Я в порядке, хён.

Ты словно замок Такой неприступный, Но я буду умным. Тебя разгадаю, Странно, Хоть ты и опасный, Я руки к тебе тяну.

***

Чонгук дышит. Тяжело. Чуть ли не задыхается. Голова идёт кругом, весь мир будто теряет свои краски, а люди вокруг словно исчезают. Стафф крутится рядом, давая ему воды и вентиляторы, чтобы освежить. Мемберов не подпускают, но они волнуются. Намджун ходит из стороны в сторону, кусает губы от волнения и глядит на макнэ. Джин стоит у стены, ловит Джуна за руку и пытается успокоить, хотя у него нервы тоже не в порядке. Чимин поджимает губы, но молчит, посматривая на Чонгука и продолжая прогонять свою программу. Хосок сидит в кресле с закрытыми глазами, считает до десяти, старается успокоиться. Тэхён пытается помочь Стаффу, но нуны отгоняют его, чтобы не мешал. Чонгуку нужно больше свободного пространства, Чонгуку плохо. И мемберы это понимают. За исключением, пожалуй, Юнги. Он никого не спрашивал, никому ничего не говорил. Он просто принёс влажные салфетки и сел перед Чонгуком, вытирая пот с его лба и шеи. Макнэ пытается улыбнуться, но улыбка выходит уставшей, вымученной, на что Юнги лишь качает головой. Он заканчивает обтирать Чонгука и поднимается, вручая салфетки нуне. Мин отходит, но продолжает смотреть и нервно сжимать кулаки. Он волнуется больше, чем остальные. Волнуется слишком сильно, что для него обычно несвойственно. Но никто ничего ему не говорит. В этом просто нет смысла. Юнги давно уже перестал быть таким «старшим» хёном. Сейчас он более мягок и заботлив, нежели был раньше. И все это понимают, поэтому ничего не говорят. — Ему лучше? — в очередной раз тихо спрашивает Тэ. — Чонгук? Посмотри на меня, пожалуйста. — нуна садится перед ним. Он открывает глаза. — Сколько пальцев я показываю? — Два? — неуверенно тянет Чонгук, поморгав пару раз. — Хорошо. — нуна кивнула. — Идти можешь? — Наверное. — говорит он и поднимается. Рядом тут же оказывается Юнги, готовый помочь. На удивление, Чонгук идёт уверенно и его не шатает. Рядом мемберы, готовые его поддержать. Нуна облегчённо вздыхает. Чонгуку лучше и это хорошо. Его приводят в порядок, после чего отправляют их на сцену. Выступление начинается и Чонгук стоит куда уверенней, но голова ещё немного кружится. Юнги не сводит с него взгляд, сканирует состояние и готов увести его обратно к стаффу, потому что сейчас ему нужен отдых. Но Юнги не может, потому что выступление. Они встают в свои позиции, готовятся и ждут начала музыки. Всё хорошо, ничего страшного не происходит. Они выступают так, как должны. Но Юнги упорно продолжает смотреть на Чонгука. И не зря, потому что Чонгука шатнуло в сторону. Многие сказали бы, что подскользнулся, но Юнги всё видит, Юнги понимает. Макнэ снова плохо. Но он уверенно двигается, продолжая петь свою партию. Делает так, как нужно, хотя в глазах темнеет и голова начинает кружиться сильнее. И не один Юнги это заметил. Намджун тоже начинает как-то волноваться, но думает, что они успеют закончить, после чего уйдут со сцены и Чонгуку наконец дадут отдохнуть. И пока думает, запинается об собственную ногу, влетает в Джина, но оба держатся на ногах. АРМИ начинают волноваться, но всё вроде нормально. Они продолжают танцевать, только вот Чонгука ведёт в сторону. Он почти врезается в Тэхёна, но сзади Хосок его придерживает, ставит в нужную позицию и макнэ безмерно ему благодарен. Танец продолжается. Движения даются с трудом и Чонгук кое-где даже запинается. А потом всё как в замедленной съёмке. Он отходит назад, встаёт в центр и готов продолжать, но его организм говорит об обратном. Голова кружится настолько сильно, что он просто не может сфокусировать взгляд. Чонгук опускает голову, трёт глаза, пока Намджун зачитывает рэп и остальные стоят. Это не помогает. Слишком плохо, слишком тяжело. И последнее, что видит Чонгук — это испуганных АРМИ, потому то они всё видели. Макнэ падает. Падает прямо в руки Юнги, который был позади. Мин успел поймать Чонгука. Он сел, держа