Часть 1
26 августа 2018 г., 02:04
Примечания:
парочка слов в отзыве не найдется? ;)
***
Чонгук сидит с разведёнными в стороны ногами на диване и расслабляет узел галстука. Попросить своего секретаря немного сменить обстановку было отличным делом, ибо сейчас Чонгук нервно сглатывает и представляет, что это будет и в какое именно русло выльется. Чонгук надеется, что в то самое. Секретарь у Чонгука умница: вовремя выполняет все поручения, записывает все свои обязанности в блокнотик и делает поочередно; гибок в общении, доброжелателен, мил, а ещё у него потрясная задница. Не то чтобы Чонгук думал о Тэхёне — именно так зовут прекрасного секретаря Чона — только лишь в таком ключе, но когда Ким появляется на рабочем месте в неприлично обтягивающих его филейную часть кожаных штанах, Чонгук только своим членом и может думать. День сегодня был слишком загружен, Чонгук сам вымотался, да ещё и Тэхёну досталось, и вот когда Чимин — заместитель Чонгука — попросил немного передохнуть, Чон тут же предложил расслабиться и Тэхёну. Помнится, он даже сказал ему пофантазировать на тему того, как было бы круто совместить приятное с полезным. Тэхён — парень не из глупых; он прекрасно помнит тот взгляд не то чтобы удивлённого Чонгука — скорее возбуждённого. Это польстило самолюбию секретаря, поэтому, когда ему предложили расслабить босса и расслабиться самому, при этом включив фантазию и совместив приятное с полезным, Тэхён дал волю своим потаённым желаниям. Не один тут Чонгук славится дурной славой любителя секса на работе; пожалуй, Тэхён его перегонит. Потому что трахнуться с Чонгуком на всех горизонтальных и не только поверхностях хочется до чёртиков! Дверь тихо поскрипывает, оповещая Чонгука, что он теперь в своём личном кабинете не один. Тэхён улыбается как-то загадочно-хитро, длинными пальцами прикрывает за собой дверь, осторожно хватаясь за ручку, а после закрывает на ключ, который всегда вставлен в замок. — Что вы надумали, Тэхён-ши? — какой же ты лукавый, Чонгук, тебе ведь известно, для чего именно тут Тэхён и что будет тут через несколько минут. Тэхён грацией кошки приближается к Чонгуку, останавливаясь напротив стола для переговоров, берёт в ладонь пульт управления для всего находящегося в этом кабинете и нажимает на кнопочку, после чего шторы из плотной ткани прикрывают окно. Становится настолько темно, что Чонгук теперь видит только очертания фигуры Тэхёна. Тем лучше — некий полёт фантазии. По очертаниям видно, как Тэхён скидывает с себя длинный плащ, а вот теперь секретарь приближается к Чонгуку на минимальное расстояние и присаживается на колени перед ним. — Чонгук-ши, вы хотели немного расслабиться? — Тэхён ладонь свою на коленку чужую укладывает, вверх ведёт, ближе к паховой зоне, а потом резко вниз спускается. Чонгук шикает — здесь только он имеет право играться. Желательно… с одной сладкой дырочкой, языком, например. — Тэхён-ши, не вздумай играть со мной, — Чонгук тихо произносит, голосом своим обволакивая и опуская Тэхёна ещё ниже, чем он есть, — на самое дно, потому что перед таким мужчиной, как Чон Чонгук, сложно устоять. Тэхён коротко хихикает, ладонь вновь на чужую коленку укладывает и вверх поднимается, в этот раз до паховой зоны доходя. Осторожно ладонью обхватывает и судорожно вдыхает кислород. — Я не играю с вами, Чонгук-ши, — секретарь тихо произносит, ладонью слегка массируя уже вставший член через ткань классических брюк. Длинные пальчики юрко расстёгивают ширинку, после стягивая ткань брюк вместе с бельём и высвобождая наружу вставшего чонгукова дружка. Тэхён при тусклом свете, слегка пробиваемом через плотную ткань штор, видит размерчик и неосознанно облизывает губы кончиком языка. — Советую откинуть вам голову назад, Чонгук-ши, и получать удовольствие. И после этого Тэхён губами касается члена около основания, поднимается выше, пока пальцами слегка отодвигает крайнюю плоть. Губы чуть касаются головки, эфемерно целуя, а уже затем горячий язычок обводит её по кругу, спускается ниже по основанию змеевидными движениями, проводя по каждой выпирающей венке. Тэхён устраивается поудобней, шире разводит ноги; язычок сменяется горячим ртом, вовсю впуская в свой плен возбуждённую чонгукову плоть. Старший чуть слышно постанывает в голос, ладонь запускает в белокурые тэхёновы локоны и ею слегка надавливает на затылок. — Малыш, заглотни чуть глубже, — просит Чонгук, а Ким лишь послушно открывает рот шире и позволяет Чонгуку самому толкнуться бёдрами и головкой почти задеть стенку гортани. Хорошо, что рвотный позыв младшему удалось сдержать. Тэхён помогает себе рукой, активно движет головой и язычком вытворяет такие вещи, что Чонгуку повеситься хочется. Он не ошибся в Тэхёне — он просто мастер своего дела. Конечно же, Чонгука до пика не доводят: Тэхён отстраняется, хихикает кокетливо, а после поднимается на ноги. Чонгук, тяжело дыша, хватает свой телефон и включает подсветку: непреодолимое желание рассмотреть Тэхёна всего сейчас, что он, собственно, и делает. Тусклый телефонный свет слабо