До конца одни

Джузо смотрит, как девчачьи загорелые пальцы как-то странно держат погрызенный и совсем маленький зеленый карандашик. Как она им как-то слишком легко и уверенно водит по белому листу бумаги, сосредоточенно смотря, сведя от усердия брови. И он склоняет на бок голову, пытаясь получше разглядеть то, что она там рисует уже почти неделю за деньги. И он видит очертания человека. Не отходит, не приближается и тем более не уходит, желая утолить свой горящий неестественным огнем интерес. Но вот было непонятно, когда эта неизвестная особа закончит чей-то портрет. А закончит ли вообще? Проходит минута, пять, десять, час, и девушка, которую все почему-то называли «Чи», наконец-то перестает водить по листу. Лицо ее стало расслабленным — она закончила работу, и теперь, с некой грустью во взгляде, который она прячет за милой и обворожительной улыбкой, протягивает портрет старшекласснице. И только Джузо это заметил, ведь все эти люди, как бы они это не отвергали, давным-давно слепы, и не видят то, что видит он — грусть. Боль. Ненависть к самой себе. Старшеклассница, что до этого с нетерпением, закусив нижнюю накрашенную розовой помадой губу, с задорными искорками ждала своего заказа, мечтая поскорей увидеть лицо своего соулмейта, неожиданно поникла и, кое-как, выдавила из себя улыбку. — Спасибо, — это слово из ее уст прозвучало слишком огорченно и с некой злобой. И Джузо, пристав на носочки, смог рассмотреть портрет какой-то девушки. И он, без очереди, не обращая внимания на ругань и брань, что была направлена в его сторону, пролез к ней и спросил то, что так давно желал узнать: — А что ты рисуешь? — горят интересом красные и суженные глаза. — Лица соулмейтов. Ты… Тоже хочешь узнать, как выглядит твой соулмейт, да? — странно косится на него, но не осуждающе или ещё как-то обидно, а просто рассматривая. Будто бы заглядывает своими неестественными сиреневыми глазами в его почерневшую душу. — Соулмейты? — прикрыв один глаз, озадаченно на нее смотрит, но, вопреки всему, кивает головой, желая узнать что она там рисует и почему возле нее все время так много людей. Она не просит заранее деньги, а лишь просит его присесть на стул и посмотреть в ее глаза. И после этого кончик ее карандаша, что обещал в скором времени исчезнуть из этого проклятого мира, прикасается к белой поверхности бумаги, и в ту же самую секунду замирает — что-то пошло не так. Глаза девушки сужаются от небольшого удивления, а рот приоткрывается, приобретая странную форму, и Джузо замечает, как ресницы подрагивают. Поднимает, словно нарочно, медленно голову, но не смотрит на него — почему-то боится — и, стараясь никак его не обидеть, произносит тихим и каким-то даже хриплым голосом ужасные слова, которые она никогда не хотела бы говорит: — Прости, но я не могу нарисовать лицо твоего соулмейта, — сочувственно все-таки на него смотрит, а он лишь качает ногами в красных тапочках и, наплевательски, спрашивает, совсем этим не интересуясь: — Что это значит? Она молчит, будто бы подбирает самые нормальные и хорошие слова, но, видимо, она была в этом не очень сильна: — У тебя нет родственной души. Извини. Отвернувшись, грустно смотрит на чистый лист, сдувая невидимые пылинки с него, и Джузо с лёгкостью мог сказать, что она страдает больше, чем он. На самом деле ему плевать: есть у него соулмейт или нет, а вот она, как уже понял Сузуя, сочувствовала каждому и винила во всем себя и свой дар — рисовать лица соулмейтов и самой быть не счастливой до конца своих ужасных дней. — Ага, — просто отвечает Джузо и встает, чтобы уйти обратно в офис CCG, навсегда забыв об этой «Чи», что рисует лица соулмейтов, но сама не счастлива. Ведь он наконец-то утолил свою интерес, а она лишь грустно смотрит ему вслед: она прекрасно понимает, какого это остаться на всю жизнь одинокой, без любви и семьи, что она любила бы. Таким, как она — людям, что могут запечатлеть на бумаге лицо соулмейта какого-то человека — уготовано страшное одиночество, как и тем, что не связаны ни с кем. И она искренно сочувствует ему, но, вопреки всему, натягивает на лицо это дурацкую, что уже надоела, улыбку, и принимает новый заказ.