Чонгука, как маленького ребёнка на своих коленях. Песня обрывается и мемберы подбегают к ним. Юнги спокоен, он пытается привести Чонгука в чувства, поглаживает его волосы и просит позвать медиков. — Он же вроде пришёл в себя? — спрашивает Тэхён, садясь рядом с Чонгуком и Юнги. — Тэ, отойди, прошу. — Юнги серьёзен, а его тон не терпит возражений. — Позовите медиков. — Он прав. Чонгуку нужно больше воздуха. — Джин оттягивает Тэхёна. — Выступление придётся отложить? — спрашивает Чимин. — Блять! — матерится Джун, но кроме мемберов его никто не слышит. — Я позову. — Хосок мигом сваливает со сцены и зовёт медиков. Медики приходят довольно быстро. Они забирают бессознательного Чонгука, чтобы привести его в чувство или отправить в больницу. АРМИ взволнованы, потому что видели всё произошедшее. Они волнуются за Чонгука не меньше, чем сами мемберы. Но мемберы заканчивают выступление, несмотря на трясущиеся коленки и страх за самого младшего. Юнги трясёт всего, но, несмотря на своё волнение, он продолжает танцевать. Всё завершается, Намджун говорит слова благодарности, после чего они удаляются со сцены. Пожалуй, Юнги первый, кто сваливает оттуда. Сваливает быстро. И тут же бежит спрашивать у Стаффа, где Чонгук. Его отправляют на балкон, который находится в этом здании. Мин оказывается там только через 10 минут. Чонгук стоит у перил и смотрит на город. На его плечах плед, чтобы он не простыл, но его голова мокрая, поэтому нуны упорно пытаются надеть на его голову шапку. Чонгук постоянно уворачивается и не даёт этого делать. Голова кружится меньше, медики дали таблетки, Чонгуку уже легче. Он дышит свежим воздухом и приходит в себя. Да, ему действительно лучше. А Юнги стоит за стеклянными дверьми балкона и смотрит на младшего. Волнение постепенно уходит, но не до конца. Он открывает дверь и нуны наконец обращают на него внимание. Одна из старших, Хонг, понимающе смотрит на Юнги. Мин хмыкает. Они не смогли заставить Чонгука надеть шапку. — Позволишь? — спрашивает Юнги, указывая на шапку в руках Хонг. — Это бесполезно. — она вздыхает, но шапку отдаёт. — Чонгук, ты с ума сошёл? — Мин разворачивает младшего к себе. — Х-хён? — Чонгук бы соврал, если бы сказал, что не испугался. — Снимешь шапку и с кровати завтра точно не встанешь. — фраза получается двусмысленной. Вообще-то Юнги говорил в двух смыслах, но лучше пусть о втором смысле никто не знает. — Ты же не хочешь валяться с температурой, да? Чонгук поджимает губы и даёт надеть на себя шапку. Мин хмыкает, кивает и поправляет головной убор на младшем. Нуны с облегчением вздыхают, потому что только Юнги удаётся управлять Чонгуком. Только Юнги он позволяет больше, чем остальным. И позволяет себя обнимать. Юнги крепко обнимает Чонгука, прижимая к себе и слушая его учащённое дыхание. Младший не может не улыбнуться, обнимая вечно ворчливого хёна в ответ. Такие нежности любят оба, но только когда никто не видит. А, впрочем, нунам всё равно, поэтому при них можно. Оба знают это, поэтому не спешат отстраняться, наслаждаясь теплом друг друга. Оба хотят в общагу, чтобы пообниматься на кровати Юнги и посмотреть какой-нибудь фильм. — Не думал, что ты придёшь сюда, Юнги-хён. — проговорил Чонгук. — Я волновался. — отвечает Юнги и отстраняется. Нуны уже ушли. — Больше не пугай меня так, ладно? — Хорошо. Я в порядке, хён. — Чонгук кивает, после чего Юнги целует его. Мин целует нежно, без напора, стараясь запомнить каждое мгновение. Чонгук отвечает, полностью сдаваясь своему хёну. В конце концов, Чонгук всего лишь маленький крольчонок, которому нужен его ленивый кот Мин Юнги. И Юнги это прекрасно понимает. Он прижимает младшего к себе, проводят языком по его нижней губе, но дальше не заходит. Чонгук отвечает с не меньшим энтузиазмом, позволяя кусать свои губы и кусаясь в ответ. Намджун за стеклом качает головой и стоит на страже. Только мемберы знают об их отношениях. И всегда прикрывают их. В конце концов, никто ведь не хочет, чтобы их отношения