Спаситель

Хосока будит телефонный звонок. Не его телефона, конечно, а того, который, как он думал, висит исключительно в декоративных целях. Чужая кровать пустует. Хосок встаёт и отвечает на вызов: — Да? — Это Тэхен. — Я и не знал, что этот телефон рабочий. Чего звонишь? — Потому что ты мой друг, Хоби. Хосок морщится на странное обращение и спрашивает: — Что-то случилось? — Я не слепой, я всё вижу. Хосок недоуменно молчит и Тэхен, вздохнув, поясняет: — Чонгук. — Ты тоже. — Нет смысла отрицать очевидное, — философски замечает Тэхен. — Если что, я не претендую. Я буду рад, если вы будете счастливы, — давит из себя Хосок. — Да я не поэтому. Просто не обольщайся. У него гормоны. Он никогда не был популярным парнем…да, знаю, звучит странно, но это правда. А тут мы оба свободны, и… — Я это понимаю. Что ты хочешь сказать? — Я видел. — Камера? — Приятно дружить с наблюдательными людьми, — усмехается Тэхен, — Так вот, мы тоже. — И ты не так отреагировал, поэтому он и сбежал ко мне? — Да. Мне жаль, — бросает трубку Тэхен и понимает, что ему ни капельки не жаль. Он же даже не соврал, просто описал по-другому. Хосок попался в ловушку собственного интеллекта. Хосок стоит ровно. Он выстоит. И пусть Чонгук целовался с Тэхеном, и пусть Хосок чувствует на языке вкус осколков собственного сердца, которое, казалось, забилось сильнее и ярче, он выживет, и не согнётся от боли, мечтая выкашлять эту любовь вместе со слезами. Хотя очень хочется. — Экстренное собрание! — говорит радио заспанным голосом Юнги. — В кабинете через десять минут. Всем. Хосок чертыхается, приводит себя в порядок в ванной, натягивает чёрные закрытые джинсы и светло-голубой свитер под горло и расчесывает волнистые волосы. Выключив свет, он выбегает из комнаты по направлению к кабинету. Там уже сидит за столом Тэхен в светло-бежевой рубашке и строгом сером костюме, как всегда, безупречно причёсанный и собранный. Рядом с ним, наклонившись и упершись руками в стол, стоит Чонгук, тихо и серьёзно что-то говоря. Его чёрные волосы не слишком аккуратно причёсаны, но одет он в белый свитер с объемным воротником и темно-синие джинсы, что создает впечатление строгости. На диване слева сидит Джин, напряжённо теребя воротник пудрового гольфа, периодически нервно отряхивая свои белые джинсы от невидимой пыли. Возле дивана, рядом с Джином, ближе к столу стоит Намджун в чёрной униформе, серьёзный как никогда. У стены стоят ещё люди в чёрном. Хосок присаживается на правый диван и отвечает на приветственный кивок Тэхена. Через несколько минут дверь с грохотом распахиваются, и вбегает растрёпанный Чимин в желтом свитере и чёрных джинсах, с ним Юнги в очках и униформе. Вбегают ещё несколько людей в униформах и закрывают за собой дверь. — Доброе утро всем, и у нас плохие новости. Наши разведчики доложили о вооруженном нападении сегодня вечером. Наш враг — всем известный Пантер. Кому неизвестный — рассказываю. Это кровожадное чудовище, которое жаждет денег и моё место. Кроме того, мой отец застрелил его папашу, поэтому тут и личные счёты. Стрелять на поражение. И ещё. Единственный, кого необходимо защищать ценой своей жизни — Чонгук. Меня, скорее всего убьют, — дружный возмущённый возглас, — но я постараюсь забрать как можно больше людей с собой. Отдохните, наберитесь сил. Нам предстоит тяжёлый вечер. Они ещё обсуждают позиции и стратегию, внося коррективы в предыдущие планы, и Тэхен объявляет собрание закрытым. Люди в чёрном выходят, и все семеро усаживаются на ковёр, как обычно. Периодически кто-то пытается завести непринужденный разговор, но осекается и замолкает. В конце концов все сбиваются в большой клубок, боясь увидеть кого-то в последний раз. Обед приносят им прямо туда, но, конечно, никому и кусок в горло не лезет. Они укладываются бок о бок, утихомиривая дрожь, и пытаются не думать ни о чем, чтобы отдохнуть перед боем. Наступает вечер. Всех мандражит, они обнимаются и неловко желают друг другу удачи. Все расставляются по местам. Намджун с отрядом находится на крыше и руководит операцией с главной точки контроля. Джин с отрядом патрулирует третий коридор. Хосок обороняет дверь в кабинет вместе с наибольшим отрядом: парень оказался хорошим стрелком. Юнги находится на первом этаже, готовясь отразить первое же нападение и стоять до конца. Тэхен, Чонгук