Ты мне необходим

Утренняя прохлада приятно освежала кожу. Ранним утром необычайно свежий воздух и нежная ласкающая слух тишина. Шершавая лента дороги тянулась, казалось, до самого горизонта. Бледно-голубое небо медленно окрашивалось алым, отражаясь в лобовом стекле Импалы. Это зрелище завораживало. - Красиво, правда? - восторженно пробормотал Дин, дурашливо толкая брата в плечо. Тот бросил хмурый взгляд на нежно-алый диск, поднимающийся из-за горизонта, согласно кивнул и снова отвернулся, погрузившись в собственные мысли. Восход солнца, конечно, вещь очень красивая, но не такая уж и необычная. Сэму, в принципе, вообще наплевать на окружающую их природу. Он не замечает ничего, кроме Дина - это, пожалуй, и есть его личное солнце, закат, восход и яркий космос в одном флаконе. Задумавшись, он достал из кармана пачку сигарет и, совершенно забыв, что брат рядом, закурил. Курить он начал еще в Стенфорде. Это не было желанием выпендриться или влиться в бесшабашную студенческую кампанию. Это было своеобразным "спасением" от царапающей сердце тоски. Тоски по любимому брату. И все это время Дин даже не подозревал, что младший курит. Да и делал Сэм это очень редко, только в те моменты, когда все внутри сжималось от сухой удушающей тоски или ревности. А сейчас просто потому, что Дин слишком близко - стоит, касаясь плечом и улыбается так, что сердце стучит где-то в горле. И так хочется прижать к себе и, наплевав на гребанные запреты, впиться в давно желанные губы. - Сэм! - возмущенный голос Дина грубо вырвал из омута греховных мыслей. Сэм повернулся к охотнику и приподняв бровь, вопросительно посмотрел в зеленые глаза. Совершенно не понимая отчего в них столько возмущения и удивления. - Когда ты начал курить?! - Дин нахмурился и скрестил руки на груди, ожидая объяснений. Чертыхнувшись, Сэм отбросил сигарету в сторону, мысленно ругая себя за собственную глупость и неосторожность, и виновато закусив губу, молча опустил голову, ожидая, когда на его голову обрушится армагедон в виде воспитательных нотаций. На Дина он старался не смотреть, ибо в моменты злости тот уж очень сексуален. Но армагедона не случилось. Вместо этого Дин вдруг тяжело вздохнул, приподнял его за подбородок, и задумчиво посмотрел прямо в глаза. - Кто она, Сэмми? - тихо спросил он. Обычно твердый и насмешливый голос, прозвучал как-то непривычно глухо и безжизненно. Дерзкий малахитовый взгляд потускнел, словно над глубоким озером сгустились темные тучи. - Кто? О чем ты? - хрипло прошептал Сэм, нервно сглотнув. - Девушка. Я же вижу - в последнее время ты сам не свой. Влюбился, братишка. Ну, поделись со мной. Кто украл твое сердце? "Ты! Ты! Ты!" - мысленно выкрикнул Сэм, но в ответ лишь горько улыбнулся. - Ее нет, Дин. Просто не существует. Я не... влюбился, - он невольно поморщился, чувствуя омерзительный вкус собственной лжи. - Правда? - "тучи над озером" моментально рассеились, глаза Дина буквально загорелись изнутри. Сэм медленно кивнул, удивляясь такой внезапной перемене Динова настроения. Впрочем, старший охотник тут же взял себя в руки, дружески хлопнул по плечу и довольно потягиваясь, открыл дверцу горячо любимой детки. - Поехали, Сэмми! Я жутко проголодался! - садясь за руль, весело бросил он. - Да ты всегда голодный! - фыркнул Сэм, устраиваясь рядом. Дин только рассмеялся. Мелькающий за окном пейзаж, тихое урчание мотора и голос брата убаюкивали и Сэм быстро заснул, неосознанно положив голову на плечо Дина. Ехать так было довольно таки неудобно, но Дин лишь чему-то счастливо улыбнулся, прижавшись щекой к макушке Сэма, и тихо подпевая льющейся из магнитолы музыке, немного снизил скорость. - Сэмми... Сэм, вставай! - Дин ласково тормошил брата за плечо, старательно пытаясь разбудить, но Сэм просыпаться явно не собирался, - Сэмми! - он