Живи сегодняшним

Но тут с Чимой начало что-то происходить... Он скинул руку Юнги и немного отвернулся от него, надув губки. — Чимин-и, ты чего? — тот лишь больше надул губу. — Ладно вы идите, — улыбнулся Юн — а я с этим ребенком сам разберусь — а младшему было не до веселья, он ещё больше разозлился и побежал в комнату, даже не попрощавшись... — Все будет хорошо Хён...— улыбнулась Ёни, и поклонилась. Гости ушли... Лучший Новый Год, так думал Юнги... Но что произошло с Чимином? Что за выскачки такие? Он медленно поднимался по лестнице в детскую комнату. Перебирая в голове варианты, что могло случиться, но постоянно заходил в тупик. — Можно войти? — постучав по двери спросил Мин, но не услышал ответа. Тогда он дернул ручку и вошёл. — Чима...— он подходил к свернувшемуся клубочку, который сидел на кровати и шатался туда сюда, но заметив Хёна просто замер и упёрся взглядом в одну точку. — Уходи...— Мин поначалу опешил. Просто Пак первый раз говорит ему такие слова... — Ну чего ты? Обиделся на меня что ли? — Пак поднял глаза на старшего, а затем опустил. — Ничего я не обиделся! Иди вон к Ёне и Ёлю... Они же тебе дороже! — И тут Юнги наконец все понял... Его малыш ревнует. Он не знал, что это чувство проснется в нём так рано, но так уж вышло. Сейчас пушистый клубочек сидит и дуется на него. — Охх... Котик, они же ещё совсем маленькие. С ними надо так... Да и Ёля я обнял потому что этот малыш... Ну как тебе сказать... Совсем малыш. Ему же всего 6, а ты уже у меня взрослый. — Улыбнулся Мин, присаживаясь на кровать. — Хён, уйди... Иди к малышам — Чим всхлипнул. Плачет что ли? Так сильно задело...? — Чими... Ты что, плачешь? — пытаясь заглянуть в глаза к младшему спросил Мин. Но тот упорно отворачивался. — Чима...— Мин схватил за плечо ребенка и развернул на себя... Да, он наконец поднял на старшего глазки полные слезок— Ну не плачь, котик, ты же прекрасно знаешь кто для меня самое дорогое сокровище на всем белом свете... Кто мой маленький комочек добра... Ты, глупыш.. — Юн заключил младшего в тёплые объятия. Такой милый, знает же, что с ним не сравнится никто. Что за ревность? — Хён... Ты точно любишь только меня? — для уточнения спросил Пак. Хотя зачем? Ведь ответ был очевиден. Он уткнулся носиком в чужую ключицу и обжигал Мина горячим дыханием. — Конечно, безусловно, только тебя малыш — улыбнулся Мин и подняв Чима, посадил к себе на колени смотря в ещё не высохшие до конца глазки. — Маленький Чимин-и ревнует... — касаясь своим носом носика Пака, говорил Юнги прикрывая свои глаза, превращая их в счалсивые месяцы. — Не правда... — шёпотом ответил Чим, тоже начиная улыбаться. — А вот и правда... — Юнги наклонился и провел язычком тонкую линию от скул и до ключиц. — Фыхх...— издал очень тихий стон Пак. Мин отстранился от вкусно пахнущей шеи и приступил к обработке ротика младшего. Он провел язычком по верхней губе, потом по нижней, потом по середине, прося Пака приоткрыть ротик, что он и сделал. Старший быстро проскользнул языком внутрь и начал исследовать Чима — Мффф..ф— стонал в поцелуе младший. Юнги зарылся в его мягкие тёмные пряди и приятно массировал чужую голову. Пак нелепо пытался ответить на поцелуй, это так умиляло Юнги, что тот улыбался даже в поцелуе. — Пак... Никогда больше не ревнуй меня к Ёлю и Хёне... Глупыш мой маленький —после мягкого поцелуя, он поднял худенькое тельце и понёс в кровать, поскольку было очень поздно... — Спокойной ночи, Юнги-я...— поцеловав старшего в щёку, Пак слез с его шеи и прилёг на подушку. — Ты не хочешь поспать сегодня со мной? — Мин смутился... А как же утренний гость в трусах..? Придётся объяснять Чиму что это? А может просто прикроет одеялом. В общем выкрутится. Ему нужно это тепло чужого, любимого тела не только днём, но и ночью. — С удовольствием, котёнок — быстро сбегав в свою комнату и переодевшись в пижаму Мин прибежал и запрыгнул под одеяло младшего. — Спи хорошо...— улыбнулся Юнги и обнял чужую талию. — Хён, хаах... У тебя рука холодная — немного съёжившись сказал Пак. — Прости...— убирая руку говорил Мин, но маленькая ладошка успела остановить его. — Нет Хён... Погрейся... —Чима положил её обратно к себе на талию, только уже приподняв пижамку и позволяя руке косаться тёплой, мягкой кожи. — Мой милый пирожочек — чмокнув любимый лобик младшего, Юнги придвинулся к нему ещё ближе, чтобы чувствовать всё... От нежных участков кожи, до сладкого запаха, исходящего от Пака.

***

— Хённи... Хён... А что это? — спросил Чима, показывая на половой орган Юнги пальчиком и удивлённо поднимая взгляд. Мин был готов к этому вопросу... Он так и знал.