Поцелуй прекрасной девы

Бой выдался стремительным, непредсказуемым – идеальным для Кита. Панель управления сияла бело-голубым и напоминала чистый вечерний снег с Земли, а за толстым стеклом расцветали алые взрывы и торчали лиловыми венами провода из подбитых галрийских истребителей. Красная, легкая и верткая, ловила и исполняла мысль Кита раньше, чем тот успевал ее осознать. Лэнс мчался рядом в Синем и корчил рожицы по видеосвязи. Кит по привычке закатывал глаза, но про себя нехотя признавал, что лицо МакКлейна больше не бесит, а скорее успокаивает. Лэнс подмигнул, ухмыльнулся в своей совершенно особенной манере (полыхающие розовым закаты в пустыне, лапша в картонных стаканчиках и ни с чем не сравнимое ощущение свежего ночного ветра), и Кит рванул вперед, едва сдерживая восторженный клич. Это было нетактично, неактуально, неуместно, но в груди у Кита разгорался обжигающий, неутолимый азарт, и он ничего не мог с этим поделать. В конце концов во всем виноват Лэнс МакКлейн и его дурацкая ухмылка, которая будила в Ките подозрительно много эмоций. Да, тупой Лэнс МакКлейн определенно был корнем зла и источником всех неприятностей. Когда последний вражеский истребитель со скрежетом разлетелся по космосу на панели и лопасти, Коран дал команду садиться. Спасенная планета встретила их сине-зелеными облаками, голубыми туманами и мягкой бурой порослью. Красная приземлилась тихо и плавно, рядом, подняв клубы золотистой пыли, опустился синий лев Лэнса. - Две секунды, чувак, две чертовых секунды! – раздосадованный Лэнс прислонил голову к стеклу, но тут же оживленно вскинулся, на лице его снова появилась эта особенная ухмылка. – Но знаешь что, маллет? В следующий раз это ты будешь на две секунды позади. Вот так-то. - И не надейся. Кит едва мог сдерживать кипевшее внутри веселье. Соревноваться с Лэнсом поначалу казалось глупым, но после каждой их беззлобной стычки накатывало необъяснимое желание широко открыть рот и глотать воздух, дышать, дышать и дышать. Ноги утопали во влажной илистой почве, и теперь, выбравшись из кабины Красной, Кит чувствовал, как на этой планете жарко и душно, и даже сквозь шлем ошущался сладковатый запах перегноя. Лэнс подошел ближе, пошатываясь и увязая на каждом шагу, вцепился в локоть. Киту вдруг стало не по себе, и температура атмосферы резко подскочила на пару градусов. Но чувствовать пальцы Лэнса, пусть даже поверх костюма, было до странного приятно, и Кит ощутил легкий укол разочарования, когда хватка с его локтя исчезла. Сквозь бледную лазурную дымку показались львы Широ, Ханка и Пидж. Ребята смотрели на них с Лэнсом недовольно, Широ хмуро качал головой, как бы говоря: «Так нельзя, миллион раз ведь уже объясняли, почему освободительные миссии – это не лучшее время для глупых соревнований». Киту в этот раз даже не было стыдно. Нагоняй от Широ и пинки от Пидж они все-таки получили. Лэнс то оправдывался, то возмущался, и было даже что-то сокровенное в быстрых хитрых взглядах, которые он бросал на Кита из-за плеча. Как будто специальный, только Киту предназначенный сигнал: «Шалость удалась». Или Кит себе это только выдумал. Местные жители оказались удивительно похожими на людей – не так, как Аллура с Кораном, но все же, – и абсолютно по-человечески безалаберными. Искренняя благодарность почти сразу же переросла в еще более искреннее желание устроить грандиозную пьянку и забыть наконец о двух веках угнетения. Киту было все равно, но остальные, кажется, обрадовались возможности немного отдохнуть, а Лэнс вообще сиял, как новогодняя гирлянда. Старейшина, завернутый в ярко-розовую мантию, весело оглядел их всех. - У нашего народа найдется немало даров для отважных Освободителей, - произнес он величественно, но глаза его нетерпеливо и жадно заблестели, когда мимо пронесли несколько пузатых бутылей. – Испейте чаши до дна и узнайте, какой дар выбрала для вас Судьба. Слуги сновали рядом с подносами и свертками, развешивали фонари и что-то друг другу шептали. Откупорились