Марго

POV Марго. Придя домой, я первым делом взяла в руки скрипку и начала играть. На ней я научилась играть благодаря занятиям в музыкалке, оплачивая их отцовскими деньгами. Музыка была моим всем, когда вокруг никого не оставалось. Она спасала от одиночества, ибо я с трудом переносила тишину в доме. Веселые мелодии из-под моего смычка выходили редко, зато печальные я могла играть часами. Меня очень выматывала новая школа, потому что я там толком так ни с кем и не подружилась, и это доставляло дискомфорт. Очень неприятно было просиживать перемены в одиночестве, пока все остальные разговаривали и смеялись, поэтому каждый божий день, находясь на уроках, я просто молилась, чтобы они поскорее закончились. А вот дома наедине с собой мне нравилось проводить время. Особенно мне нравились периоды, когда отца дома не было, и никто на меня не кричал. Как же дико хотелось поскорее закончить школу, поступить в университет и жить от него отдельно. Желательно, в другом городе, чтобы никогда с ним больше не пересекаться. Зачем он вообще продолжает держать меня у себя дома, если так ненавидит? На самом деле я часто представляла, что было бы, если бы меня не существовало… Если бы моя мать не встретилась с моим отцом, если бы я не рождалась… С ужасом ко мне приходило осознание того, что так всем было бы лучше: отец не стал бы расходовать не меня деньги, а мать не мучилась бы, вынашивая девять месяцев. Меня бы просто не было. Никто бы не знал, кто такая Марго, и никто бы не тратил на меня свое время… POV Артур. Я стоял возле окна чужого дома, прислонившись к стене, и слушал, как она играет на скрипке. Эта музыка навевала на меня такую грусть, но я просто не мог перестать ее слушать. Было в ней что-то такое, что никак не могло меня отпустить. Будто она соответствовала моему текущему состоянию. Я все пытался понять, что это была за девушка, но за все время своей игры она никак не поворачивалась ко мне лицом. Я видел только то, что было на ней надето, особенности ее фигуры и волосы. Дома она постоянно была в майке и коротких шортиках, очень худая и все с такими же длинными каштановыми волосами. Было безумно интересно, о чем она думала, играя такие печальные произведения. И вообще, хотелось бы знать, что творилось в ее голове. Но, к сожалению, не умея читать мысли, мы никогда не сможем узнать человека полностью, постичь всю глубину его существа. К счастью или к сожалению, человек имеет право говорить не все, что у него на уме, боясь насмешки от окружающих или того, что его тайны станут известны всем... С другой стороны, мысли это то, что навсегда останется неприкосновенно. И что бы ни случилось, это единственное место, где можно спрятаться, побыть наедине с собой по-настоящему. И, даже находясь в толпе, мы всегда остаемся наедине с собой. Наверное, эта девушка прекрасно это понимала, поэтому могла озвучить свои депрессивные мысли только с помощью смычка. Когда музыка прекратилась, мне пришлось уйти. Я обо многом думал по пути домой, но все мои мысли тут же улетучились, как только я застал на своём крыльце Вику. Увидев меня, она резко встала и подошла. — Ты что здесь делаешь? — максимально ледяным голосом спросил я. — Я пришла извиниться, — ответила она, опустив глаза. Ее холодные голубые глаза, в которых, как мне казалось, нет ни капли сожаления, были устремлены на меня. — В этом нет нужды, — коротко бросил я и направился ко входной двери. — Неужели ты готов забить на все то, что между нами было? Мы же столько лет были вместе… Я помнил. Я все прекрасно помнил, и готов был порой рвать волосы на голове от этих воспоминаний. А ещё я знал, что в таких ситуациях нельзя давать второй шанс. Предавший однажды поступит так вновь. Именно поэтому, сглотнув ком в горле, я продолжил диалог: — Ты так говоришь, будто мы с тобой десять лет в браке прожили. — Я повернулся к ней лицом. — Надо было думать, когда делала все это. Я вытащил