невесомо коснулся пальцами его щеки и неожиданно залип на приоткрытых губах охотника. Плохо соображая что делает, склонился и осторожно поцеловал... это было похоже на сладкий удар тока. Одуряющая дрожь пронеслась по телу, пронизывая до самых кончиков пальцев, в голове аллюром носились мысли. Боясь позволить себе лишнего, он неохотно отстранился, но продолжил водить пальцами по лицу. - Дин... - Сэм заворочался, зевнул и открыл глаза, - что ты делаешь? - он сонно посмотрел на Дина. Спросонья ничего не мог понять, но чувствовал невероятно приятные, ласковые прикосновения к скулам и подбородку. - Я... ты... мы... Мы приехали! - Дин резко одернул руку, нервно улыбнулся и поспешил выбраться из машины. Прижавшись спиной к прохладной дверце, он шумно выдохнул и сосредоточено потер переносицу. Младший выбрался следом. - Дин, ты в порядке? - в голосе брата было столько тревоги и заботы, что Дин невольно потянулся к нему и, неожиданно для самого себя, крепко обнял. - Все хорошо, Сэмми, - он зарылся лицом в его волосы и с наслаждением вдохнул их запах, - Я просто... проголодался, - кусая губы, приказал себе не думать об этом волшебном поцелуе. Невыносимо хотелось вновь почувствовать мягкость чужих губ. - Не думал, что голод на тебя так влияет, - удивленно произнес Сэм, обнимая брата в ответ. - Ага, - заторможенно согласился тот, с большой неохотой разрывая объятия. В кафе было пусто и тихо. Дин заказал пиццу и крепкий кофе. Молоденькая официантка забрала заказ и ослепительно улыбнулась... Сэму! В этот момент Дин впервые почувствовал мощную, жгучую, ни с чем не сравнимую ревность. От этого страшно-неправильного чувства свело скулы, а глаза потемнели, приобретая оттенок морской волны в грозу. Он послал официантке уничтожающую улыбку и откинувшись на спинку стула, сцепил руки в замок, прожигая яростным взглядом столешницу. Сэм же задумчиво смотрел в окно и, поэтому пропустил эту необычную сцену открытой ревности. Когда принесли их заказ, Дин холодно поблагодарил девушку и сел так, чтобы, по возможности, заслонить собой брата. Официантка, видимо, почувствовав волны неприкрытой враждебности, исходящие от зеленоглазого охотника, молча удалилась. Дин внутренне возликовал. Сэм равнодушно посмотрел на треугольники пиццы, и отодвинул от себя тарелку - аппетита не было совершенно. Как, впрочем, и настроения. - Сэмми, что случилось? - встревожился Дин. - Почему обязательно должно что-то случиться?! - неожиданно разозлился Сэм, - Может, я просто не хочу есть!.. - он поймал удивленный и обиженный взгляд брата, и тут же почувствовал горячий стыд, - Прости, Дин... - Ничего. Все хорошо, - сдавленно пробормотал тот. Завтрак прошел в напряженном молчании. Дину было очень обидно и больно от столь резкого и раздраженного выпада братишки; Сэму - стыдно. Сэм чуть ли не силой заставил себя съесть один кусочек пиццы и запить ее горячим кофе. Снова захотелось курить, но он проигнорировал это гадкое чувство. Минут через двадцать они вышли из кафе и сели в машину. У Дина был вид очень несправедливо обиженного ребенка. - Дин, пожалуйста, прости! - не выдержал Сэм, - Не обижайся! Я просто... - Ты просто влюблен, Сэм, - перебил его Дин, - и не нужно этого отрицать! - голос сорвался, он глубоко вдохнул и вырулил с парковки. Сэм пораженно замолк, невидящим взором уставившись в окно. Да, черт возьми, он влюблен! Влюблен в сидящего рядом человека! В старшего брата!!! Как же хочется курить! Сигареты, кажется, прожигали карман и рука сама потянулась за порцией никотина. Нужно успокоиться... Дин внезапно резко затормозил и съехал на обочину. - Что ты делаешь? - без всякого интереса спросил младший охотник. Дин молча склонился к нему, так, что Сэм грудью ощутил биение чужого сердца, волосы Дина щекотали подбородок и