бутылки, из их узких горлышек взвился зеленый пар. Киту подали наполненную чашу, и он сделал маленький осторожный глоток. Горло тут же обожгло, в носу и глазах защипало. - Вы должны допить до конца, - сказал вождь, - на дне чаши руками древних мастеров начертано веление Судьбы, она определит, какой дар под стать великим Освободителям. Кит бы обошелся и без дара, но портить отношения со старейшиной не хотелось. Глоток за глотком он все ближе подбирался к донышку и уже мог разглядеть его блестящую рельефную поверхность. - И-и-ха! – раздалось рядом. Этот голос настолько въелся в мозг, что Кит узнал бы его из тысячи. – Я дошел до слов самой Судьбы! Вот они, я их вижу! - Дай посмотреть, - Пидж вырвала у Лэнса из рук чашу, но ее запал тут же сошел на нет. – Ничего не понимаю, закорючки какие-то. Лэнс жестом подозвал одного из слуг, по-дружески похлопал его по плечу. - Эй, дружище, не объяснишь, что здесь написано? Встроенный переводчик, над которым Пидж усердно трудилась несколько недель, замигал голубым и салатовым. Разговорную речь он переводил отлично, а вот древние письмена ему пока были не по силам. Местный заглянул в чашу Лэнса, присвистнул и посмотрел на него не то с завистью, не то с восхищением. - Отважному Освободителю очень повезло, - сказал он, - отважному Освободителю досталась одна из высших наград – поцелуй прекрасной девы. Кит чуть не подавился своим напитком, в последний миг удержал уже готовый сорваться с языка изумленный возглас и поспешил спрятать лицо за чашей. В голове тут же пронеслись десятки бессвязных обрывочных мыслей. Лэнса все-таки поцелует какая-то девушка? Ха, кто бы мог подумать. Лэнс, наверное, очень обрадовался. Интересно, какие у Лэнса сейчас глаза? Лэнс получит первый в жизни – Кит уверен в этом, что бы МакКлейн ни рассказывал о своих любовных приключения, – поцелуй. Лэнс получит поцелуй. От прекрасной девы. Чертов Лэнс МакКлейн получит поцелуй от прекрасной девушки, как и мечтал. А что же сам Кит, что он будет делать в это время? Во рту стало горько, в груди больно закололо, и Кит сам не знал, готов ли он сейчас увидеть светящееся от счастья лицо МакКлейна. Запах гнили вдруг усилился, и внутри все налилось тяжестью от обиды. Кит не мог себе объяснить, что пошло не так. Всего час назад они с Лэнсом носились по космосу наперегонки и соревновались, кто подобьет больше галрийских кораблей. Вокруг были бескрайние просторы Вселенной, а совсем рядом – лицо Лэнса, по-детски глумливого, неряшливо растрепанного. Киту было хорошо, а Лэнс был рядом. Киту казалось, что они будут вечность вот так соревноваться, подкалывать друг друга за обедом, шутливо пинаться под столом и наперегонки бегать к бассейну. Но теперь Лэнс получит поцелуй от местной прекрасной девы, и это было в сущности совершенно неважно, но почему-то все портило. Кит осторожно скосил глаза на Лэнса. Лэнс улыбался местным жителям и был на удивление спокоен. Не прыгал, не кричал от радости и, казалось, совсем не волновался, что его давняя мечта вот-вот исполнится. Это немного успокаивало, но в животе и груди все еще противно тянуло. Надо же, Лэнс МакКлейн получит настоящий поцелуй. В чем твоя проблема, обратился Кит к самому себе. Рано или поздно это все равно произошло бы. Черт, да может, это уже происходило раньше, а Кит просто не знает. И ему почему-то очень захотелось знать. Кит прокрутил мучившую его мысль еще раз. Есть дурацкий, глупый, раздражающий, заботливый, веселый, внимательный, красивый Лэнс МакКлейн. И есть незнакомая девушка из местных, по умолчанию прекрасная. И есть поцелуй, который она подарит Лэнсу. Лэнсу, с которым здорово тренироваться или смотреть на звезды. Лэнсу, который сыплет направо и налево тупыми шутками и может смотреть так ласково и понимающе, что все заботы теряют вес и испаряются. Лэнсу, который, кажется, пересмотрел все фильмы на свете и очень любит свою семью. Вот такому Лэнсу она подарит поцелуй, и это было абсолютно, феноменально, преступно нечестно, потому