из кармана ключи и зашёл в дом, оставив её стоять на улице в одиночестве. Я тогда надолго застрял в прихожей, обдумывая, правильно ли я поступил. Так надолго, что, снова приоткрыв дверь, увидел, что она уже ушла... POV Марго. Отец почему-то терпеть не мог, когда я играла, хотя ни разу не пытался избавиться от моих инструментов, что казалось мне странным. Когда в очередной раз он вернулся домой и начал на меня кричать, я вышла на его голос и застала его пьющим виски на кухне. Прислонившись к дверному косяку и скрестив руки на груди, я принялась выслушивать все то, что он так жаждал мне сказать. — Я тебе сколько раз говорил, что сначала ты должна вымыть всю посуду, а потом уже заниматься своими делами?! Я работаю целыми днями, а ты тут даже прибраться не можешь, тварь неблагодарная! Вся в мать пошла! Я вылизала на этой кухне все до блеска. Я понятия не имела, где он там грязь нашёл. А немытой посудой для него были чайная ложка и кружка, из которой я тридцатью минутами ранее пила чай. Смотря на этого человека, я все пыталась понять, почему он стал таким. Он ведь не всегда себя так вёл. Что такого может произойти, что человек становится настолько жестоким по отношению к людям? К сожалению, я очень мало знала о своём отце. Я знала только, что он был хозяином какого-то предприятия на Байкале. Ни с того ни с сего он решил продать предприятие и купить небольшой молочный заводик поближе к столице. Именно поэтому нам и пришлось переехать. — Пошла вон, ко мне сейчас придут, — уже более тихим, но все таким же железным голосом бросил он. — И чтоб я в течение двух часов тебя здесь не видел. — Отец смотрел на меня таким равнодушным взглядом, какого я даже у прохожих по отношению к себе не видела. — Очередная куртизанка? — с нескрываемой насмешкой спросила я. — Правильно, нормальные женщины с тобой точно контактировать не станут. Он посмотрел на меня исподлобья, и я пожалела о своей последней фразе. — А где они, твои нормальные? Такие ещё существуют? — Он тяжело вздохнул и сделал глоток виски. — Пошла вон. Тяжело вздохнув, я отправилась наверх одеваться. Когда я закалывала свои длинные волосы, раздался звонок в дверь. Я спустилась по лестнице, обулась, открыла дверь и увидела на пороге женщину лет двадцати пяти, одетую достаточно привлекательно. На ней было элегантное черное платье средней длины и дорогие туфли. Нет, она не выглядела, как те дамы которые стоят где-нибудь вдоль трассы. Сразу было видно, что это была дорогая проститутка. Хотя если бы я не знала, что она проститутка, я бы даже и не догадалась об этом. — Здравствуйте, — с максимально недоумевающим видом поприветствовала меня эта дама. — До свидания, — ровно с таким же лицом ответила ей я и покинула дом. Я понятия не имела, куда мне идти, тем более уже начинало темнеть. Радовало только то, что погода была не такой холодной, как могла бы. Стояло бабье лето, и я обходилась толстовкой и джинсами. Я прошла несколько домов и села на небольшой заборчик, который отделял детскую площадку от газона. Там никого не было. Вообще. Как и в моей жизни на тот момент. Я уставилась на небо, и мысли сами увели меня в дебри. За всю мою жизнь мне никак не удавалось понять, чем я такое заслужила. Что плохого я сделала, что всем так наплевать на меня. Почему мама меня бросила? Почему отец так ко мне относился? Если бы я хотя бы знала причину… Быть может, хотя бы в этом случае я не чувствовала бы себя столь ущербной. Мне всегда было очень жаль детей, которые росли с одним родителем или вообще без них. Я очень их понимала. Это самое хреновое... когда в твоей жизни происходит нечто плохое, а тебе даже поплакаться некому. Ты просто сидишь и понимаешь, насколько отвратителен этот гребаный мир. На мои глаза навернулись слезы, и я подняла голову ещё выше, чтобы не начать плакать, но это не помогло, и через пару секунд крупная слеза упала с моего лица на асфальт. А больше всего