Дракон, скрытый в листве

— Чего сразу змееныш-то? — обиженно поинтересовался раненый, который еле перебирал ногами, повиснув на плече злой, как собака, Тамико. — Под Орочимару ходите, вот и змееныши, — сквозь стиснутые зубы прошипела шиноби. Парень был не легонький и странно пах. Запах крови смешивался с чем-то неуловимо знакомым… Но тут мерзавчик закатил глаза и просто-таки свалился тюком на землю. — Да ты издеваешься?! — Тамико судорожно проверила повязку на его боку: рана была закрыта бинтами, но кровоточила. — Твою мать!       Из последних сил девушка сотворила еще пару теневых клонов, и уже втроем они подхватили бедолагу и что есть мочи помчались обратно к Конохе. Прощай, как говорится, экзамен, жизнь внезапного спутника из деревни звука была важнее. Кажется, сами экзаменаторы то ли отвалили, то ли были заняты чем-то другим, поважнее, чем она.       Как они добрались до ограды — одному Будде известно. Но, как оказалось, Наруто все еще стоял у ворот и хмуро смотрел на приближающуюся компанию. — И что ты тут забыла? Ты должна была любой ценой доставить свиток. Бросила бы его там, это же прихвостень самого Орочимару! — удивленно воскликнул Наруто и чуть было не получил по лицу тем самым прихвостнем. — Я извиняюсь, Хокаге, но шли бы вы на! — рявкнула измученная Тамико. — У меня тут человек подыхает, есть медик?! Где ваша Сакура, когда она нужна?! — Да не подыхаю я… — раненый заулыбался и соскочил с рук клонов, которые немедленно обложили его так, как Тамико одна бы не справилась. — Это что еще такое?! — только и смогла выдохнуть она, когда увидела, как кожа на лице звуковика лопнула и из-под нее полезла знакомая, хоть и помолодевшая харя. — Да как так… — Ты молодец, сдала экзамен! — Наруто хлопнул девушку по плечу. — Вышла из-под Гэндзюцу Саске, обошла ловушки Какаши и, главное, не оставила помирать нашего друга! Ты проявила замечательные способности и человеческие качества! — О да, друга! — сладострастно облизнулся Орочимару, и Тамико передернуло от отвращения. Вот почему запах показался знакомым! Он смог его замаскировать, сымитировать ранение — и она повелась, как последняя… — Будем считать, вы отомстили мне за ту неудачную шутку, — сердито буркнула девушка, и ее клоны, раздраженно и обиженно плюнув в разные стороны на землю, с хлопком исчезли. — Будем, дорогая моя! Но, может, мы все же продолжим наш разговор? Ты все еще не хочешь обзавестись потомством? — Рука саннина поползла к ее талии, но девушка успела отпрыгнуть. — Нет! — Это что, шутка такая? — нахмурился Наруто. — Ты опять за свое? — Но такой редкий генотип, подобные способности не должны исчезнуть… — с тоской протянул Орочимару. — Сам подумай, живая легенда… — Да какая к бесу легенда?! Что ты ко мне прицепился, нет у меня никаких способностей! — рыкнула Тамико. — При всем уважении, разговор на эту тему давно окончен! Я бы уже давно проявила хоть что-то, но только языком тюлюпаю, как ящерица! — в доказательство своих слов девушка от души показала саннину тонкий, раздвоенный язык. — Ну вот же оно, вот! — страдальчески воскликнул шиноби, но Наруто пресек разговор, не ведущий ни к чему хорошему. — Хватит. Давайте лучше отпразднуем пройденное испытание. Орочимару, никогда никого насильно… размножать не будут. Никому не нравится подобное отношение. Это не этично. Мы уже говорили по поводу этики общения… — Наруто со вздохом почесал в затылке. — До чего же я докатился… — Этика не может быть важнее наследия и генетики! — попробовал было возмутиться окончательно полинявший в себя саннин, но Хокаге уже просто подхватил его под руки и почти насильно потащил прочь от полигона. — Мы вперед, догоняй нас, как придешь в себя! — Лучезарно улыбаясь, Наруто помахал рукой и поспешил увести змеелюда подальше от разъяренной девушки. — Придурки! — зло прошипела Тамико. Мало того, что она на испытании пару раз от души спалилась, так теперь еще и этот языкатый тут! Да, что поделать, весь ее клан наследует способности и скоро вымрет от близкородственных связей, но это не повод разбазаривать свои уникальные гены с каждым змеемордым мира сего! Особенно с таким мерзким! А то, что они устроили с