что незнакомка с только что освобожденной планеты и знать не знала, кто такой Лэнс и почему он достоин самого лучшего поцелуя. А Кит знал. Лэнс надел бумажный колпак. Он носил этот колпак в кармане куртки в тот день, когда они нашли Синего и улетели в открытый космос. А теперь он надел его и выглядел еще глупее, чем обычно. Кит никогда, даже под страхом смерти не признался бы, что Лэнсу идут пестрые бумажные колпаки, особенно в сочетании с радостной улыбкой. Киту отчаянно захотелось, чтобы Лэнс посмотрел на него. Чтобы как можно лучше запомнил его лицо и все еще видел изображение Кита на сетчатке, получая свой дар. Лэнс отвернулся и весело болтал о чем-то с местными. Старейшина встал, окинул взглядом толпу и постучал посохом. Воцарилась тишина, полы его розовой мантии медленно покачивались. - А сейчас, - начал он торжественно и звучно, - пришло время великим Освободителям получить свои дары. Подойди ко мне, Могучий Ворон, - посох указал на Широ. Широ, смущенный пристальным вниманием, неловко поднялся на пьедестал и склонился перед старейшиной. Тот вручил ему горстку Священных Камней. Широ на миг растерялся, но быстро натянул на лицо выражение горячей благодарности и почтения. Пидж получила сосуд с крыльями Небесной Стрекозы, а Ханк – горсть переливающегося на свету целебного мха. Киту досталось два мешочка, обладающих чудесной энергетикой, по словам старейшины, но на деле подозрительно похожих на земные носки. - И высшая награда – поцелуй прекрасной девы, - старейшина прокашлялся, хлопнул в ладоши, и этот звук отдался в ушах Кита похоронным маршем. Вот оно, то самое неизбежное, что неуклонно приближалось весь день. Несколько девушек, до этого сидевших возле старейшины, поднялись и выстроились в ряд. - О, бесстрашный Освободитель, - начал старейшина, обращаясь к Лэнсу, - вот самые прекрасные девы нашего племени. Выбери ту, что больше всего тебе по нраву, и она подарит тебе самый прекрасный поцелуй. Лэнс подошел к девушкам с ясной, открытой улыбкой (у Кита вовсе не дрожали руки), каждой сделал глупый, но искренний комплимент. Эта способность Лэнса всех удостоить вниманием очень нравилась Киту. Наверное, все дело в том, что МакКлейну часто приходилось нянчиться с детьми. Лэнс вообще был очень... черт. Лэнс медлил, и Кит разрывался от желания закричать «да сделай уже это, придурок» или схватить за руку и увести. Лэнс обернулся. Кит на мгновение поймал его взгляд. Это было так обыденно и так незаменимо - переглядываться исподтишка с улыбками, и смешинками, и печалью, и сомнениями. И Кит понял, что не сможет. Не сможет стоять здесь и смотреть, как Лэнс одним-единственным касанием разрушает их особую связь. Корень проблемы так некстати вылез на поверхность, уродливо извиваясь перед Китом. Проблема оказалась проста и одновременно пугающе сложна. Потому что Киту нравилось видеть Лэнса рядом. Потому что улыбка Лэнса, взгляды Лэнса, случайные прикосновения Лэнса вдруг оказались слишком важны. Потому что Кит хотел быть тем, кто подарит Лэнсу поцелуй - самый лучший, или самый страстный, или самый нежный - много поцелуев. Осознание обрушилось на Кита стремительной всепоглощающей лавиной. Это было странно, ужасно, восхитительно, а еще - не вовремя. Лэнс посмотрел на него в последний раз и отвернулся. В конце концов Кит сбежал. Не выдержал и, едва Лэнс отвел взгляд, ушел подальше от шумной взбудораженной толпы. Мох и мелкие тонколистные папоротники хрустели под подошвой. Кит ушел достаточно далеко, и свет фонарей теперь виднелся вдали оранжевыми кляксами, а над головой куполом нависла темнота. Если проблемы не видно, можно представить, что ее нет. Среди приглушенных возгласов и музыки раздались шаги - мягкая подгнившая трава хлюпала совсем рядом. Все ближе и ближе. - Эй, - голос Лэнса, непривычно тихий и серьезный, легко вплелся в ночную тишину. - Все в порядке? Мы тебя обыскались, и я... - Лэнс замялся, шумно выдохнул, - я волновался. Чувак, ты так внезапно исчез, я уже испугался, что