Марго

POV Марго. Когда мы все теми же окольными путями возвращались обратно в лагерь, Майя пристала к Мише с расспросами различного рода. Я же шла рядом с Андреем, и у нас с ним тоже завязался диалог, который я начала с вопроса: — Где ты нашёл её? И почему привёз сюда? — Я познакомился с ней в магазине отца. Ты же знаешь, что он гробовщик? Я была слегка в шоке. Конечно, я не знала об этом. Раньше никто мне этого не говорил. — Я пришёл туда, а она как раз выбирала гроб. И мне, как и любому нормальному человеку, показалось это странным. Ну, я подошёл к ней и спросил, что она ищет. Миша как-то отшутилась и ушла. Уже не помню, что она сказала... — Андрей ненадолго задумался, но вспомнить так и не смог. — Но мне захотелось познакомиться, и я пошёл за ней. Рыжая оказалась довольно дружелюбной, и мы гуляли практически до ночи. Выяснилось, что ей негде жить. Я погружалась во все большее замешательство от этой странной истории. — Ну ей же шестнадцать. — Я слышала, как Миша говорила об этом Майе. — Она что, из детского дома? Андрей усмехнулся. — Нет. Так получилось, что она сбежала из дома и уехала в другой город, — заявил он. — Совсем одна, представляешь? — Его, казалось, веселила эта ситуация. — Но её же, наверное, ищут. — Я старалась говорить ещё тише, хотя и была уверена, что нас не слышат, потому что от друзей мы отстали метров на десять, как минимум. — Надо сообщить в полицию. Или ты хочешь, чтобы на тебя потом похищение повесили? — Да хватит паниковать. — Он был непреклонен. — Всё нормально. Я тяжело вздохнула, не особо доверяя этим словам. — Ла-адно. И что было дальше? — после долгой паузы спросила я. — Я отвёл её в гараж и разрешил ночевать там. А когда пришло время ехать сюда, ничего не оставалось, кроме как взять её с собой, — закончил он свой рассказ. — А она так и не сказала, зачем присматривала гроб? — поинтересовалась я, наблюдая за силуэтом девушки, который мелькал далеко впереди. Мы уже были неподалёку от нашего домика. — Эй, скрипачка! — позвал вдруг Артур, оглядываясь на меня. Я нахмурилась столь странному обращению. — Пошли домой, а то поздно уже, — каким-то приказным тоном сказал он. Меня действительно уже клонило в сон. И хотя мне очень хотелось подольше пообщаться со всеми, особенно с вновь прибывшими, я понимала, что это можно было сделать и на следующий день. Майя попросила Стаса приютить на ночь Андрея в их с Марком домике. Мишу же она забрала к себе. Впервые я нашла хоть какие-то плюсы в том, что мы с Артуром жили отдельно: было где ночевать нашим гостям. POV Артур. На следующий день мы проснулись от грозы. Крупные капли буквально разбивались о крышу нашего домика. Стало холодно, и я плотнее завернулся в одеяло и повернулся на бок. Марго тем временем тоже лежала на боку с открытыми глазами. Она сразу же отвела взгляд, когда заметила, что я смотрю на неё. На часах было шесть утра, и я долго не мог уснуть, поэтому достал телефон, на который ещё до поездки скачал парочку сериалов. Я так и не успел притронуться к ним за все то время, что мы были в лагере, поэтому решил, что лучшего момента начать просто не будет. Чтобы не мешать Марго спать, я решил воспользоваться наушниками. И буквально минут через пять произошло то, чего я уж точно никак не ожидал. Марго встала, взяла со своей тумбочки пакет чипсов и подошла ко мне. Она ничего не сказала, а просто как-то виновато поджала губу, и я все понял. Пришлось перейти в сидячее положение, подвинуться и поделиться с ней одним наушником. Марго села рядом, и мы принялись смотреть сериал. Это было что-то подростковое, но, в целом, довольно атмосферное. Хотя таких сериалов и выходило довольно много, нам они нравились. Сначала мы смотрели молча и ели ее чипсы. Затем потихоньку начинали вместе смеяться над шутками героев. Но какая-то неловкость между нами все же присутствовала, и лично мне хотелось от нее избавиться, однако я не знал, как начать разговор. Однако вскоре эта неловкость еще и увеличилась в разы, ибо в сериале началась постельная сцена. Марго смотрела ее так, будто на экране показывают документальный фильм о жизни животных. Ее лицо не выражало совершенно никаких эмоций. Или она старалась делать так, чтобы не выражало. Я замечал все это боковым зрением, ибо смотреть на нее в тот момент показалось бы странным. На самом деле мне нравилось просто сидеть вот так и ни о чем не думать. Редко когда в жизни выпадает момент, когда человека действительно ничего не беспокоит. Наверное, постоянная тревога