шею. Он так же молча вытащил из кармана Сэмовой куртки полупустую пачку сигарет и с каким-то непроницаемым удовольствием выбросил ее в окно. - Еще раз я увижу тебя с сигаретой, придушу собственными руками, - твердо и сухо пообещал Дин, снова вжимая педаль газа в пол. - Перестань обращаться со мной, как с маленьким ребенком! - взвился Сэм, - Я уже взрослый и сам решу, как мне распоряжаться своей жизнью! Тебе что, больше некого доставать?! - он почти кричал, хотя и сам отлично осознавал всю несправедливость своих слов. Дин ведь просто заботится о нем. Дин ведь просто старший брат. - Все сказал? - спокойно поинтересовался Дин. Голос звучал ровно и бесстрастно, но Сэм видел - брату больно. Очень больно. Руки едва заметно дрожали, а кадык судорожно дернулся, выдавая с трудом сдерживаемые слезы. Видеть это было невыносимо. Но ужасней всего было осозновать, что причиной этой боли являешься ты. - Пожалуйста, Дин, прости меня! Я не хотел говорить этого! Я... - он всхлипнул, -... я не думаю так на самом деле. Ты... очень важен для меня. И твоя забота тоже. - Какой же ты у меня глупыш! - Дин остановил машину, притянул его к себе и обнял. В этом объятии было что-то... странное, непонятно-волнующее. Дин никогда еще не обнимал его так нежно и... совершенно не по-братски. Здесь было что-то более сильное и удивительное. - Я у тебя дурак, - вздохнул Сэм, прижимаясь теснее и утыкаясь макушкой в подбородок. Дин ласково поглаживал его по спине, неимоверным усилием воли заставляя себя не переступить черту дозволенного. Весь оставшийся день они бесцельно катались по городу, изредка заезжая в многочисленные кафе. Нечисть, видимо, решила на сегодня взять выходной и дать охотникам немного отдыха. Но это отчего-то не радовало. Дин постоянно шутил, что-то рассказывал, но... все это было, словно иллюзией беседы. Между ними явно чувствовалось напряжение и какая-то недосказанность. Дину необходимо было говорить. Все, что угодно, лишь бы хоть чем-то заполнить это неясное напряжение, воцарившиеся между ними. Молчать было просто невыносимо! А Сэм именно это и делал. Слушал, кивал, но на словесный контакт не шел. Дину это не нравилось. Это было ужасно. Это пугало и раздражало одновременно. Отчаявшись разговорить брата, он без всякой надежды предложил сходить в кино. Сэм перевел на него безгранично усталый и измученный взгляд и отрицательно покачал головой. Снова молча. Винчестер-старший едва не задохнулся под этим взглядом. Сэм выглядел таким хрупким и беззащитным, что Дину до ужаса захотелось прижать его к себе, спрятать, защитить от всего мира и... целовать, целовать, целовать пока не помутнеет в глазах! Но он только коротко вздохнул и уставился на дорогу. Хотелось глупо и совершенно по-детски заплакать. Ближе к вечеру, они остановились у мотеля; Дин закинул сумку с вещами и книгами на кровать, и вновь собрался куда-то идти, сказав брату, что хочет немного развеяться. Тот снова молча кивнул, и отвернулся. Дин пару минут стоял на пороге, глядя на его поникшие плечи и спину, сам толком не понимая, чего ожидает. Того, что брат остановит? Но Сэм не останавливал, не задавал вопросов, он вообще ничего не делал. Только стоял, рассматривая стену. Так ничего и не дождавшись, Дин ушел. Сэм остался в одиночестве. *** Вместе с ночью пришла холодная тоска. Сэм лежал вглядываясь в темноту; Дина все еще не было. За окном завывал ветер, предупреждая о надвигающейся грозе. Винчестер поежился, натянув одеяло до подбородка - он с детства боялся грозы. Просыпаясь от раскатов грома, приходил в кровать брата и прижавшись к нему, тревожно вслушивался в симфонию дождя и ветра. Дин обнимал его, что-то успокаивающе шептал и, кажется, даже пел. В детстве было проще, можно было спокойно обнять Дина, забраться на его колени с просьбой