подсвечивает солнцем поцелованную кожу, но этого достаточно, чтобы Чонгук разглядел портупеи по всему тэхёнову телу, а вишенкой на торте становится широкий ошейник на тонкой лебединой шее. Чонгук одним лишь пальцем просит Тэхёна повернуться спиной; младший понимает, плавно разворачивается и после слегка наклоняется корпусом вперёд, ладонями раздвигает медовые половинки, а Чонгук давится воздухом. Черный кристаллик украшает анальную пробочку, которая и выходит неким гвоздём номера. Нет сил и желания терпеть. Да. — Блять, детка, иди к папочке, — Чонгук протягивает руки, а Тэхён вышагивает к нему, сразу же оказываясь в цепких объятиях, а после старший подминает Кима под себя. Губами касается нежного тела, иногда хмурясь из-за того, что ремни сдавливают бархатную кожу; Чонгук ладонями не спеша проводит по бедру, спускаясь к стройным ножкам, раздвигает их в стороны и устраивается между ними. Губы продолжают исследовать прекрасное тело, сменяясь время от времени на язык. Чонгук хочет сделать приятное в ответ, поэтому пальцами осторожно обхватывает основание пробочки, чуть её вытаскивает, а после вновь вгоняет вовнутрь, слушая, как сладко своим низким голосом Тэхён постанывает прямо на ухо. Затем Чонгук проделывает ту же операцию, вот только в этот раз вытаскивает пробочку до конца и после резко возвращает на место. В награду слышатся тэхёновы частые всхлипывания вперемешку с полустонами. Тэхён губы свои постоянно облизывает, глаза жмурит, а Чонгуку хочется всего Тэхёна на вкус попробовать. Поэтому старший наконец своими губами обхватывает чужие и проникает языком в тэхёнов рот, тут же сплетаясь там с языком младшего. Чонгук целует страстно, влажно и мокро, не выдерживает, толкается бёдрами, имитируя фрикции, а Тэхён ножки свои шикарные за спиной чонгуковой переплетает и двигает бёдрами навстречу. Чон с ума сходит, воздух в себя сильнее втягивает и посылает всё к чертям. Всё, кроме Тэхёна: тот, кажется, восседает в преисподней на троне и думает о том, как бы посильнее развратить Чон Чонгука. По сути, старший даже не против: Тэхён — парень безумно сексуальный, желание захотеть затащить в постель такого почти у каждого возникает, кто работает в компании Чонгука. Вот только незадача: затащить хотят многие, а трахнет здесь и сейчас только один. Пробочка в конечном итоге из Тэхёна вынимается, и её место занимает нечто большее в размерах и горячее по ощущениям. Чонгук входит сразу по основание, обнимает Тэхёна за шею и целует в щёку, пальцами гладит по телу и что-то шепчет на ушко, пока раз за разом толкается бёдрами. — Чёрт, так не удобно, — шикает Чонгук и выходит из младшего, вновь усаживаясь на свой диван. — Детка, давай-ка седлай папочкин член, сейчас я тебя покатаю. Тэхён, как и подобает послушному мальчику, перекидывает свои ножки через чонгуковы, одной ладонью держится за плечо старшего, а второй направляет в себя возбуждённый орган, чтобы после в очередной раз насадиться на него до упора. Чонгук придерживает его за бока, пальцами сильнее сжимая, бёдрами подмахивает резко и глубоко проникает; Тэхён голову назад запрокидывает, ноготочками впивается в чужие плечи и слегка царапает. Губы часто языком облизывает, стонет так глухо и надрывно, что Чонгук, будь его воля, кончил бы только от этих стонов. Движения убыстряются, Чонгук всё ближе к себе Тэхёна прижимает, а того потряхивает, потому что каждый толчок точно по простате приходится. Тэхён давится собственными стонами, пытается назвать Чонгука папочкой, да вот только набор букв каких-то нечленораздельных получается. Но старшему нравится, ему нравятся эти стоны, то, как Тэхён спинку прогибает, как глаза жмурит и губы часто облизывает. Он такой невероятный, настоящий и искренний в плане эмоций: голос срывает, мечется из стороны в сторону. Чонгук находит в этом очарование, сам тяжело дышит и, доведя Тэхёна до пика наслаждения, быстро выходит из растраханной дырочки и сажает секретаря на колени перед собой. Быстро надрачивает себе рукой и кончает прямо на лицо Кима. Тот, сидя с высунутым языком, собирает пальцем остатки семени со своего лица и шеи, облизывает его, а Чонгук наблюдает: и пусть плохо видно в темноте, по очертаниям всё и так понятно, чем именно Тэхён занимается. — Знаете, Тэхён-ши, вы очень ценный работник, — проговаривает Чонгук, пока помогает Тэхёну подняться и даёт ему в руку салфетку. Проходит чуть дальше и включает настольную лампу. Старший оборачивается и вовсю наблюдает полуголого Тэхёна (вообще-то полностью голого, у которого портупеи по всему телу нацеплены) во всей красе. Эта упругая попка, красивая спина, тонкая осиная талия и шикарные ножки. Чонгук не сдерживает себя — подходит и хорошенько шлёпает по правой ягодице. — Согласен быть твоим боссом в рабочее время, а в свободное и домашнее — твоим папочкой. Старший мурчит на ушко, обнимает со спины и целует в висок. Тэхён улыбается уголками губ, трётся попкой об уже слегка опавший член Чона и шепчет тихое, но такое уверенное: — От такого предложения я и не собираюсь отказываться.***