и Чимин находятся в кабинете: Тэхен помогает Намджуну руководить всем через камеры, Чонгук следит с ним наравне, чтобы быть готовым в крайней ситуации его заменить. Чимин, как самый слабый, определён в запасной отряд. Первых нападающих Юнги встречает зарядом свинца в грудь. Атакуют со всех сторон, даже с воздуха. Намджун только успевает отстреливаться и раздавать приказы на пару с Тэхеном: — Джин, справа заходят пять! — Шуга, готовься отразить двенадцать! Хосок с громким «ха!» стреляет в противников, которые пытаются их оттеснить. Ему, на удивление, хорошо, он улыбается и чувствует себя Джей-Хоупом. Всю боль, всю ревность и любовь он вымещает на курке, отдавливая пальцы. — Шуга, что у вас, приём? — Чисто, приём! — Иди к восьмому отряду, приём! Юнги собирает людей, часть выделяет «на всякий случай» и идёт к отряду Хосока, потому что основной натиск — там. — Монстр к восьмому, приём! Намджун так же оставляет несколько людей на крыше, но в остальном здании нападающих больше нет: все силы противника направлены на штурм кабинета. Поэтому туда подтягиваются все силы Тэхена, обороняя кабинет. — Идите внутрь кабинета, только внезапно, мы наготове и перестреляем большую часть. Хоби, Шуга, вы прикрываете Чонгука. Если повезёт, мы выберемся с наименьшими потерями: все равно мы победили, приём. Двери распахиваются, и опешившие ряды противника заметно редеют. Они открывают второй залп огня, но по сравнению с противником потери невелики, так как каждый убитый успевает забрать с собой ещё нескольких, и живые не отстают. Вперёд проходит молодой американец. Он кажется большим, злым чёрным котом: загорелая кожа, прилизанные чёрные волосы и широкие светло-карие, почти желтые глаза. — Тэхённи, когда вылезешь драться? — вкрадчивым мурлыкающим голосом говорит мужчина с сильным американским акцентом. — Вау, Пантер, ты ради меня даже корейский выучил? Я польщен. — Что не сделаешь ради тебя единственного? — совершенно по-кошачьи фыркает Пантер, обнажив зубы в оскале. Тэхен выходит вперёд, вскидывая пистолет. Все, кроме Чонгука у камер, следуют его примеру. — Если бы некоторые кошачьи, — издевательски тянет русоволосый, — не зарывались и не жили местью невинным людям, никаких драк бы и не было. — Моя сладкая мечта — убить тебя, Ким Тэхен, а пока ты будешь умирать, поцеловать тебя в щёку. Марать свои губы я не хочу, но хочу, чтобы ты умер с осознанием, что твой последний поцелуй был с врагом. — Да ты мной одержим! — А то! Но, к сожалению, ей не суждено сбыться, — Тэхен готовится увернуться и стрелять, — потому что я в разы умнее тебя! Пантер быстро переводит пистолет на Чонгука, но его перебивает пуля Тэхена в лоб. Мышцы сокращаются в последний раз, но роковая пуля успевает вылететь. Чонгук не успеет увернуться, не успеет. Но за долю секунды меняется всё. Все враги убиты, есть и потери среди отряда парней. Чимин лежит с простреленным плечом, а Тэхён… Тэхен лежит перед Чонгуком с пулей в груди. — Тэхён, нет! — кричит Чонгук. Все внимание переходит на распластанный силуэт с алым пятном на уже не такой чистой светло-бежевой рубашке. — Тэ…хён? — Хосок, послушай меня, — шепчет Тэхен. — Пожалуйста, люби Чонгука сильнее, чем я люблю. Он любит тебя, но не понимает этого. Вы, все шестеро! — голос Тэхена переходит на крик, — Примите наконец свою пару! Я хочу перед смертью увидеть как вы поцелуетесь. Пожалуйста, — голос опускается до шёпота. Намджун яростно утягивает Джина в поцелуй, деля всю боль на двоих, периодически по-детски всхлипывая. Чимин тянет здоровую руку к Юнги, просит забрать его боль. Хосок и Чонгук…они прижимаются носами, позволяя перемешаться их слезам, а затем робко касаются губ друг друга. Тэхен напрягает умирающие ткани и улыбается, а потом еле слышно говорит: — Вы лучшее, что было в моей жизни. С этими словами Ким Тэхен покидает их. Намджун сползает на пол, начиная надрывно рыдать. По лицу обнимающего его Джина текут крупные слёзы, но он крепко жмёт блондина к себе и утыкается в его макушку. Юнги падает на грудь Чимина, то гладя его раненное плечо, то щеки, вздрагивая от рыданий. Чонгук прижимает к себе Хосока, щека к щеке, и каждый из них держит друг друга, потому что они упадут и лягут без движения рядом с погибшим другом. Может, Тэхен и не был самым лучшим человеком, но он просто хотел счастья.