Ленивое нежное утро

Ной никогда не думал, что день, когда он убьёт Ванитаса, станет одним из самых счастливых в его жизни. С тех событий прошло около месяца, и пусть повседневность постепенно возвращалась в спокойную колею, происходящее всё ещё казалось Ною каким-то нереальным. Словно кто-то просто переключил радио на другую волну и в любой момент мог вернуть всё обратно. Ной поставил две чашки кофе и блюдце со сладостями на поднос и поспешил в спальню. Как бы то ни было, теперь от всех грустных и тяжёлых мыслей у него имелось лекарство. Несмотря на то, что утро выдалось солнечным, в комнате стоял полумрак — перед сном Вивьен всегда закрывал окно плотными шторами, оставляя лишь маленький просвет для того, чтобы один вампир не напоролся в темноте ни на что. На самом деле, Ной был готов хоть на ощупь пробираться до двери по утрам, но забота разжигала в груди спокойное, приятное тепло. Сейчас тонкая полоска света на полу колебалась: окно было приоткрыто, и ветер покачивал шторы, освежал воздух и охлаждал постель. Вивьен растянулся на животе, длинные чёрные волосы растрепались по подушке, а одеяло сбилось, и прикрывало теперь только одну ногу. Ной вздохнул. Не хватало ещё, чтобы он простыл. Ной поставил поднос на комод и присел рядом с кроватью, чтобы поправить одеяло, когда увидел, что Вивьен смотрит на него с хитрым прищуром. Их взгляды пересеклись, и Ной заметил, что его глаза стали заметно темнее, чем вчера. Когда Вивьен назывался именем Ванитаса, сила вампира голубой луны делала его радужки очень светлыми. Теперь же их природный цвет постепенно возвращался и, кажется, Вивьен был этому рад: по крайней мере, когда он лишился мемуаров, первое, что он сделал — попросил Ноя называть его настоящим именем. Лишение власти над жизнями вампиров никак не повлияло на характер Вивьена, чего Ной на самом деле боялся, разве что только спать он стал дольше. Вивьен оставался такой же язвой и занозой в заднице некоторых лордов, тем более, что опыты Моро не прошли даром. А ещё теперь, когда они не были скованы проклятьем Ванитаса, Вивьен наконец-то смог сказать Ною, что, хоть он не испытывал интереса к тем, кто в него влюблён, он готов сделать единичное исключение. Ной считал, что Вивьен-Ванитас никогда бы не сделал этого, в отличие от Вивьена-Вивьена. И уже только за это Ной полюбил тот день, когда он убил Ванитаса. Вивьен тем временем хитро улыбнулся и потянул Ноя на себя за воротник пижамы. Ной покосился в сторону остывающего кофе, но сухие губы заставили его быстро забыть о завтраке. Руки Вивьена были холодные, и Ной вздрогнул, когда они забрались под его ночную рубашку. В отместку Ной потянул вниз нижнее бельё Вивьена, а тот оказался не против. Вивьен резко отстранился, отодвинулся от края постели и сел. Ной непонимающе уставился на него, а затем понял, что ему всего лишь предлагают забраться повыше. Вновь оказавшись рядом, Ной протянул к Вивьену руки, но тот опередил его — обнял, и они оба шлёпнулись на бок. Голова Ноя чуть закружилась из-за резкой смены положения, но, похоже, в этом и состоял хитрый план: за секунды, что Ной пребывал в прострации, Вивьен шустро расстегнул его ночную рубашку и прижался, заглядывая в глаза. Ной никогда не видел у Ванитаса такого тёплого взгляда. На самом деле, Вивьен тоже нечасто его баловал, но сейчас тёмно-синие глаза так и лучились. Ной обнял его и крепче прижал к себе. Их взгляды пересеклись, и Ной заметил неяркий румянец на бледной коже, прежде чем они снова поцеловались. Ной почувствовал, как Вивьен закинул ногу ему на бедро, и заскользил руками по чужой спине. Острые лопатки, поясница… Добравшись до копчика, Ной задержался, прежде чем сжать рукой ягодицу — Вивьен шумно вздохнул. — Как ты хочешь? — шепнул Ной, оторвавшись от чужих губ. — Может, мы просто… Вивьен пробрался рукой под резинку штанов Ноя и погладил по бедру, совсем рядом с членом. Ной легко понял намёк, спустился чуть ниже и прикоснулся губами к шее Вивьена, рукой перебравшись с ягодицы к паху — Вивьен тяжело задышал. Ной согласился с любимым: в это утро не хотелось никаких скачек, и даже пробуждающееся возбуждение было каким-то ленивым. Прислушиваясь к каждому движению тёплых нежных пальцев между своих ног, Ной чувствовал, как по всему телу растекается томное волнение. Внизу живота потяжелело, когда Вивьен осторожно сжал ствол и двинул рукой вверх, а затем вниз. Пальцы на ногах поджались от наслаждения, когда Вивьен задвигал рукой быстрее, и Ной поспешил доставить ответное удовольствие. Кровать заскрипела. Когда они, уже взбодрившись утренними ласками, пили остывший кофе, Вивьен сказал: — Хорошо, что мы можем вот так… проводить время. Ной обнял его и подумал, что, кажется, день, когда он убил Ванитаса, стал счастливым не только для него.