было обидно от того, что этого уже не изменить. Мама не вернется, а отец не начнет сюсюкаться со мной. Получалось так, что у меня даже не было никакого запасного аэродрома. Не было людей, к которым в любой момент можно вернуться, если в жизни что-то пошло не так. У меня никого не было... Вдруг послышался громкий женский голос, и я увидела Майю и ещё двух каких-то парней метрах в двадцати от себя. Я уже собиралась уйти, пока она меня не заметила, но что-то меня остановило. Майя вдруг распрощалась со своими друзьями, моментально пересекла пустую дорогу и оказалась возле меня. Кажется, она заметила слезы на моих щеках. Она не стала ничего говорить, а просто села рядом, достала из своего маленького рюкзака банку какого-то алкогольного коктейля, открыла её, после чего сделала глоток и протянула мне. Поначалу меня напрягало это неловкое молчание, но дискомфорт прошёл, как только я тоже сделала пару глотков. Это был какой-то коктейль со вкусом черники. Судя по эффекту, градусов в нем было немало. Я поняла, что Майя не из тех людей, с которыми обязательно говорить, чтобы они все поняли, однако все же решила начать диалог: — Ты не подумай, я не какая-то наркоманка, чтоб шляться так поздно по улицам в одиночестве. Она усмехнулась. — Да мне это и в голову не пришло, если честно. Я улыбнулась и уставилась на асфальт. — Просто мой отец решил вызвать проститутку на ночь глядя. — Я понятия не имела, зачем рассказывала ей все это. Быть может, то, что я говорила, её вовсе не интересовало, но мне так нужно было высказаться. А может, её алкоголь действовал на меня, как сыворотка правды. — И часто он у тебя так делает? — поинтересовалась она. — Бывает иногда. Она приподняла бровь, после чего призадумалась на несколько секунд. — А пойдём со мной? — выпалила она вдруг. — Куда? — Да так, прогуляемся. Не знаю, о чем я думала в тот момент, но дала свое согласие. И она отвела меня на школьный стадион, где уже сидели ее друзья практически в том же составе, в котором я видела их в нашу первую с ними встречу. Там были Алена, Андрей и Марк. Последний был нашим одноклассником, но в школе, в основном, общался с Артуром. — Ну что, соскучились тут без меня? — спросила она, как только мы подошли. Я прочитала удивление в глазах некоторых из них. Видимо, оно касалось моего присутствия. Однако никто не решился высказать своих претензий по этому поводу. Алена и Андрей улыбнулись мне, а вот Марку встреча со мной, похоже, не доставила никакого удовольствия. Он сразу стал каким-то серьезным и старался поменьше пересекаться со мной глазами. Они позвали меня прогуляться с ними и показали много интересных мест в нашем районе: от ларьков и магазинов, в которых продают алкоголь и сигареты несовершеннолетним, до заброшенной стройки, куда часто приходят наркоманы и другие сомнительные личности. — Осторожно, — прошептала Алена. — Не наткнись на какой-нибудь шприц, их здесь много. — Почему мы просто не можем прогуляться по улице? — в недоумении спросила я, перешагивая арматуру. Приходилось освещать себе путь фонариком на телефоне, чтобы точно куда-нибудь не свалиться. — Потому что местное население нас не особо любит. Они постоянно вызывают полицию, когда видят нас ночью, — ответил Андрей. — А еще один привод нашей Мэй в отделение, и пиздец обеспечен: либо ее опекун убьет, либо директор детского дома за непослушание. Я приподняла бровь и обратилась к Майе: — У тебя нет родителей? — Это долгая история, — буркнула Майя, и я поняла, что у нее нет желания об этом распространяться. Мы поднялись на третий этаж, который оказался последним. Крыши у этого старого кафе уже не было, поэтому прекрасно было видно звезды. И мы решили остаться там. Затем нас затянули какие-то разговоры, и мы просидели там аж до трех часов ночи. Когда уже наступила пора идти домой, вся компания проводила меня. Это показалось мне очень милым, и я зашла в дом в прекрасном расположении