испытанием, — омерзительно втройне! По сути, она провалила его, не доставив свиток, и попросту слила бой с Саске, хоть и слава богам, что ушла живая. Будь это жизненно важный документ для селения, она бы всех подвела из-за минутной слабости! Это безрассудство… — Можно поздравить? — голос из-за спины заставил девушку подпрыгнуть от неожиданности. — Кажется, ты прошла испытание. — Какаши стоял как ни в чем ни бывало, уткнувшись носом в свою книжку. — Если это так можно назвать. — Тамико устало выкинула уже бесполезный свиток из подсумка. — По сути, я его провалила, пакет не доставлен. — Ты так уверена, что тебя испытывали на способность выполнить миссию в кратчайшие сроки? — в голосе шиноби послышалось и удивление, и насмешка. — А что, проверяли, можно ли меня отпускать с другими шиноби, проявлю ли я милосердие, и можно ли на меня положиться, и пожертвую ли ради члена отряда успехом миссии? Так, что ли? — раздраженно уставилась на мужчину Кинагуро. — Да, — книжка с треском захлопнулась. Какаши слегка наклонился вперед и внимательно изучал смену настроений на лице Тамико. Она как раз зависла между выбором «убить всех» или «посмеяться». — Кстати говоря, как ты сбросила гэндзюцу? — Хатаке сунул книжку в карман жилета и приподнялся на носках, пытаясь разглядеть, в каком состоянии бронежилет девушки. — А Саске не рассказал? — огрызнулась Тамико, и тут же черная молния промелькнула в воздухе. Рядом с Какаши распрямился муж Сакуры. — Еще нет. Мне тоже интересно услышать, что ты скажешь, — тихий голос пробирал до костей. Тамико судорожно хватанула воздух ртом, заодно пробуя на вкус его состав. Да, Саске забыть невозможно. Так пахнет сам ужас. — Да откуда я знаю, — буркнула шиноби и плюхнулась задницей на траву, глядя на них снизу вверх. — Я плохо помню произошедшее, зато хорошо усвоила, что от гэндзюцу бывает очень неприятно. — Ты, наверное, хотела сказать «больно». — Саске слегка улыбнулся, и стало совсем жутко. Что за мерзкий тип… И как Сакура только с ним связалась?! Вот эта веселая, болтливая девчонка?! — Я сказала именно то, что сказала и подумала. Возможно, сработал инстинкт, а может, родовые способности проснулись. Это что, допрос? — Вопрос был адресован уже Какаши. — Да нет, что ты. — Казалось, мужчина даже испугался того, что она могла себе подумать, даже руками показал, насколько он отпирается от такой возможности. — Закатай рукав, — неожиданно потребовал Саске. — С какого… — Закатай. Рукав.       Поняв, что препираться бесполезно, и проще дать, чем обьяснить, почему нет, Тамико вздернула рукав на левой руке. — Доволен?!       Глаза Саске расширились, страшные зрачки шевельнулись, и даже Какаши приподнял протектор большим пальцем. Вот ты какой, Шаринган Какаши…       Мужчины внимательно рассматривали покрасневший хвост вытатуированного дракона. — Занятно, — все, что сказал Саске, и, потеряв всякий интерес к девушке, развернулся и неспешно направился в деревню. — Прости его. — Хатаке опустил протектор и тяжело вздохнул. — Он всего лишь защищает свою семью. — Могу понять. — Тамико устало склонила голову. — Не думаю, что младшему Сарутоби придется легче. Мои вообще будут ходить за ним даже в отхожее место. В конце концов, семья — это самое дорогое, что у нас есть. Все, можно отсюда уполза… уходить? — исправилась Тамико, вспомнив Орочимару. — Нужно. — Шиноби протянул руку, помогая ей подняться. — Кстати, как ты обошла ловушки? Ты даже к ним не приблизилась. Неужели я оставил следы? — Я же много раз говорила. — Тамико отряхнула задницу и раздраженно сняла жилет. Придется отдать его в ремонт. Даже пластины погнулись в районе лопаток. — Я почуяла изменения состава воздуха. Это даже не запах металла, а его вкус. — Что ж… учту. — Какаши коротко кивнул, тоже разглядывая жилет. — Как его так... погнуло? — Знала бы, сняла бы заранее, чтоб не испортить, — искоса бросила взгляд на мужчину Кинагуро. — У вас же есть, кому привести его в порядок? — В Конохе есть все, за редким исключением. Книжных магазинов тут маловато… — посетовал ниндзя и махнул рукой, зовя идти за собой. — Ай, беда-то какая… — пробормотала Тамико, накидывая жилет на плечи. — Жизнь окончена.