всё хорошо.

относительный вечер покрывал пространство перед глазами, заворачивая всё сначала в белый, а потом и в тёмный туман бессознания. главное - успеть до того, как волна темноты накроет тебя и твой путь к отступлению. если попадёшь на это зрелище, тогда ты уже заранее становишься пропавшим без вести. холодная вода омывала мелкие камешки на песчаном кусочке берега. деревянные, давно оставшиеся без краски на своей поверхности, ступени плесневели всё более ярким зелёным недугом, но острожно хранили пространство на одной из них специально для постоянных гостей - джоша и тайлера. какие-то книги, бережно взятые и положенные в сумку, сейчас лежали на голом песке и пачкали драгоценные страницы с наборами букв, которые сливались в слова, скачующие от одного знака препинания к абсолютно другому. всё эти крючки и запутанный смысл были способом тайлеру открыться раньше, когда не было так переменчиво. сейчас, открыв книгу на абсолютно непонятной странице, он мог начать читать, перескакивая со строчки на другую, отчего получался несвязный бред, и о котором они с джошем вели дискуссию до белой дымки на воде, перекатывающейся по волнам от слабого ветра. это место джош нашёл совсем недавно, разглядев в нём что-то приятное и полезное. всегда дома сидеть нельзя, а тут ещё и пространство рядом с водой, которое тайлер так полюбил за своё недалёкое детство. они вместе решили, что выбираться сюда с хорошим настроем было бы неплохо. стихающая тревога просто ждала, пока они отдохнут, чтобы налечь ещё сильнее. и именно сегодня, вечером холодного окончания октября, они снова здесь. с тягучими фразами, тёплыми старыми свитерами и надеждами на хорошее будущее, размышляют о том, какая погода может быть завтра. как могут лечь облака, закрывая лес белой пеленой. как может взойти солнце, осветив спящие усталые лица через открытое окно. прозрачная вода ласкала песок тихо и спокойно. кралась к вытянутым босым ногам, медленно и размеренно. чувствовался холод, исходящий от потемневших от захода солнца растений, которые окружали тайлера и джоша со всех сторон. они помогали отвлечься. лечь на дно другого, холодного мира. забыть о том, какой вкус был у сегодняшнего чая, ощущая только прохладу октября, которая забивалась в нос и одежду, невесомо обволакивая и оставаясь на коже. холод. пальцы закололо, из-за чего тайлер начал их неестественно выгибать в другую сторону, еле касаясь безымянным пальцем тыльной стороны ладони. полусонно направив глаза на протянутые руки с пледом в них, он осторожно помотал головой, отмечая прошедшую боль в висках. возможно, сегодняшний вечер не так уж и плох. моменты всегда скрашивали ожидание будущего. джошу хотелось понять, почему сидящая перед ним согнувшаяся фигура так устало наблюдает за утками, которые клевали давно распухший и чуть не тонувший кусок хлеба. вытянутая рука, направленная на чужую, в поисках тепла была осторожно принята беспокойным взглядом, который интересовался. интерес был в мыслях чужой головы. вторгающийся в личное пространство осторожно, перекатываясь с одного тёплого бока на другой, словно кот. выдерживая чужие глаза на своих, тайлер осторожно двигается ближе, бессловесно прося защиты. защиты от тёмных туч, будто те хотели нагнать и смыть устоявшееся спокойствие, налив в ямочки на скулах от улыбки кошмарные сны. покрытые теплом локти касаются его, от чего невольно вздрагиваешь, но не когда это единственное, что у тебя есть. буквально. тайлер осторожно облокачивается назад, встречая спиной спокойно вздымающуюся грудь. тихое, размеренное дыхание чуть выше головы делало тайлера особенным. особенным для джоша. расслабленная фигура, отдававшая тепло всему, до чего дотянется. до боли нежно-розовые, обнимающие воздух между пальцев. спящая улыбка с поднятыми тёмными зрачками, с полным, открытым взглядом наблюдали за ворохом почти принявших свой естественный цвет волос. как они резко рвутся в сторону с ветром, будто они - это маленький пёс, посажанный на цепь, тут увидел ярко улыбающихся людей и рванул вперёд, но цепь до сих пор покоится на шее. тот клочок хотелось освободить от вечного бытия на голове любимого тайлером человека, но, увы, нельзя убивать то, что само скоро лишится жизни. это нормально и именно так всё было и задумано. тёплая рука джоша прошла невесомо по чужому знакомому до каждой родинки плечу, скользя на грудь, находя это место самым близким. близким и в физическом плане, и в смысле доверия. именно это место было близко к той части организма, которая, как глаголят сказки, любит. или ненавидит, или наслаждается чем-то блёклым, но тёплым. люди отчаянно искали в себе часть, где рождаются чувства и самые искренние слова. они явно нашли для себя, но каждая, тайлер клянётся, каждая частичка его рук, глаз и лица обожали, когда до них долетало прикосновение тёплых розоватых подушечек пальцев и плыли в блаженном неведении всё оставшееся время. до взрыва бомбы, которая была способна разрушить всё. но мысль о том, что это всё фарфоровое и хрупкое как сушёный лист, они прятали как можно глубже от глаз. так и вправду становилось легче. тепло. всё тело тайлера обволокло теплом, хотя плед уже был холоден, будто трава, на которой лежал. импульсы прохлады пробегали от кончиков пальцев до голых пяток, заставляя встрепенуться, потому что это явно не лучшее чувство. но руки на груди выводили круги и полосы в такт рисунку на одежде. они твердили, что всё, абсолютно всё, хорошо. пальцы взлетели наверх, на что зрачки, похожие на горевшие угольки, запрокинулись назад, встречая такие же. обеспокоенные. скоро всё станет лучше. но именно сейчас им нужно идти. смиренно в свой мир, полный тепла и спокойствия. джош грустно улыбнулся и начал собирать все книги в рюкзак. им пора домой.