тебя похитили. Кит позволил вырваться короткому нервному смешку. Лэнс теперь стоял совсем близко, его теплая ладонь приятно сжала плечо. Лэнс волновался за него, и от этого в груди что-то щемяще скрутилось. Но Лэнс был главной частью совсем недавно свалившейся на Кита Большой Проблемы. Кит вспомнил об этом, и все невысказанные вопросы разом взвились вверх, нависли, наливая пространство вокруг тревожной тяжестью. - Маллет, ты меня пугаешь. Ты что, язык проглотил? Скажи хоть что-нибудь. Кит наконец-то осмелился посмотреть Лэнсу в глаза. Он много чего хотел сказать, но мысли, уже готовые слететь с языка, в последний момент обрывались и терялись в темноте. Лэнс, ты чувствуешь что-нибудь, стоя здесь рядом со мной? Ты бы хотел положить голову мне на плечо после тренировки? Я бы хотел. Тебе нравится просто молчать рядом со мной, сражаться рядом со мной, смеяться рядом со мной? Мне нравится. Кто я для тебя, Лэнс? И Кит, конечно же, сказал совсем не то, что хотел. - Как поцелуй прекрасной девы? Собственный голос показался до жалкого хриплым. Лэнс посмотрел на него внимательно, пожал плечами. - Не знаю. Я отказался. - Ты... Что?! - Кит неверяще уставился на Лэнса, ни чуть не расстроенного, ушедшего с праздника в разгар веселья ради него. - Почему ты отказался? Лэнс придвинулся, и его плечо теперь касалось плеча Кита, а горячее дыхание опаляло щеку. - Знаешь, я когда-то действительно мечтал о чем-то... - Лэнс помахал рукой, - таком. Но в какой-то момент я понял, что все эти парады, почести, праздества не имеют особого смысла, если рядом нет товарищей. Тебя. - Лэнс смущенно взъерошил волосы, и Кит даже в темноте, даже не прикасаясь, мог почувствовать, какое горячее у МакКлейна лицо. - Я хотел сказать, если рядом нет тебя. Кит едва успевал осознавать, что происходит. Слова и ощущения окутывали его с ног до головы, сладкие, теплые, невероятно прекрасные. Дыхание Лэнса медленно переместилось со щеки на губы. - Я подумал, - губы Лэнса двигались в темноте, совсем рядом, - что никакие поцелуи не имеют значения, - просто податься вперед, и тогда... - если они не с тобой. И тогда Кит смог бы его поцеловать. Эта мысль смешалась со словами Лэнса, дыханием Лэнса, голосом Лэнса. Лэнса вдруг стало так много и так мучительно мало, и Кит с запозданием понял, что уже вжимается в его губы своими. Холодный ком паники, волна удовольствия, взрыв неопознанных обжигающих желаний - все поднялось и взбурлило, застучало в висках, закололо в подушечках пальцев. Лэнс выдохнул ему в рот, и Кит не удержался, провел языком по его нижней губе, аккуратно прикусил верхнюю. Лэнс тихо застонал, прижался ближе, и Кит ощутил его шероховатые пальцы на своей шее. Киту было здорово, классно, потрясающе. Лэнс отстранился, посмотрел на него лихорадочно блестящими глазами. Кит хотел еще поцелуй, а потом еще парочку, и десяток, и дюжину, но Лэнс приложил палец к его губам и обнял. Положил голову Киту на плечо, потерся носом о шею и крепко обвил руки вокруг талии. Кит не привык обниматься, но стоять вот так с Лэнсом оказалось замечательно. - Ну так что, - начал Кит шепотом, - этот поцелуй имел смысл? Лэнс ласково замурчал, и Кит подумал, как было бы хорошо получать его ласки каждый день. - Я тебе больше скажу, маллет, это был лучший поцелуй. Ни одна прекрасная дева - местная, земная, еще какая-нибудь - не справилась бы так же круто. - Тебе хоть есть с чем сравнивать? Лэнс замялся, и Кит спрятал смешок в ткани его костюма. - Мне будет с чем сравнить, - заверил Лэнс. - Ты продемонстрируешь мне весь свой арсенал поцелуев, и я выберу лучший. Кит, на секунду напряженно застывший, облегченно выдохнул и рассмеялся - совершенно счастливо. Лэнс все еще был в его руках, и можно в любой момент сорвать с его губ поцелуй. Лэнс будет рядом на тренировках, на миссиях и в столовой, и они никогда не перестанут хитро переглядываться и спорить по пустякам. Лэнс был здесь и сейчас, а Кит - рядом с ним. И никакие прекрасные девы не могли этого изменить.