Young Dogs

Песня для фона: The TRAX — End Of The World. А это уже даже не смешно._. http://cs306504.vk.me/v306504306/9932/A0BxBornsbc.jpg Прошло ещё две недели. Парни практически всё время находились в студии, и соответственно им приходилось пересекаться с группой Акаши. Порой это чуть не заканчивалось драками. И ладно бы как обычно инициатором был Аомине, но Мурасакибара тоже ввязывался в эту "негласную войну", и красноволосому с Рётой часто приходилось оттаскивать своих любовников от Ханамии и Имаёши, который, к слову сказать, тоже присоединился к своему одногруппнику и третировал «псов». Но однажды ударник всё же смог вмазать Макото, когда тот приблизился к Кисе непозволительно близко. А точнее зажал блондина в туалете. В тот раз Мурасакибара обеспокоился тем, что гитарист задерживается в уборной, поэтому он решил сходить и проверить. И наткнулся на двух вокалистов. При виде паники на лице блондина, у Атсуши что-то щёлкнуло в голове и он не раздумывая снёс Ханамию с ног. Если бы не прибежавшие на шум участники двух групп, то, скорее всего, дело бы закончилось больницей. Но Кагами с Аомине всё-таки удалось оттащить разъярённого друга от отключившегося вокалиста. Правда, в этом им помог Мидорима, за что парни были ему даже благодарны. После того раза работники студии расписали графики ребят так, чтобы они ни в коем случае не встречались. Когда графики были изменены, никаких происшествий больше не было. Токийское осеннее небо хмурилось, небольшими порциями посылая на город холодный, мерзкий дождь. В такие дни хотелось сидеть дома, закутавшись в плед со своей второй половинкой и пить мятный чай с лимоном. Но «псы» с самого утра зависали на студии. Снова. Но были в этом и положительные моменты. Сегодня был последний день записи. Музыканты в основном прослушивали наработанный материал и обсуждали, стоит ли что-то изменить, или лучше оставить всё как есть. К большой радости ребят, звукорежиссёр остался доволен проделанной работой и сообщил, что менять ничего не стоит. Дело было за малым, оставалось лишь записать вокал Тайги на их последнюю песню, а потом наложить слова на музыку и альбом будет готов. Мужчина, который непосредственно работал с парнями, не переставал их хвалить за столь необычную подборку песен. Ведь они были все абсолютно разными, и даже малейшей схожести не прослеживалось, это, конечно, если не брать в расчёт саму игру музыкантов. Когда всё было готово и утверждено, Кагами сказали подготовиться, если надо распеться, потому что время поджимало, и нужно было освобождать студию для другой группы, которая стояла после «псов». Красноволосый басист нервничал, теребя край своей толстовки. Даже перед концертами его никогда не бил такой мандраж. Хотя с его вокалом уже записали песню «Hit in the USA». Но это был отдельный случай. Там он был вместе с Аомине и Кисе. И такого давления как сейчас парень не ощущал. А теперь… теперь всё было по-другому. Плюс ещё эта песня… На плечо парню легла загорелая ладонь. Улыбнувшись одними уголками губ, Кагами тут же прижался к ней щекой. Тёплая. До чего же тёплая. - Тайга, - синеволосый гитарист присел на корточки перед любовником, и положил вторую руку басисту на колено. – Всё хорошо? Красноволосый улыбнулся и кивнул, смотря в тёмно-синие, такие глубокие глаза. Будь они морем, он бы с удовольствием в них утонул. Рука машинально сжимает чужую ладонь, и Кагами снова улыбается. - Из-за песни переживаешь? Кивок. Аомине ободряюще улыбается. - Это же твоя песня, всё будет хорошо. Я рядом! – Дайки чуть приподнимается на ногах и касается губ басиста. Легко и невесомо. Но это всё же придаёт парню уверенность в собственных силах. Внезапно к ним подбегает Сумия, смуглокожий поворачивается к нему, и на его лице появляется оскал. - Чего тебе, Дред-кун? – друг Мурасакибары смущённо улыбается, и трёт нос. Он до сих пор не может привыкнуть к этому дурацкому прозвищу. - Пора, ребят! – и дождавшись кивка от Кагами, вновь убежал в неизвестном направлении. Тайга встал и, протянув руку, помог подняться синеволосому. Поддавшись какому-то порыву, он на секунду прижимается к парню, обхватывая его руками, а потом двигается в сторону комнаты для записи и скрывается в ней. Немного подумав, Дайки отыскал звукорежиссёра и, переговорив с ним, зашёл следом за красноволосым. Тот как раз стоял у микрофона, и надевал большие наушники. Изумлённо замерев, при виде любовника, Тайга открыл было рот, а потом вновь захлопнул его и с благодарностью кивнул. Аомине одарил парня улыбкой и сел возле самых дверей, чтобы видеть лицо красноволосого. Мужчина из-за стекла показывает