раскрылись раньше положенного времени. Джин подходит к Намджуну и усмехается, понимая, для чего он тут стоит. — Они опять? — спрашивает Ким. — Опять. — Намджун кивает. — Что это за издевательство такое? И вообще, Чонгук только пришёл в себя, а Юнги уже с поце… — Не ворчи. — Джин улыбается, чмокнув Кима-младшего в губы. — Так лучше? — Определённо. — Намджун сдаётся, сразу же раздобрев от чмока. — А по-настоящему поцелуешь? — Дома, Джун-и. Всё дома. — Джин кивает. — Джин-а, ты строгий. — тянет Ким и вздыхает, обнимая своего парня со спины. А за ними из-за угла наблюдает Чимин. И усмехается. Потому что они-то свои отношения стараются скрывать. Только не выходит ничего. Мемберы уже давно догадались, но их в известность не поставили. Пусть помучаются родители, пусть помучаются. Всё равно потом расскажут. А сам Чимин скрывать своих отношений не стал. Он стоит в объятиях Хосока и улыбается, греясь от его тёплых рук, в которые помещаются руки Чимина. Они признались через пару дней после того, как начали встречаться. Мемберы их, естественно приняли. Пожалуй, у них было самое обычное признание в отношениях. Чимин смеётся, вспоминая то, как Чонгук и Юнги начали встречаться. Это было незабываемое и самое шокирующее зрелище. «Flashback. Юнги нервно сжимает кулаки, но внешне он более менее спокоен, нежели макнэ. Сам же Чонгук разбивает тарелку и пытается успокоить свои нервы. Они поссорились за ужином. А всё из-за того, что от Юнги пахло женскими духами. И не в первый раз. Пахло всегда, когда он возвращался из студии. И это злило Чонгука. Он ревновал, а сегодня не выдержал. Они начали ссориться и дело шло уже к драке. Мемберы пытались их успокоить, но это мало помогало, потому что они никого не слушали. — Да от тебя всегда женскими духами пахнет! — прокричал Чонгук, убирая руки Тэхёна от себя. — Ты думаешь, что я с девушками встречаюсь? — Юнги изогнул бровь. — Давай-ка вспомним, как ты пришёл пьяный под утро с поцелуем на щеке! Благодари богов, что тебя никто не видел! — Это была случайность! Это было всего один раз! — ответил Чонгук. — И я ни с кем не спал, в отличие от тебя! — Хвати-и-и-ит… — протянул Чимин, закрывая лицо рукой. — А, ты думаешь, что я с кем-то сплю?! — Юнги повысил голос. — Всё указывает именно на это! Ты постоянно пропадаешь где-то! Я устал от этого! Тебе не интересны мы, тебе не интересен Я, тебе интересны только девушки! — Чонгук сжал кулаки до побеления костяшек. — Ты всегда посылаешь меня, когда я пытаюсь тебя обнять. — Достал. — проговорил Юнги и уверенно подошёл к Чонгуку, хватая его за толстовку. — Заткнись. Чонгук не успел ничего ответить, как его резко притянули к себе. Он почувствовал тёплые и мягкие губы на своих. В шоке был каждый, кто находился в этой комнате. Чонгук опешил. Он и не надеялся, что его чувства, которые он долго скрывал, будут взаимными. Он же тогда под утро пришёл пьяным, потому что устал от того, что Юнги его не замечает. Тогда Гук немного выпил соджу с Хонг, рассказывая ей о своей безответной любви, и попросил поцеловать его в щеку, чтобы след остался. Чтобы Юнги ревновал. Только вот Юнги промолчал и виду не подал, что ревнует. Хотя на самом деле он сильно ревновал. Настолько, что готов был прибить и Чонгука и ту девушку, которая его поцеловала. Младший ответил на поцелуй только спустя десять секунд, закрывая глаза и полностью отдаваясь чувствам. Поцелуй был нежным и желанным. Юнги ослабил хватку, тут же обвивая шею Чонгука руками и перебирая его волосы. Сам же макнэ спустил свои руки на талию Мина, приблизившись ещё немного, чтобы прижаться к нему. Чимин стоял с раскрытым ртом, хлопая глазами и не зная, что сказать. Джин просто открывал и закрывал рот, пытаясь прийти в себя. Тэхён театрально схватился за сердце и улыбнулся, ведь он был главным шиппером. Хосок же покачал головой, вздыхая с облегчением, потому что ещё одного «Хосок-а, ну почему Чонгукки такой милый?» он явно не выдержит. Только Хосок знал о том, что Юнги влюблён в