Наваждение

      Прошло уже пять дней. Бредовый сон не повторялся, и Драко немного успокоился, всё-таки кругом толпа озабоченных подростков, да и он сам не старик, вот и примерещилось.       Малфой вздрогнул, осознавая, что заснул, повернулся на диванчике (всё-таки последний раз здорово зачаровал стул, удобное спальное место получилось). Хотел уже приподняться, когда услышал шелест чешуи, обернулся и…       На него смотрели всё те же змеиные глаза:       — Скучаешь? — прошептал незнакомец.       Драко хотел было вскочить, но змеиный хвост не дал, мгновенно обвив его ноги, и юношеское лицо его страстного наваждения с ехидным прищуром приблизилось почти вплотную, а змеиный язык коснулся губ Слизеринца.       — Пусти, морок!       — Кто?       — Морок.       — Хм, даже обидно, неужели я был столь прозрачен и нематериален, чтобы… — его пальцы коснулись одежды, взмах правой руки с палочкой Драко, и обнажённое до пояса юношеское тело нага прильнуло к своему теперь уже обнажённому пленнику… — остаться в твоей памяти только, как морок. — Наг поцеловал его, лаская руками плоть Малфоя.       Драко растерянно не знал чему удивляться, жуткой проворности незнакомца, своей палочке в его руке или своему нетерпеливому телу.       — О нет, твоё тело думает обо мне иначе, как о ком-то желанном, — озвучил мысли парня наг.       — Это всего лишь обман, — отчаянное возражение вкупе с пониманием, что проигрывает.       — Да? — губы незнакомца прикоснулись к его шее, прошлись поцелуями выше по подбородку, пока незнакомец не добрался до его нижней губы, посасывая её.       Драко отчаянно пытался вырвать хоть одну руку из захвата змеиных колец, ног он почти не чувствовал их:       — Пусти!       — И не подумаю, я же морок.       Драко успел лишь вздохнуть, на секунду оставшись без сдавливающих всё тело змеиных колец, в следующий миг он оказался прижатым животом к ним с разведёнными ногами. Он было дёрнулся, но его противник укусил его за попу, и слабость навалилась, а с ней и жар желания.       — Что ты опять сделал? — уже слабо сопротивлялся Драко.       — Ну раз я морок, значит, могу повеселиться, а раз ты сопротивляешься, значит, тебя надо успокоить. У меня же много фокусов, клыки с ядом ты уже опробовал, теперь… — лукаво прошелестел голос, и Малфой почувствовал, как волна знакомой по прошлой их встрече магии мазнула по анусу. — Думаю, смазка с привкусом апельсина будет самое то, — змеиный язык стал ласкать его яички, пока пальцы нага массировали анус, совершая круговые движения там внутри. Это развратное создание знало, что нужно делать. Желание усиливалось, сопротивляться не хотелось. Одна рука агрессора поглаживала по бедру, другая мягко массировала стеночки чем-то смазанного ануса, а змеиный язык… Он, казалось, был везде, обвивал основание члена, проходился по яичкам, надавливал чуть выше и…       Драко вскрикнул, когда вместо пальцев ощутил внутри себя язык. Он не знал сколько времени лежал вот так с выставленным задом, с наслаждением ощущая, как горячий плотный язык, легко проникая в него, сначала вызывает жар, заставляющий подставлять зад, выгибаясь, (член уже возбуждён и от напряжения аж ноет) затем язык начинает потираться о всё более твердеющий бугорок простаты. Наслаждение заставляет забыть обо всём. Стоны не получается скрыть, хоть Драко и кусает запястье.       — Нравится? — прошипел незнакомец, ложась на Малфоя и касаясь тем же самым языком уже его уха.       — Это безумие, — простонал парень.       — Пусть так, но разве оно не приятное безумие, ящерка, — Драко грубо перевернули на спину.       — Кто? Ах, — Малфой вскрикнул, когда в него проникла плоть и принялась двигаться, разнося волны наслаждения при каждом удачном толчке. Но ещё одним потрясением было то, что членов у нага оказалось два и в то время, как один двигался внутри, заставляя уже кричать в голос, второй тёрся о его мошонку, задевая его собственный член. Это не отталкивало, а заводило. Драко то и дело ловил взглядом вторую плоть дрожащую рядом с его естеством тоже уже перевозбуждённым. Но желания коснуться себя даже не возникло, хотелось продлить эту муку, выгибаться и стонать в умелых руках.       Оргазм был сильным, но очнулся Драко не на диване, а всё в тех же кольцах змея. Из-под полуопущенных век он рассматривал нага.       Молодой, с наглым прищуром синих глаз, с довольной, сытой усмешкой чуть выгибающей яркие от недавних поцелуев губы, тёмные коротко-стриженные волосы едва прикрывают уши, обнажённый с гладкой кожей, не накачанный, но и не толстячок, сильный. Это Малфой испытал на себе. А ещё ниже пояса он был змеем, и хвост его был воистину огромен. Иссиня-чёрный, к животу он светлел становясь белёсым при этом с синей мерцающей в темноте полосой по хребту, причём почему-то была уверенность, что на спине и у человеческой части есть чешуя.       Незнакомец дёрнулся и вышел из него, теперь показав во всей красе свои два размером со средний член естества, они были не крупней члена Драко, но их всё же было два.       — Нравятся? — и наг провёл рукой по ним, убирая их под пластину.       Малфой поднял взгляд на свой кошмар, хотя в том, что он кошмар, уже начал сомневаться. Может это олицетворение его сексуальных фантазий, змей он всегда любил.       — Лучше скажу, что нет, иначе, — но договорить Драко не успел. Хвост истаял вместе с его владельцем, и Малфой оказался голым задом на полу. Охнул от неожиданности, осматривая опять-таки своё тело без малейшего следа укуса или засоса, да и поднялся он без проблем, почти без проблем. Тело не желало забывать, как проникновения, так и оргазма, от которого его разморило так, что Драко едва дополз до дивана и отключился. Спал до утра, проспал первый урок и ему не снились ни кошмары, ни красные глаза Повелителя, ни преследующий его Поттер, впервые сначала обучения он выспался.