красноволосому большой палец. Кисе машет, подпрыгивая на месте, а Мурасакибара просто улыбнулся. Усмехнувшись, Тайга кивнул, показывая, что готов и ему тут же пустили музыку. Прикрыв глаза, басист глубоко вдохнул и выдохнул, внимательно вслушиваясь в проигрыш. Дайки неотрывно следил за любовником, и как только губы Кагами шевельнулись по его телу пробежался табун колючих мурашек. От глубокого голоса, который проникал в душу и самые потаённые участки разума, хотелось взлететь и парить глубоко в небе. Или нырнуть на тёмную холодную глубину, и наблюдать оттуда, как яркие, искрящиеся пузырьки устремляются к поверхности. Скажи, зачем же нужен дождь? Возможно он молитвы ждет, Что в твою душу принесет смиренье, Излечит боль и сожаление. Музыка явно звучала в ушах, благо они долго и упорно писали именно этот минус. Перед глазами всё плыло, синеволосому казалось, что бурный поток воды подхватил его и теперь уносил далеко-далеко. В открытый океан. Где на многие километры вокруг никого и ничего. Лишь только солёная гладь воды и голос. Глубокий, чувственный, с лёгкой хрипотцой. Пробирающий буквально до костей. Когда увидел я тебя, Я понял: знал тебя всегда. И до рассвета под окном, Молил о счастье под дождем. Кагами поёт с закрытыми глазами, вкладывая всю душу. Он растворился в музыке, ничего кругом больше не существовало. Лишь он. Его голос. Мелодия в наушниках. И осознание того, что рядом сидит любимый человек и смотрит. Смотрит на него и надеется. Перед новым куплетом красноволосый набирает побольше кислорода в лёгкие и открывает губы, чтобы голос вырвался на свободу, сокрушая всё на своём пути. Я тот, кто верил: Во время дождя, вспомнишь обо мне. Скажи, придаст ли это сил тебе? Я ухожу, оставляя за собой След, созданный радугой. Прости, Но грех во мне с рождения, Хочу пред смертью очищения. Сердце рвётся на куски. Кислород резко заканчивает, а горло дерёт. На глаза наворачиваются слёзы, но эти слёзы не более чем просто зашкаливающие эмоции. Эйфория, которой, по сути, и не должно быть, кружит красноволосую голову, и он упорно продолжает петь так, как никогда не пел прежде. И даже земле все стало ясно, Как в моей душе грешно и грязно. Прошу не следуй ты за мной, Останься с чистою душой. Сердце то замирает, то начинает биться как сумасшедшее, раненной птицей. В груди щемит, становится так приятно, что попросту больно. А звучный голос, дрожащий на особо трагичных моментах, продолжает уносить Аомине в запредельные миры, о которых никто никогда и не слышал. Во время дождя вспоминай обо мне, Скажи, придаст ли это сил тебе? Я ухожу, оставляя за собой След, созданный радугой. В какой-то момент Кагами косится на синеволосого, выпавшего из реальности и один только его вид придаёт басисту сил. Когда идет дождь, я молюсь. Глядя на дождь, я молюсь. Глядя на дождь, я молюсь: "Прости, не оставляй меня, Я буду ждать тебя всегда!" Скажи, зачем же дождь идет? Наверное он твои печали унесет. Молю, прошу, пусть стану им - Твоим спасеньем проливным. Последние строчки парень чуть ли не шепчет нараспев. Всё тело дрожит от непередаваемых ощущений и понимание того, что он только что сделал, накрывает с головой. Кагами стянул наушники и широко улыбаясь, посмотрел на Аомине, который потихоньку начал приходить в себя. Синеволосый поднялся, подскочил к любовнику и сжал его в объятиях. Тайга рассмеялся, и вместе с этим смехом пропали последние остатки напряжения, буквально завладевшего им с самого утра. Наблюдатели, находившиеся за стеклом, отреагировали на этот неожиданный порыв каждый по своему. Мурасакибара закатил глаза и покачал головой, Кисе захихикал в кулачок, а бедный звукорежиссёр покраснел, и поспешно отвёл глаза, переключая своё внимание на аппаратуру. Как только парни покинули комнату записи и вернулись к своим друзьям, мужчина, наконец, пришедший в себя, сказал, что Кагами справился со всем на славу и перезаписывать ничего не нужно. Распрощавшись со всеми работниками «псы» покинули офисное здание полностью удовлетворённые. Кисе с Мурасакибарой тут же побежали по каким-то своим делам, оставив Аомине с басистом наедине. Синеволосого это очень порадовало, поэтому он намеривался пригласить Тайгу в кино. А потом, наконец, как следует отлюбить красноволосого за те последние недели, что они не прикасались друг к другу из-за отсутствия моральных и физических сил. Группа занимала большую часть времени, в принципе, как и школа. Поэтому дома парни только ели и спали. Но сейчас можно было немного отдохнуть. Демо было записано, осталось только дождаться, когда им выдадут их партию дисков, для дальнейшего