духа. Пришлось разуваться и подниматься наверх максимально тихо, чтобы не разбудить отца. Ему, конечно, было все равно, что я прошлялась где-то практически до утра, но вот шум посреди ночи он бы не оценил. На следующий день я сильно клевала носом на уроках, из-за чего мне часто делали замечания учителя. До самого обеда я никак не могла проснуться. И вот, купив в столовой стаканчик кофе, я направлялась за столик, чтобы выпить его. Но так получилось, что я засмотрелась на дверь, надеясь, что придет Майя, и случайно врезалась в кого-то, пролив половину своего кофе человеку на рубашку. — Блин, прости меня, пожалуйста. — Я подняла голову и увидела Артура, своего одноклассника, лицо которого искривилось от боли, ибо кофе был горячим. — Я не специально, правда. Прости… — еще раз пролепетала я. — Вот дура, — стиснув зубы, простонал он и очень быстро ушел куда-то. Я с сожалеющим выражением лица лишь посмотрела ему вслед, одним махом допила свой кофе и выбросила стаканчик в мусорное ведро. Майя в тот день пришла только после обеда, ее подруга не пришла вовсе. Марк общался лишь с Артуром и его компанией. Он упорно старался делать вид, что меня не существует, и я не имела ничего против этого. Мне было просто все равно. POV Артур. — Вчера Майя новенькую к нам в компанию притащила, — сказал Марк, когда нам в очередной раз на уроке нечем было заняться. — Эта сучка на меня сегодня кофе пролила, — с презрением сообщил я. — Хорошо, что сегодня физра, хоть футболка с собой была. Он лишь усмехнулся в ответ. — И как она? — любопытство все-таки не дало мне покоя. — Ничего. Не думал, что она такая общительная. Оказывается, она на Байкале жила. Если честно, мне было абсолютно все равно. Пока Марк рассказывал мне то, что я пропускал мимо ушей, я смотрел на Вику, которая писала что-то с доски, периодически переговариваясь со своей соседкой по парте. И все же я немного по ней скучал. Хотя нет… Я очень по ней скучал. Порой я даже думал о том, чтобы простить ее, но держался изо всех сил, стараясь переключаться на что-нибудь. К счастью, это я умел, как никто другой, ибо мы с ней сходились и расходились уже много раз по самым различным причинам. Но ни одна из них не могла сравниться с изменой.

***

На следующий день, зайдя в столовую, я увидел, как Марго покупает себе обед. Она бросила на меня короткий взгляд, когда я проходил мимо, и села за столик в гордом одиночестве. Просто Майя еще не соизволила явиться, а Алена находилась где-то на другом конце школы в тот момент. Я видел ее пятью минутами ранее. — Не хочешь подкатить? А то она скучает, судя по всему, — посмеялся я над Марком. Остальные друзья тоже тоже начали его подбадривать, но он ломался, пока от него не отстали. Мы тоже взяли себе обеды и сели недалеко от новенькой, которая, не успев начать есть, поняла, что она забыла взять хлеб. Как только она поднялась с места и пошла к раздаче, я моментально встал и подбежал к ее столу. Обернувшись, я убедился, что она не видит, взял перечницу со стола и насыпал ей немало перца в компот, после чего так же быстро вернулся к друзьям. — Мстишь за вчерашнее? — спросили они, на что я с улыбкой кивнул. В столовую вошла Майя, у которой в руке была лишь бутылочка водички. Она долго высматривала в помещении Алену, но, найдя только Марго, подсела к ней. Марго тем временем принялась за свой обед, а мы, сидя впятером, практически молча наблюдали за этим. Она не притрагивалась к своему компоту очень долго. Настолько долго, что мы уже решили забить на это дело и вернулись к своим обедам и своему разговору. И вот мы уже закончили есть и собрались уходить, как вдруг по всей столовой разнесся какой-то дикий душераздирающий кашель, на который все тут же повернули головы. Она долго не могла прокашляться, а затем просто убежала куда-то. Мы с ребятами от души посмеялись в тот день, потому что Марго явилась к середине урока вся в красных пятнах…