Марго

POV Артур. Стас довел меня до дома и оставил в полном одиночестве. Родителей снова дома не было, и, к счастью, ни перед кем не пришлось отчитываться за мое состояние. Я принялся залипать в телефоне, хотя мои глаза уже не очень-то и хотели фокусироваться на чем-то. Не знаю, зачем, но я зашел в школьное сообщество, немного его полистал, а потом понял, что кое-чего не хватает... Фотографий Марго не было. Стас, видимо, их удалил. Меня это почему-то жутко разозлило, и я написал своему другу гневное сообщение, за которое утром мне было стыдно. Я не понимал, почему он это сделал. С любой другой девушкой он бы так не поступил. Неужели она ему нравилась?

***

Мои дни превратились в какое-то бесконечное однообразие. Ничего не происходило. Хотя на самом деле я и не хотел, чтобы что-то происходило. Я вообще ничего не хотел. Порой я брал в руки гитару и играл на ней часами, просто чтобы убить время. Играл в видеоигры, прогуливая школу, потому что просто не хотелось выходить из комнаты. Не отвечал на сообщения и звонки, которые казались мне слишком назойливыми, потому что мне просто не хотелось никого слышать. Погода угнетала еще сильнее. Все, чего я хотел, — это только наблюдать за ней из окна. Я любил снег, но мне не нравился мороз. Как только я переступал порог своего дома, он сразу же колючими прикосновениями лобызал мои конечности, что и доставляло мне дискомфорт. POV Марго. Мы никогда не ставили елку на Новый год, да и сам праздник вместе с отцом не отмечали. Поэтому меня всегда раздражала эта реклама по телевизору, когда люди всей семьей наряжали это зеленое дерево. Я им чертовски завидовала. Пока у всех появлялось хоть какое-то новогоднее настроение, у меня, казалось, оно только уходило в минус. Наступают такие моменты, когда нужно побыть в одиночестве, поэтому примерно половину декабря я была практически одна, за исключением походов в школу. Однако в таком состоянии мне находиться пришлось недолго. Вскоре Алена и Майя вытащили меня на каток, который находился прямо в нашем районе. Сначала мне не очень хотелось идти, но потом я все же решила сдаться, ибо противостоять уговорам Майи довольно сложно. В раздевалке я дольше всех зашнуровывала коньки, ибо априори была довольно медлительной. В какой-то момент я пожалела об этом. Майя и Алена уже вышли на лед, а я пыталась сделать все, чтобы мне в моих старых коньках было удобно. В раздевалку вдруг вошли Артур, Стас, Марк и еще пару моих одноклассников со своими девушками. Они не сразу заметили меня, но, как только сделали это, Стас сразу же воскликнул: — О, и Марго здесь. Услышав эту фразу, Артур перевел на меня свой многозначительный взгляд, в котором я явно прочитала презрение и понадеялась на то, что на этот раз он хотя бы не перережет мне горло лезвиями от коньков. Хотя я бы этому не удивилась... — Что, даже на каток решила прийти в одиночестве? — язвительно заметил Артур. — Никто не зовет? — Он сел прямо напротив и достал свои коньки. — Зато у тебя, я смотрю, стадное чувство. — Больше я ничего не сказала. Хотя один из коньков сидел на моей ноге не очень удобно, я все равно встала и вышла из раздевалки, лишь бы только не слушать весь тот бред, который он хотел мне сказать. — Ты чего так долго? — Ко мне моментально подлетела Алена. — Да так... Встретила кое-кого. Я оттолкнулась и не очень уверено заскользила по льду. Последний раз я стояла на коньках около года назад, поэтому пока решила не разгоняться. Народу, к счастью, было не так уж и много, однако возможность затеряться в толпе все-таки имелась. Майе это, однако, не удалось. Она носилась по льду, как сумасшедшая. Наверное, сублимировала свою агрессию. — О, и эти здесь. — Алена указала куда-то за мою спину. Я даже оборачиваться не стала. — Мне просто неимоверно везет, — заметила я и оттолкнулась сильнее. Мы около часа катались и разговаривали, не обращая внимания на своих же одноклассников. Пока нам не пришлось это сделать. В какой-то момент Майя предложила сделать круг наперегонки. К тому времени я уже чувствовала себя на льду более уверенно. Я стремительно вырвалась вперед еще в самом начале, но, когда мне осталась ровно половина круга, в меня сбоку кто-то врезался. Я упала на правое плечо и еще пару секунд безвольно скользила по льду, в том числе и бровью. Крепко зажмурившись, я боялась пошевелиться. Боялась, что на меня еще и кто-нибудь наедет. Но через пару секунд послышался знакомый голос. — Черт, Белкина! — Это был Артур. — Белкина! Очнись! Я поняла, что причиной и моего проигрыша Майе и Алене, и моего падения тоже, был он, и решила отомстить. Я не подавала признаков жизни какое-то время. Специально. — Белкина! — Похоже, он не на шутку испугался. Артур перевернул меня на спину и принялся хлопать по щекам. Это мне не особо понравилось, поэтому все-таки пришлось открыть глаза. Он нависал надо мной с обеспокоенно-виноватым выражением лица, и меня это почему-то дико рассмешило. Я заливалась так, что слышно было почти на весь каток. — Ну ты дура что ли?! — Стиснув зубы, он встал с колен и посмотрел на меня сверху вниз. — Успокойся, истеричка! — не переставая смеяться, сказала я и тоже поднялась на ноги. — А то расплачешься сейчас. Артур посмотрел на меня исподлобья. — Ну вы че тут делаете? — спросил Стас, подъезжая к нам. — А что с твоим лицом? — Он перевел на меня взгляд. Я сняла перчатку и аккуратно дотронулась до брови. Это прикосновение сразу же отозвалось мне болью. А на пальце осталось немного крови. Бросив на парней короткий взгляд, я направилась в сторону раздевалки, поймав по пути Алену и Майю, которые тут же напали на меня с расспросами.