заложена у нас в природе. Мы переживаем буквально обо всем: о том, что не сдадим экзамены, о родителях, о своей репутации и даже о том, нравишься ты человеку или нет. Наверное, это проходит только к старости. А может, даже и усиливается. Я отвлёкся, погрузившись в эти бесполезные размышления, и не заметил, как Марго уснула. Причём, она сделала это сидя в весьма неординарной позе: прислонившись к стене и положив голову на подоконник. Её лицо было так близко, и я зачем-то принялся его рассматривать, замечая все достоинства и недостатки. Нет, её внешность не была идеальной. Мне совершенно не нравились её пухлые щеки. Я любил скулы. Но мне безумно нравились её губы: они не были ни сухими, ни потрескавшимися. Они были просто идеальны. Вдруг раздался стук в дверь, и мне пришлось встать, чтобы открыть ее, ибо Марго всегда зачем-то запирала нас на ключ, утверждая, что так безопаснее. Это оказались наши друзья, которые уже готовы были позвать нас на завтрак. Я пустил их в домик, ибо на улице все ещё шёл этот ливень. — А че это ты на его кровати? — спросила Майя, слегка ухмыльнувшись. Марго разминала шею, которая, видимо, затекла от неудобной позы для сна. — Сериал смотрели, — сухо ответила она, взяла свои вещи и пошла переодеваться. Стас бросил на меня какой-то странный взгляд, ухмыльнувшись уголком губ. Андрея и Миши, естественно, с ними не было, ибо они вообще не должны были показываться в лагере днем, чтобы администрация не узнала. День прошёл совершенно бессмысленно и глупо. У нас были очередные конкурсы для сплочения отрядов, которые нафиг не нужны были ни отряду, ни вожатым. Но последние хорошо старались делать вид, что им это интересно. Ещё и погода была хуже некуда. Даже в тёплой одежде я чувствовал, как мурашки ползут по спине от ледяного влажного ветра. Многие из нас вернулись в домики с насморком или даже кашлем. Я весь день мечтал лишь о своей тёплой постели и горячем чае, поэтому когда добрался до них, не хотел в этой жизни уже больше ничего. Но когда я уже допивал свой чай в ожидании Марго, с которой мы собирались продолжить смотреть утренний сериал, в домик ввалились буквально все наши друзья. С ними были и Андрей с Мишей. — Надеюсь, вы не против провести с нами время, — с улыбкой бросила Майя, усевшись на пол и доставая из рюкзака пиво в металлических банках. — Если что, мы не с пустыми руками, — добавила она. — А где эта... любовь всей твоей жизни? — спросила она, подняв на меня взгляд. Я уставился на неё с диким недоумением, ибо просто не понял того, что она говорит. — Ты о ком? Остальные усмехнулись, будто все было настолько очевидно, что не требовало пояснений. — Марго где? — В душе, — сухо ответил я, закатив глаза. Мне не нравилось, что они так странно себя вели. Будто видели то, чего просто нет. Они все уселись на полу и принялись поглощать пиво. Я предпочёл остаться на своей кровати, ибо там было просто удобнее. От пива мне только больше хотелось спать, но приходилось держаться их последних сил. И чтобы не провалиться в эту вязкую темноту, я решил завести какой-нибудь более менее интересный разговор. — А почему у тебя такое странное имя? — спросил я у Миши, когда она дорассказала какую-то историю про отравление в привокзальной закусочной. — Моё полное имя Мишель. Я родилась во Франции. Но мои родители русские. — Вы недавно переехали сюда? — опередил меня с вопросом Стас. Миша ухмыльнулась уголком губ и перевела взгляд на него. Она отрицательно покачала головой и сказала: — Мы вернулись в Россию два года назад. Мои родители в городе, который за тысячу километров отсюда. — И что ты тогда делаешь здесь? — спросил он, приподняв бровь. — Я сбежала, — с совершенно невозмутимым видом ответила она. Стас сидел рядом со мной, только на полу. Он так был поражён её ответом, что ему пришлось повернуть голову практически на сто восемьдесят градусов, чтобы бросить на меня этот взгляд недоумения, которым обычно обмениваются друзья в непонятных ситуациях. Обстановку разрядила Марго, которая вышла из душа в своей мятой белой футболке и с мокрыми длинными волосами, которые она небрежно вытирала полотенцем. — О, а это че за сборище? — удивлённо застыла она, уставившись почему-то на меня. — А что ты на меня смотришь? У подруги вон своей спроси, — сказал я, указав на Майю. — Подруга моя, — обратилась к ней Марго. — Дай и мне пива, пожалуйста. А то жить в одном домике с этим человеком такой стресс, — заявила она. — Взаимно, — коротко бросил я и сделал глоток из