Демоны Феи.

Грехи других судить вы так усердно рвётесь, начните со своих и до чужих не доберётесь. Уильям Шекспир. Генрих VI

      Айзен и Роуг успешно справились с нападением своих же товарищей и остались стоять на ногах лишь вдвоём. Оба изрядно устали, ведь им пришлось не легко. Победить своих же, при этом не причинив особого вреда. — Думаю, нужно отправить сообщение в совет и дождаться помощи, — сказал Роуг. — Согласен, друг мой, — ответил Айзен. — Но тебе не показалось, что это было куда проще, чем мы себе это представляли? — Не могу не согласиться. Кажется, мы что-то упускаем… — Предлагаю оглядеть эту деревушку. — Но сначала послание в совет. — Хорошо.

***

      Люси, вдоволь наигравшись с пленённым сыном мэра, вышла из своего подвала. Скинув всю лишнюю одежду, она, практически голышом, отправилась в душ. Её же слуги спустились в ту комнату пыток, чтобы убрать всё, что там осталось. Как и ожидалось, мало кем любимый сын мэра не пережил все те ужасы и мучения. Его тело было выброшено на улицы города, изуродованное и безобразное.       Спустя пару часов Хартфилия выбралась в город, чтобы прогуляться. Она шла медленно, погруженная в свои мысли. Прохожие, что замечали её, удивлялись и восхищались. Редко уважаемая аристократка покидала стены своего поместья. Красивая и спокойная, мудрая и очень азартная до деловых отношений леди — такой знают её жители этого города, а поэтому уважают её. Такое положение в обществе устраивало Люси, хотя особо и не приносило ей удовольствие. У неё в голове мешалась куча мыслей о том, что делать дальше. Планы, что она когда-то составляла, не годились. Слишком много деталей она не знала и многие вещи не могла просчитать. Даже Невилл был бессилен в некоторых вопросах, где ей так нужна помощь. Её цель — отомстить гильдии Демонов за смерть близких и дорогих ей людей, однако с текущем положением сил это невозможно. Просить помощи у совета или же светлых гильдий — нет. Нанять наёмников — тоже нет. Люси не могла найти идеальный план, что сильно огорчало её и заставляло страдать. Но была и ещё одна вещь, что терзала её также сильно. Человек, которого она любила и готова была полностью ему открыться — предал её. Человек, что своими же руками убил других, не менее важных людей. Человек, что своим пламенем сжёг почти всё, что она любила. — Нацу, я ведь тебя любила… — тихо сказала Люси, — а ты так поступил со мной… — на глазах девушки начали появляться слёзы. — Я-я тебя ненавижу… СЛЫШИШЬ? — перешла на крик она. — Я ТЕБЯ НЕНАВИЖУ! Я-я… убью тебя, как только представится случай… — блондинка упала на колени и, прикрыв лицо руками, заплакала, — и плевать, что люблю.       На уже давно потемневшем небе сверкнула молния. Раздался гром. Полил сильный дождь. Девушка все стояла на коленях, посреди безлюдной улицы и плакала. А за ней из-за угла наблюдала девушка в плаще. — Бедняжка, как мне её жаль, — девушка подняла руку перед собой и направила её на Люси. — Хоть и без моих сил, ты полна печали и тоски, а твоё сердце вот-вот разорвёт на части. Я усилю твои страдания в сотню раз, — рука девушки засияла фиолетовым сиянием, — ведь иначе ты лишишь нас Нацу, — заметным лишь для этой девушки, тело Хартфилии на мгновение окутало фиолетовое свечение и сразу же затухло. — Прощай, Люсечка. Дождь полил ещё сильнее, а девушка собралась покинуть это место, как вдруг услышала совсем не то, что ожидала. Она обернулась на Люси, а та начала смеяться. Словно безумец, что одержим какой-то идеей, она хохотала от всей души. Это вызвало большое недоумение в глазах неизвестной. — Точно! Как же я могла позабыть об этом?! — довольно сказала блондинка и вновь рассмеялась. Она раскинула руки в стороны, а голову откинула назад, словно встречала падающие капли с неба. Снова засеяла молния, а за ней послышался сильный раскат грома. — Я лишу его того же! И пусть он помрёт в пучине отчаяния. Пусть ему будет также больно, как и мне! — Люси не могла вновь сдержать своего безумного смеха и поддалась моменту. — Как странно, почему на неё не подействовало заклятие? — Да потому что невозможно сделать меня ещё несчастней, Мира, — неожиданно обратилась к незнакомке Хартфилия. — Так ты меня заметила, — удивилась грех Уныния. — Твой запах я никогда и не с кем не перепутаю, как бы ты его не маскировала, — с безумной улыбкой сказала Люсьена и поднялась на ноги, устремив взор на свою собеседницу. — Тогда ты знаешь, что мне нужно. — Конечно знаю. Вам нужно, чтобы я сдохла. Но знаешь, это никак не входит в мой план по захвату мира. — Захвату мира? — удивилась Штраусс. — Больная чтоли? Зачем мне это? — удивлённо спросила Люси. — Ты только что это произнесла? — Вечно вы мне пытаетесь мозг запудрить. Всё, чего я желаю, так это просто быть счастливой, — с ноткой сожаления в голосе произнесла блондинка. — Ты меня уже совсем запутала. Прекращай! — Мира схватилась за голову. — А ты все та же слабачка, что и была, — опять маска безумия была на лице Люси. — Ты играешься со мной? — Нет, сестрица Мира. Я хочу помочь тебе, — с улыбкой, что так знакома дьяволице, Люсьена шла к ней на встречу. От этого зрелища у девушки заболело в груди. Воспоминания, что она так яро пыталась забыть, вновь нахлынули. В глубине души она так давно желала вновь испытать это чувство. Когда бывшая заклинательница подошла к ней так близко, что между ними почти не осталось расстояния, Мира посмотрела на неё взглядом, что просил «Обними меня». Люси легко улыбнулась и провела ладонью по щеке дьяволицы, улыбаясь как десять лет назад. — Л-люси-и, -протянула она. — Мира, — тихо ответила ей старая подруга. Они слились в тёплых и столь желанных объятьях. В сердце пепельноволосой разбушевался океан эмоций. Она уже не знала плакать ей или же рыдать, но, кажется, она вновь обрела что-то значимое для неё. — Я скучала. — А как я скучала, — ответила Люси и резко вонзила кинжал в спину девушки, что была закована в её объятиях. Резкий женский крик раздался по округе. — Что? — вскрикнула Мира, подавившись неожиданным притоком крови во рту. — Я тебя так люблю, что хочу убить, — отпустив рукоятку кинжала, что плотно вошёл в спину девушки, блондинка резким движением оказалась за спиной оппонентки и взяла её за шею в замок. — Умри же, дорогая. Мгновение и послышался хруст костей. Шея греха Уныния сломалась, словно осиновая ветка. Люси подхватила безжизненное тело, что начало падать и крепко обняла. — Глупенькая Мира, — после чего вновь рассмеялась. Сверкнула молния, что осветила всё небо, а после раздался гром.