почитать сказку, или, уткнувшись в грудь, уснуть. Сэм вздохнул и горестно усмехнулся. Почему в этом мире все так сложно?! Почему нельзя просто подойти, обнять и открыть все то, что так долго скрываешь?! Какого черта нужны все эти идиотские запреты, табу и правила?! Можно подумать, что для любви это преграда... Для Сэма это не было преградой, он просто боялся, что признавшись в чувствах, не получит взаимности в ответ. Ударил гром и по крыше забарабанили первые капли дождя. На улице послышались шаги, дверь тихо отворилась, и в номер вошел Дин, впуская в маленькое помещение аромат влажной листвы и мокрого асфальта. - Сэмми, ты спишь? - вполголоса поинтересовался он, наощупь продвигаясь вперед. Сэм закрыл глаза и отвернулся к стене. Не хватало еще, чтобы Дин думал, что он его тут ждет. Дин шепотом выругался, наткнувшись в темноте на рюкзак брата, затем стянул с себя мокрую куртку, разулся, и...забрался под одеяло к Сэму, обняв того за талию. От неожиданности Сэм машинально дернулся в сторону, но Дин что-то возмущенно прошипел и лишь крепче обнял его. У Сэма закружилась голова, во рту пересохло, он испуганно замер; все это казалось ему каким-то нереальным, волшебным сном. Горячее дыхание брата обжигало лопатки, руки по-хозяйски скользнули под рубашку. Сэм вздрогнул и попытался выбраться; его мелко трясло, низ живота жарко заныл. - Солнце, я не кусаюсь! - фыркнул Дин, - Перестань, дергаться! Сэм снова замер; сердце лихорадочно билось, угрожая пробить грудную клетку. От Дина пахло дождем и почему-то свежей мятой. Этот запах вызывал сладкую дрожь по всему телу, усиливая тяжелый жар в джинсах. - Расслабься, маленький! - Дин провел ладонью по его плечу. Сэм рвано выдохнул. Он что, издевается? Как вообще можно расслабиться, когда твой запретный плод так непозволительно близко... - Д-дин...ты пьян? - он чуть отодвинулся, но был вновь крепко прижат к груди. - Нет. - судя по голосу, старший был абсолютно трезв. Это напугало Сэма еще сильнее. Если трезвый, значит отлично осознает свои действия. Он решил дождаться, когда Дин уснет, и выбраться из этого сладостного плена. Однако, тот и не собирался спать. Поглаживая пальцами грудь Сэма, он приподнялся и склонился к его уху: - В детстве ты боялся грозы, - легкое прикосновение губ к щеке, -... помню, как приходил ко мне. Такой маленький...испуганный... - кончик языка прочертил линию от мочки уха к шее, - ты же знаешь, Сэмми, я жуткий собственник и не люблю делиться, а уж делиться тобой не буду ни с кем! Сэм лежал боясь пошевелиться, нервно комкая пальцами край одеяла. Эти восхитительно-желанные ласки полностью парализовали сознание и волю, опутав их жгучей паутиной желания. - Повернись ко мне! - обиженно приказал Дин, кусая брата в плечо. Сэм медленно повернулся и ошеломленно выдохнул, когда Дин подался вперед и прслонился лбом ко лбу. - Не бойся, маленький, я просто хочу показать тебе, как сильно люблю! - хрипло шепнул он, впившись в губы брата так, словно жадждующий в пустыне к спасительному источнику воды - жадно, стараясь полностью впитать в себя, прочувствовать. По всему телу вновь прошли одуряюще-сладкие разряды тока, мысли в голове разлетелись ярким цветным фейерверком. Это было невероятно, потрясающе, волшебно! Это опьяняло сильнее любого вина. Оглушенный столь крышесносными ощущениями Дин довольно чувствительно прикусил нижнюю губу брата. Сэм возмущенно засопел и отстранился. - Прости, - Дин нежно лизнул укус, виновато потерся лбом о плечо, ласкаясь. - Все хорошо, - загнанно дыша, Сэм робко поцеловал его в переносицу. Он явно не собирался отталкивать, и это заметно ободрило Дина. Хотелось большего. Хотелось слиться с братом, почувствовать его до невозможности близко, частью себя. Он ловко уселся на бедра охотника, вызвав у него резкий