макнэ. Намджун же чуть не упал в обморок, смотря за происходящим. Это был удар для его психики. Юнги же отстранился. — Хён? — удивлённо спросил Чонгук, вдыхая спасительный воздух, которого так мало осталось в легких. — Не смей говорить о том, что вы меня не интересуете. Не смей говорить о том, что меня не интересуешь ТЫ. — спокойно проговорил Мин. — Знаешь, как тяжело посылать тебя? Знаешь, как сильно я ревновал, когда ты под утро вернулся? А теперь успокойся, потому что я не хочу выяснять отношения. Ты только мой и ничей больше, ясно? — А как же женские духи? — Чонгук изогнул бровь. — Ты же в курсе, что Суран такая же тактильная, как и Тэхён? Я не виноват в том, что она обнимает меня, когда мы прощаемся. Я же помогаю ей с музыкой, забыл? — Юнги устало качнул головой. — Эй, мы всё ещё здесь! — подал голос Чимин. — Спасибо, мы в курсе. — ответил Юнги и утащил Чонгука в комнату, под непонимающие взгляды остальных. Им нужно поговорить. Определённо. End flashback». — Чиминни, ты чего так лыбишься? — спросил Хосок, поглаживая ладонь своего парня. А Чимин просто улыбается, вспоминая, как Юнги и Чонгук начали встречаться. Вспоминает, как остальные приходили в себя после этой ссоры и как Чимин злился на Хосока за то, что тот не рассказал. И много чего ещё вспоминает. Вспоминает, как спалил Намджун-хёна и Джин-хёна, когда они ночью целовались на кухне. Чимин ведь тогда только водички попить вышел, а в итоге сломал психику во второй раз. Но он-то виду не подал и вернулся обратно в комнату, мысленно посмеиваясь, что сможет шантажировать хёнов. Только шантажировать он так и не стал. А ещё вспоминает шокированные лица остальных, когда Хосок и Чимин рассказали им о своих отношениях. Было довольно забавно наблюдать за их реакцией. — Пошли. — Чимин тянет Хоупа за руку и они выходят из-за угла, подходя к старшим. — На страже стоите, да? Парочка на страже парочки. — А? — Намджун поднимает голову. Он-то до сих пор обнимает Джина за талию и улыбается, положив подбородок на его плечо. — Ну что «а»? Не прикидывайся, хён. — Чимин смеётся. — Когда вы уже нам признаетесь в своих отношениях? И не надо отмазываться. Я видел вас тогда на кухне, когда вы целовались. — Чт-то? — цвет лица Намджуна становится поочерёдно зелёным, белым, красным, синим и он готов тут же провалиться сквозь землю. — Я же говорил, что нас увидят. — Джин покачал головой. — Скрывать всё равно нет смысла. — Скрывать что? Ваши отношения? — с балкона возвращаются Юнги и Чонгук, держась за руки. — Да, мы в курсе. Только слепой не заметит, как Намджун вечером делает массаж Джин-хёну и осторожно целует его щёки, думая, что никто не видит. — Чего?! — воскликнул Чимин. — Я не видел! — Ну, так и правильно. Ты же в это время громко стонешь в вашей с Хосоком комнате. — Юнги хмыкнул, из-за чего Чим-Чим тут же покраснел. — А вы… а вы… А Чонгук вообще ещё девственник! — обиженно воскликнул Пак. — Вас-то я ни разу не слышал! — Потому что я предусмотрительный. — Юнги пожал плечами. — Для чего же мы с Гукки тогда в студию сваливаем, а? — Господибоже! — воскликнул Тэхён, который неведомым образом оказался рядом. — Я на твой диван больше не сяду! — Ну, так тебя туда и не зовут. Ладно, знаете что, поехали домой. Концерт окончен, пора отдохнуть и наконец принять душ. Я так устал. — Юнги переплетает с Чонгуком пальцы, который стоит с опущенной головой и красными щеками. Мемберы соглашаются в один голос и медленно двигаются к нижним этажам. Только Юнги с Чонгуком отстали. — Хён? Почему ты не сказал им? — тихо спросил младший. — А смысл? Малыш, у нас всё будет, когда ты будешь готов. А пока, пусть они думают, что мы уже делали это в студии. По крайней мере, никто не станет нас трогать там, верно? — Мин усмехнулся. — Идём, нас уже ждут. Чонгук кивает, всё ещё продолжая краснеть, но спокойно идёт рядом с Юнги. И всё-таки он счастлив. Младший шепчет, едва слышно, но так, чтобы услышал Мин: «Я люблю тебя, Юнги-хён». И Юнги шепчет то же самое в ответ.