***

Когда я вернулась домой со ссадиной на лице, отец даже не удосужился спросить, что произошло. Казалось, он вовсе не заметил, что что-то не так. Я подошла к зеркалу в ванной и аккуратно наклеила пластырь. Потом я заметила еще и огромный синяк на плече. Да, в тот день я выглядела, словно жертва домашнего насилия. Я практически не сомневалась в том, что Артур сбил меня специально. Просто казалось странным, что из всего того количества человек, что были на катке, от его рук пострадала именно я. Как бы то ни было, меня изрядно задолбало это идиотское соревнование. Я решила прекратить все это, пока Артур не избил меня где-нибудь в подворотне. Судя по всему, он так и жаждал избавиться от меня. И не факт, что подразумевал под этим моральное уничтожение. На следующий день вторым уроком у нас была физика. Мы с девочками сидели и болтали ни о чем в ожидании занятия, как вдруг в классе появилась завуч. Глаза Майи тут же округлились. — Я скоро вернусь, — сказала она, незаметно прокралась к двери и покинула кабинет. Завуч, казалось, кого-то ждала, постоянно поглядывая на наручные часы. И лишь со звонком все поняли, в чем дело, ведь в класс вошел мужчина с довольно солидной внешностью. Это был тот парень, что ранее спас Майю от завуча, когда она подвернула ногу. Но тогда я об этом не знала. Майя рассказала мне историю их знакомства намного позже. Она много чего рассказывала слишком поздно. Про свою наркотическую зависимость, к примеру. Завуч тут же подлетела к нему и сопроводила к столу. По классу пробежал легкий шепоток, особенно среди девочек, но потом все быстро затихли. — Это ваш новый учитель физики, — объявила завуч. — Его зовут Владислав Игоревич. Он поздоровался, улыбнулся нам, а дамочка, сделав свое дело, оглядела класс, похоже, в поисках Майи, после чего покинула его. — Ну, я вам уже представился, а теперь мне бы хотелось познакомиться с вами. — Он сел за стол и открыл журнал. — Ну что ж, начнем по списку. Архипова? — Владислав Игоревич оглядел класс. — Ее нет, — заявила Вика. — Она здесь. — Я практически перебила ее. — Просто опаздывает. — Я покосилась на сумку, оставленную ею. На самом деле я сомневалась в своих словах. Майя вполне могла и не прийти вовсе. — Что ж, ладно. — Учитель вздохнул и продолжил перечислять имена и фамилии. Когда перекличка закончилась, он принялся писать тему урока на доске. Однако успел вывести мелом всего три буквы, потому что дверь открылась и в класс вошла Майя. Он сразу же повернулся и бросил на нее какой-то странный взгляд. Точнее тогда его взгляд только показался мне странным. — И какова же причина опоздания? — с улыбкой поинтересовался учитель, скрестив руки на груди. Мэй не стала долго задерживаться у двери, а сразу же прошла к своей парте и плюхнулась на стул. — В столовой задержалась или в туалете была? — Препод, казалось, даже не злился. — Вам так интересен мой пищеварительный процесс? — Майя ухмылялась точь-в-точь так же как он, и