И когда волнение было готово поглотить его полностью, мужчина увидел в окне… девичью тень возле лавочки неподалёку. И помчался туда.       Это и правда оказалась она, сидящая на деревянной лавочке, держащая в руке бутылку и смотрящая на небо. Джеймс подошёл ближе, но тут же немного отшатнулся, когда чуть разглядел её. Словно это была не та Эмили. Совсем ему незнакомая… С тонной макияжа и в каких-то дурацких шмотках. С этим алкоголем. И мужчина подумал, что ошибся, пока не услышал… — Ты пришёл, Джеймс, — расслышал он тихий голос, полный грусти и горечи. Она тут же округлила свои красивые серые глаза, заставляя его на минуту потеряться. — Спасибо…       Эта интонация, манера речи, мягкий взгляд… Опьянённый этим, он сел рядом с ней, в ответ она придвинулась ближе, отставляя начатую бутылку на пол… Она не смогла ему не позвонить… Пальцы сами набрали его номер… — Прости меня, что отвлекла тебя, — произнесла Эмили, вновь подняв глаза к небу. Такое тёмное. Даже слишком. — Мне просто очень плох… Слишком эгоистично по отношению к тебе, правда? Просто ты кажешься мне таким… нужным…       Алкоголь выместил стеснение, позволяя так говорить. Искренне и честно. И Джеймс улыбнулся. Это была Эмили… Пусть в каком-то непонятной виде, с потёкшим макияжем, однако… это была всё такая же дорогая ему Эмили. Такая же искренняя и вольнолюбивая… — Что случилось? — спрашивает он, рассматривая её лицо, но она только качает головой в ответ на его вопрос… — Теперь уже не важно, давай просто посмотрим на звёзды… — тихо бормочет она, показывая ему рукой на какое-то скопление звёзд в небе. — Видишь там, кажется, какое-то созвездие…       И пусть Эмили так сильно пытается улыбается, он прекрасно замечает в её глазах застывшие слёзы. Но только ничего не говорит, просто кладя её ладонь и своё, разнося тепло, согревая её хрупкое тело… А она так доверчиво жмётся к его плечу, словно бы чувствуя что-то родное, изредка окидывая взглядом лежащие рядом ирисы…

Просто они наслаждаются тем, что над ними такие красивые звёзды…