приглушенный стон. Довольно улыбнувшись, Дин провел ладонью по ширинке брата, наслаждаясь очередным несдержанным стоном и блестевшими голодной страстью глазами. Эта картина полностью срывала башню. Дина затрясло от смеси жаркой похоти и мягкой теплой нежности. Он впервые желал кого-то так безумно. Нетерпеливо ворча и чертыхаясь, он принялся расстегивать пуговицы на рубашке Сэма. Пальцы дрожали, и пуговицы никак не желали поддаваться. Не выдержав, он просто дернул края рубашки в стороны, тонкая ткань треснула, брызнув упрямыми пуговицами; Дин победоносно ухмыльнуся. Склонившись, жарко поцеловал Сэма за ухом, оставив на месте поцелуя яркий засос. Закусив губу, Сэм слегка выгнулся и обнял его, царапая кожу на спине. - Нравится? - еле слышно поинтересовался Дин, целуя его чуть ниже засоса. Младший что-то неразборчиво прошептал, запрокинув голову. Старший осторожно опустился к шее, с удивительной нежностью целуя бледную кожу, кусая и зализывая укусы, стараясь отыскать самые чувствительные места. Сэм до крови кусал губы, в тщетной попытке сдержать рвущиеся наружу стоны. Его тело буквально плавилось от каждого прикосновения брата. Дину же до головокружения нравилось мучить охотника своими ласками; он провел влажную дорожку языком от основания шеи к соску, мимолетно коснулся его губами, и нарочито медленно двинулся вниз. Поцелуи ложились на разгоряченную кожу влажными пляшущими дорожками. Задумавшись, решил позволить себе маленькую шалость: провел пальцами по внутренней стороне бедра брата, сжимая, поглаживая. Дразня. Наслаждаясь волнами дрожи, проходящими по телу Сэма, каждым вдохом, выдохом, стоном. - Диинн... - Сэм уткнулся лицом плечо брата, зарывшись пальцами в его волосы на затылке... я х-хоччу... пожалуйста... Дин... Дин облизнулся, любуясь созвездием засосов, оставленных им на шее, плечах и ключицах. Неловко стащив с Сэма джинсы, он поспешно избавился и от своей одежды. В темных от желания глазах младшего светился страх, сладостное предвкушение и дразнящий огонек азарта. Это взгляд пронизывал насквозь, обжигал. - Доверься мне, малыш... - хрипло прошептал охотник, целуя искусанные губы и, сжав его плечи, резко без предупреждения, вошел. Сэм выгнулся и всхлипнул. - Прости, - Дин мягко накрыл его губы своими, словно желая поцелуями уменьшить боль. Зеленые глаза горели отчаянной жалостью, но двигался он решительно и настойчиво. Вскоре боль прошла и, с каждым ритмичным движением Дина, Сэм ощущал безумное наслаждение, накрывающее его жаркой волной. Они оба тонули, растворялись в этом обжигающе запретном безумии. Наверное, это был рай. Никогда еще Дин не чувствовал себя так хорошо, оргазм был, подобно цунами, ошеломительным, сладким и, на удивление, долгим. Ничего похожего раньше он не испытывал. Хрипло выдохнув, Дин улегся рядом с Сэмом, секунду подумав, взял его за руку и переплел пальцы. - И все же... кто посмел влюбить тебя в себя? - неожиданно спросил он, повернувшись к брату. Сэм посмотрел на него с таким искренним удивлением, что даже в темноте стало видно как соблазнительно приоткрылся его рот. - Ты что, издеваешься? - жалобно пробормотал он, сглатывая слезы. Ему вдруг стало больно; мысль о том, что для брата это было всего лишь развлечение, острым клинком резанула по сердцу. Боясь, что сейчас не сдержится и позорно расплачется, Сэм вырвал свою руку из руки Дина, сел на край кровати и принялся одеваться. - Ну ты чего?.. - Дин обнял его со спины и коснулся губами правой лопатки, - Ну прости меня, пожалуйста! Только не уходи, маленький! Ты мне очень нужен. Ты мне необходим!.. - Зачем? - Сэм повернулся к нему устало улыбнувшись, уткнулся носом в шею. - Да потому что я люблю тебя, глупыш! - он ласково приподнял брата за подбородок и прижался к губам. Тихое "Я тебя тоже" утонуло в поцелуе.