многим показалось это странным. — Не хочешь извиниться? — Владислав Игоревич продолжал задавать вопросы. — Да как-то не очень. — В таком случае иди к доске и решай задачу. — Нет, — с усмешкой ответила она. Ее ждало элементарное задание, с которым она бы с легкостью справилась, если бы захотела. — Почему? — Нет настроения. К тому же, вы наверняка не видели моих оценок. Посмотрите и убедитесь, что мне у доски точно делать нечего. — Ты же Архипова, верно? Мэй кивнула. Учитель вновь открыл журнал и пробежался взглядом по аккуратному ряду из двоек рядом с именем Майи. — Но оценки не показатель ума. Я наслышан о твоих способностях, Майя. Так что можешь даже не пытаться. Майя молчала. Ей просто было интересно, что он предпримет дальше. Препод понимал, что если он не справится с Мэй, то вряд ли заслужит уважение других учеников. На счету Мэй, в свою очередь, было немало педагогов, которых ей без особых усилий удавалось вывести из себя. В данном случае он был для нее антагонистом, как, впрочем, и она для него, так что всем было интересно наблюдать за их противостоянием. — Ты всегда себя так ведешь? — спросил препод после довольно долгого молчания. — Не всегда. В большинстве случаев. — Мэй смотрела на него с некоторой надменностью. — Какой-то вы скучный, — сказала вдруг она. — С вами даже спорить неинтересно. Вы орать-то хотя бы умеете? — Умею. — Он был довольно расслаблен. — Только не вижу смысла этого делать. — Владислав Игоревич оперся одной рукой о стол и пристально уставился на Майю. Она уже не улыбалась. Ее начинало раздражать то, что он не велся на ее уловки. — А смысл я вижу вот в чем, — продолжил он. — Тебе стоит посетить психолога. По-моему, без помощи специалиста тут уже не обойтись. По классу пробежался смешок, и Майю это, естественно, не устроило, однако она очень сильно постаралась сделать вид, что ей все равно. — Боюсь, эта милая женщина еще не отошла после моего предыдущего визита к ней. Да, с Майей никто из сотрудников школы не хотел видеться более, чем один раз. Она успела довести всех: от уборщицы до директора. — Почему ты в шапке? — вдруг спросил Владислав Игоревич. Майя подняла взгляд и, посмотрев на преподавателя, как на идиота, резко ответила: — Уши мерзнут. Было видно, что ее настроение испорчено, однако я знала, что она не сдастся. Мэй порой казалась мне энергетическим вампиром. Ей нравилось питаться эмоциями людей, особенно отрицательными. К счастью, проделывала она это только с людьми, которые не были ей приятны. Не получив свое, она срывалась на других, поэтому я была уверена, что тому, кто будет вести следующий урок, точно придется несладко. — Простите, Владислав Игоревич, — обратилась к преподу Серебрянская, и все взгляды тут же оказались направлены на нее. — Может, мы уже начнем урок? Учитель коротко кивнул. — Тогда, может быть, вы хотите выйти и решить задачу? — спросил он у Вики, которая тут же встала и, бросив на него кокетливый взгляд, подошла к доске.