своей банки. В тот вечер мы занимались всякой ерундой. В основном, играли в карты, смеялись и разговаривали. В какой-то момент все начали расходиться, потому что было уже довольно позднее время. Майя и Марго о чем-то заговорились со Стасом; Марк вместе с Андреем и Мишей уже направились в сторону своих домиков, а Алена осталась сидеть на крыльце в ожидании Майи. Я решил ненадолго присоединиться к ней. Только она оставалась все это время трезвой, как стекло, поэтому мне было слегка неловко с ней наедине. Хотя если бы я не был пьян, я бы вообще не рискнул к ней приблизиться. — Давно мы с тобой не разговаривали, — пробормотала она тихо, бросив на меня короткий взгляд. — Да уж, — согласился я. — Почти два года прошло. Она вновь посмотрела на меня, но я даже и не повернулся. Я просто не мог выносить этот взгляд. Она, к моему сожалению, заметила это и сказала: — За это время ты так и не научился смотреть мне в глаза. Я как-то печально усмехнулся. — Извини. Я не могу. — Ладно. Я понимаю. И хотя на первый взгляд наш разговор не имел никакого смысла, для нас обоих в этом диалоге было колоссальное значение. Мы долго молчали. Я слышал, как из домика доносились громкие немного пьяные голоса. — Она тебе нравится? — спросила Алена, продолжая сверлить меня этим взглядом. Я не хотел ей врать. Наверное, Алена была единственным человеком, которому я никогда не врал. — Да. Она слегка улыбнулась, довольствуясь тем, что была права. — Если у вас все получится... — начала она. — Наверное, стоит рассказать ей правду. — Я так не считаю. — Мне категорически не понравилась её идея. — Я все ещё думаю, что никто не должен знать... — О чем болтаете? — спросила вдруг Майя, закончив наконец свою дискуссию. — В общем-то, мы можем идти, — обратилась она к Алёне, так и не дождавшись ответа на свой вопрос. Мы попрощались со Стасом, и он пошёл провожать девочек. Марго же села рядом со мной и уставилась куда-то в сторону главной аллеи, где были единственные во всей округе источники света. — На самом деле алкоголь - это самое страшное, что есть на этом свете, — сказала вдруг она. — Ты опять переборщила? — Я настороженно взглянул на неё. Ночь была довольно тёмной, поэтому я мог видеть только очертания её лица и тусклый блеск в глазах, как от еле живого светлячка. — Нет, я в порядке. — И она действительно была в порядке, судя по голосу. — Просто... — Марго осеклась, видимо, сомневаясь, стоит ли мне говорить лишнее, да и интересно ли мне вообще. — Просто твой отец? — Я решил сделать "шаг навстречу". — Да. Он вообще редко бывает трезвым, — проговорила она, буквально выдавливая из себя каждое слово. — Такое ощущение, что все моё детство прошло в пелене сигарного дыма, спирта и перегара по утрам. Будто это было и не со мной вовсе... Будто это была чья-то чужая жизнь... Я долго молчал. Напряженную тишину игнорировали лишь сверчки. — Я давно хотел спросить, — наконец собравшись с мыслями, начал я. — А где твоя мать? Она какое-то время молча просто смотрела на меня. — Я очень плохо её помню. — Марго перевела взгляд куда-то в небо. Я заметил, что ей больно об этом говорить, потому что её голос начинал дрожать. — Но отец сказал, что она сидела на героине... И когда мне было три, у неё случился передоз. — Марго держалась, как мне казалось, из последних сих. — Он сказал, что она была ужасным человеком, и её не должно быть жалко... — Голос Марго все-таки дрогнул, и я понял, что по её щекам начали стекать слезы, хотя и не мог разглядеть этого. — Но мне кажется... что она ни в чем не виновата. Это только его вина. Мне стало так жаль её, что я даже не смог выразить это словами. Было видно, что все это долго копилось в ней. И как это обычно бывает, выплеснулось от одного не особо значимого для большинства людей вопроса. Я не стал ничего говорить. Я просто повернулся к ней и обнял. И действительно, обнял по-дружески. Мне просто хотелось поддержать её, и я надеялся, что она все правильно поймёт. Марго уткнулась в моё плечо, периодически всхлипывая, а я осторожно поглаживал её волосам в надежде, что она успокоится. И так мы просидели минут десять. Молча. Потому что слова тут просто были лишними. Когда она отстранилась, то ещё какое-то время пыталась разглядеть моё лицо в темноте. — Спасибо тебе, — сказала вдруг она. — За что? — За то, что выслушал. Сейчас это редкость. — Мы же друзья. — И на этот раз в моих словах не было никакого скрытого смысла или сарказма. Тогда я понял, что мы с ней действительно стали друзьями.