распространения. Репетиций пока не предвиделось. А ещё наступили долгожданные выходные. И Дайки рассчитывал провести их с пользой. Но всё пошло не по его плану… - Таааааайга, - раздался радостный вопль и Кагами моментально сжали в объятиях. Аомине опешивший от такого, замер, а потом разозлился. Он уже собирался оторвать наглеца от своего парня, как вдруг заметил родинку под глазом у любвеобильного черноволосого. «Далматинец? А он тут, что забыл?». - Тацуя? – Кагами вздёрнул брови, но тут же одёрнул себя, и обнял друга в ответ. Спустя несколько минут, мужчина всё же отлип от красноволосого, и чуть отстранив его от себя за плечи, с улыбкой принялся разглядывать. - А ты я, смотрю, возмужал за год, что мы не виделись. И неужели подрос? – Химуро снова приблизился, пытаясь измерить их рост. – Действительно, и куда тебя тянет всё, а? - Не выдумывай, - Тайга фыркнул. - Я вам не мешаю, нет? – прорычал Аомине, прожигая парней взглядом. Химуро с интересом глянул на него и отпустил Кагами. - А это… - Это Аомине Дайки, я играю в его группе, - улыбнулся красноволосый и, подойдя ближе к Дайки, подтолкнул его к своему другу. - Вот как, - Тацуя сощурился, и улыбнулся. - Я Химуро Тацуя, друг и наставник Кагами, рад знакомству! - представился мужчина, протягивая ладонь. Аомине скосился на любовника, и резко выдохнул. Скрипя зубами, он пожал протянутую руку и буркнул: - Взаимно! - Что-то незаметно, - хмыкнул мужчина и повернулся к Тайге, - Кстати, я тут не… - КАГАМИ! – раздался новый вопль, и парни услышали громкий стук каблуков, а потом на басиста напрыгнуло нечто блондинистое, при этом, чуть не сбив с ног синеволосого. Не успел он опомниться, как Тайгу смачно поцеловали. Челюсть мистера Аомине тут же поздоровалась с асфальтом, а глаза заволокло пеленой ярости. - Алекс, твою ж за ногу, - красноволосый закашлялся, отпихивая от себя женщину. – Ты, как всегда, блин. - Пф, вообще-то я уже долго тебя не видела, поэтому имею полное право! – Алекс смахнула с лица чёлку. - Я боюсь, подумать, что ты тогда сделала с Тацуей, ведь его ты год не видела, - пробормотал басист, краснея. Химуро хмыкнул и кашлянул в кулак, отводя взгляд. - Ой, а это что за красавчик? – внимание блондинки тут же переключилось на Аомине, а внимание Дайки переключилось на внушительную грудь женщины. - Только не это… НЕ СМЕЙ, АЛЕКС! – воскликнул Кагами, но было поздно. Его опекунша уже обхватила ладошками лицо гитариста и впилась в его губы поцелуем. Тайга, которому это совершенно не понравилось, оттащил девушку за шкирку от своего парня и всучил её другу. Тот обхватил блондинку за талию и смерил её недовольным взглядом. Аомине тем временем качнулся, глупо хихикнул и повалился на красноволосого, а из его носа потекла кровь.

***

- Так вы встречаетесь? – голубые глаза Алекс расширились, а потом она расхохоталась. При виде того, как подпрыгивает грудь женщины, у Аомине вновь пошла кровь носом, пропитывая скрученные салфетки, засунутые ему в ноздри заботливым Кагами. Басист чертыхнулся и недовольно глянул на опекуншу. - Алекс, прекрати, - Химуро положил ладонь на плечо своей девушки и мягко улыбнулся. - Боже, какие вы нудные, а, - фыркнула девушка и подпёрла щёку кулаком. – И кто же сверху? - АЛЕКС! – рявкнул Кагами. - Молчу-молчу! – блондинка подняла вверх ладони. – Но всё же, кто? - Господи, мы меняемся! Довольна? - Более чем, - женщина довольно улыбнулась и отпила из чашечки кофе. Тайга лишь шикнул, и посмотрел на Дайки. - Ахомине, поменяй салфетки. - Ага, - отозвался гитарист, но не пошевелился. Красноволосый закатил глаза, выдернул из подставки салфетку и, разорвав её на кусочки, свернул несколько тампончиков, и засунул их в нос фронтмена, предварительно вытащив старые. Химуро с Алекс, наблюдавшие за этим, переглянувшись заулыбались. Следующий час, парочки сидели в уютной кафешке и разговаривали. Точнее разговаривали все, кроме Аомине. Он сидел насупившись в своём углу и таращился в телек. Внезапно до его слуха долетели слова ведущего: «А теперь, мы представляем вам первый клип, несомненно, выдающихся новичков. Группа называется «Взгляд Императора». Давайте же посмотрим что это за ребята!» Раздались первые аккорды, и по позвоночнику фронтмена пробежался холодок. - Не может быть, - прошептал Дайки, во все глаза смотря на экран, где показывали клип. - Аомине, что с тобой? – отвлёкся от разговора Кагами. Но синеволосый даже не отреагировал на его вопрос. Тайга проследил за взглядом любовника и оцепенел. С экрана смотрели разноцветные глаза. – Акаши… он… - Он обставил нас, - заключил гитарист, не в силах отвести взгляда от телевизора.