Обе Бездны

- После этой навской свары ещё очищать и очищать нам Ликдул и окрестности... - Адора приподнял большой листок покровки, под которой пряталась лесишка с тремя шляпками - хотя обычно у этой породы грибов всего одна. - Помогу с этим, - Торстейн вдохнул воздух - он уже был свежим, без странных, незнакомых запахов. - Мне спокойнее в лесу, чем среди драконов. Хотя меня и тянет к некоторым... Всё же не могу себя пересилить и бегу от них. Тут вольнее, на природе. - Я не сказал бы, что живу тут в одиночестве, - махнул Адора пушистым хвостом, показывая на лес. - Конечно, по долгу службы я должен больше времени проводить в лесу, но и наведываться в Ликдул нам никто не помешает. - А зачем? - Ответствовал Торстейн как можно скучнее. - Как минимум к Малреке за бутылками, - Адора, усмехаясь, присел на хвост, откидывая лапы. - Доставай свою. - Я не взял, - Торстейн распахнул и сложил крылья. - Спирт сжигает клетки мозга, и тело хуже принимает сигналы ауры от сознания. А если рано начать пить, как Малрека - вообще перестанешь расти. - Жёстко тебя Нарата отшила, на себя уже не похож... - Адора вытащил из-под крыла прозрачный сосуд, но к содержимому его не притронулся - ещё бы, после такой яркой словесной картины. - Нарата меня не отшила, - Трэвейл отвернулся, опуская уши. - Сам её боюсь даже после признания. Слишком она легко согласилась. - Скорее, быстро, - поправил Адора, - а вот легко ли... не думаю. - С чего ты взял? - Не обернувшись обратно, Торстейн всё же поднял уши. - Хотя бы с того, что ты для неё настоящий друг, а не только любовник. Поцеловать друга, не перестав с ним дружить и не переписав из равного в собственность, требует большой волевой выносливости. - С настоящим другом можно душу открыть, как я с тобой. С нею этого не могу ни тогда, ни сейчас - не важно, есть у неё кто-то ещё или нет. - Между прочим, на свете ещё полно достойных самок - даже Нарата это знает. Во всяком случае, в Ликдуле любят такую прямолинейность, открытость, а, что ещё важнее, преданность. Всё равно вы спасёте друг друга из любой передряги, от врагов и от самих себя. Это самое ценное, что вообще может быть в драконе, - с этими словами Адора растворил бутылку в карманном и поднялся на лапы. - Идём. Надо взглянуть, не изменилось ли из-ха этой гадости озеро. Не хочется потом вылавливать из него неосторожных драконят. - Да, ты прав... - Торстейн последовал за своим настоящим другом. - Друзей-ликдульцев выловили бы, даже если не хочется! - Откуси язык! - Со смехом пнул крылом бело-красный рыжего. Друзья спускались с крутого берега, не решаясь взлетать, тревожа гнездовья озёрных птиц на скалах. Драконессы, сидящие на вершине обрывистого склона, вели себя столь же осторожно и тихо. Острые издалека скалы вблизи не воспринимались столь неудобными - и всем лучше искусственных, вытесанных тронов в душном зале. Прогретые солнцем, где-то в обивке мха, а дворец - вся необъятная планета. Горизонт испещряли неровные гребни гор, среди которых выделялся лишь Утгард - не такой ровный, как Авваатер, но всё же прямой, аккуратный и величавый. Младший брат древних утёсов. - Мой родной Махаар был вытесан прямо в потухшем вулкане, - Хубур начала погружаться в едва сохранившиеся воспоминания детства. - Навий город на островах немного на него похож, судя по твоему описанию, - Нарата перебила, пока сама не забыла об этом сказать. - Может, там тебе будет проще? Всё равно Инанне нужен кто-то свой среди своевольных союзников. Вдруг им взбредёт в голову что-нибудь отчебучеть, а мы и не узнаем о том. - Тебя воспитывали правители, Нарата, это видно сразу. С твоей точки зрения, каждый дракон должен что-то делать и быть полезным остальным. Не все существа столь амбициозны, и не каждый готовить тратить свою волю на всех окружающих, - Хубур прирасправила крылья по скале, коснувшись их перепонкой перьев на сложенных крыльях "мал-сара". - Может, это слова Тьмы во мне? - Та отстраняться не стала, но и бросаться в обнимку тоже. Продолжила сидеть почти неподвижно, словно стремясь срастись с камнями. - Я не вижу себя отдельной от вас. - А слитой с нами неразрывно вплоть до потери нами собственной воли? - Хубур пересела ближе, Нарата наконец повернулась к ней: - Воля должна совещаться с совестью, от иных - один вред, одна неприязнь окружающих. Это нам и хотели сказать что Свет, что Тьма. - Не всем хватает ума понять, что совесть выгодна... Хотя, я надеюсь, теперь и до навов это дошло, - Хубур посмотрела на свой хвост и на хвост Нараты, не зная, чей взять в лапы, но подруга её наконец поднялась. - Без ума и мудрости вообще ничего правильно в жизни не сделать, поэтому мы ещё учимся. - Ты уже многому научилась, хотя сама этого и не заметила, - произнёс Торстейн, заставив крылатую быстро оглянуться. - Но я надеюсь, что дружба наша сохранится. - Твоей волей.