Поцелуй, вместо тысячи слов...

      Тамара — мама Тома, добрая и очень терпеливая женщина. Она всегда выглядела современной, о чем говорил ее внешний вид: женщина всегда, вне зависимости куда ей нужно пойти — на работу или в соседний супермаркет за хлебом, пирсинг на левом виске. Чтобы поддерживать своего сына, из-за его «странности», она даже иногда надевала черные линзы, чтобы сын не унывал и не расстраивался из-за своей внешности. Разведясь со своим мужем из-за его пьянства, Тамара всегда находилась рядом с единственным ребенком, давала ему мудрые советы, улыбалась, и все твердила, что ещё впереди целая жизнь. Даже сейчас, находясь в нескольких сотнях милях в дали от дома, заботливая мать надеялась, что он обрёл настоящих друзей и с ним всё хорошо.

***

       Отдышавшись после долгого бега, лучшие друзья рассмеялись от того, какими они были глупыми, оставаясь ночевать в этом парке. — Вот, — Торд вручил Тому плюшевого медведя, украденного из тира, — он же твой. Черноглазый аккуратно взял игрушку из его рук, невольно соприкоснувшись с ними, отчего оба сильно зарделись. — Думаю, нам пора по домам, — немного грустно проговорил Том, сильнее прижимая «приз» к своей груди и вспоминая события сегодняшнего дня. — Твои родители будут волноваться. — Мама не против моего общения с тобой, а отец… — Торд горько рассмеялся, — отцу абсолютно плевать на меня… Неверяще покачав головой, норвежец понимающе обнял черноглазого. И почему только им обоим не везет с отцами? Одновременно они посмотрели друг другу в глаза. Казалось бы, сейчас будет неловкая пауза. Но нет. Они лишь несколько секунд всматривались друг другу в глаза, и неуклюже разорвали объятия.

***

      Что же было с Мэттом и Эддом после этой ночи? А вот и ответ. Вернувшись домой, красные как спелые помидоры, они рассказали родителям, уже начавшим расспрашивать об их отсутствии, что просто бегали вокруг квартала. Странно или не очень, но родители поверили в отмазки, которые мальчишки, как будто сговорившись, придумали по дороге домой. ***       В комнате любителя колы, парни просто проводили время. Без всякой пошлости, целовались, не обращая внимание на всех и вся. В комнате мягко светил ночник, не доставляя дискомфорта своим сиянием…

***

— Мам, ко мне сегодня придут друзья, — проговорил Нарцисс, не смотря матери в глаза, боясь, что она узнает о влюблённости сына. — Можно они останутся у нас на ночь? Но от материнского сердца ничего не укроется, даже самые скрытые чувства. — Но вам же завтра в школу! -ответила ему Матильда. — Но все сказали, что сделали уроки, и как раз выспались, — молвил Мэтт, — и мы встанем, чтобы успеть в школу. Ну пожалуйста…- протянул британец. — Ладно уж, только ты отвечаешь за состояние дома и своих друзей, — ведь только его мать сказала это, сын чмокнул её в лоб и искренне сказал «спасибо!».

***

Хэй, операция «Лучшая ночёвка» в деле

Это круто, я принесу закуски

Тогда я выпивку

Нет, Том, ты не принесёшь свою водку

Этими словами, ты убиваешь меня (╥ω╥)

Эй, Том, а принеси того медведя и похвастайся им (^_<)

Торд, ты же обещал, что не расскажешь им (//ω//) У тебя плюшевый медведь? А я думал, что это развод такой в азартных играх, чтобы мы потеряли больше денег o(><)o Ладно, я принесу его и пакеты сока

Тогда до встречи!

***

Закат был сегодня не такой яркий, как вчера, но всё равно очень красивый: лучики алого солнца красиво освещали город и лазурно-кораловые небеса. Торд, как и обещал принёс закуски: чипсы, сухарики и прочую гадость. Эдд приволок разные игры, чтобы точно не скучать этой долгой ночью. А Том, купил пачки сока, заранее добавив туда немного алкоголя, для веселья.

***

Немного выпив, друзья принялись играть в настольные игру, в которой постоянно выигрывал Торд, незаметно мухлюя. Даже в «дурака», он умудрился выиграть и забрать свой приз — еду и сок, но норвежец всё равно поделился с выигрышем с Томом. Наконец-то наступило время для самой дурацкой игры.        — Итак, очередь Торда, — немного чувствуя себя странно, произнёс Эдд. — Так. Мэтт. «Правда» или «действие»? — спросил норвежец, как бы не замечая состояние его друзей. — «П-правда», — заикнувшись от растерянности, ответил Нарцисс. — Какие у вас отношения с Эддом? — поинтересовался сероглазый, выжидающе посмотрев на них, сидящих почти вплотную друг к другу. — М-мы любим друг друга, — без раздумий сказал Мэтт, а для большей уверенности в этом, поцеловал свою половинку. — Повтори? — на этот раз спросил Том, сидевший ближе к окну, что лицезреть их пьяные лица и поведение. — Мы геи, ясно? — со злостью молвил британец, — вы дружите с гомосексуалистами, и что не так, Том? — Да нет, просто вы не сказали это первым не своим родителям, а нам, — немного отпив прямо из пачки, ответил черноглазый, прижимая большую мягкую игрушку к сильнее.       После этого были просто глупые вопросы, про то, что они делали и не делали. Но спустя некоторое время, подвыпивший Торд спросил: — Томас~, «правда» или «действие»? — Естественно «правда», — решительно ему ответил черноглазый. — Тогда… Расскажи нам про свои старые школы и почему тебя именно в нашу «перевели», — Торд двумя выделил последнее слово воздушными кавычками. После этого вопроса гитарист немного завис и растерялся, но решив послушать совет матери: " Лучше сказать правду, чем-то, что тебя сочтут обманщиком и могут перестать общаться…». Том знал, что Торд его не бросит, но побоялся за их отношение, поэтому начал рассказ: Когда мне исполнилось одиннадцать, меня перевели в среднюю школу, в совершенно новый класс, где я никого не знал. Учителя отнеслись ко мне с добротой душевной, а одноклассники… возненавидели.       Я был не таким как все. Да и сейчас я странный для окружающих из-за своей особенности. У меня с рождения были абсолютно черные глаза. И всячески меня обзывали и кричали: — Антихрист! Дьявол! Изыди нечисть! После чего сыпалась серия ударов на моё ещё не окрепшее тело. Каждый день я приходил домой в синяках и ссадинах. Меня даже один раз пырнули ножом в плечо. Почему же я не пожаловался маме? Я был слишком горд для того, чтобы быть ябедой. А ей говорил, что падал с лестницы, из-за не завязанных шнурков. Но она конечно мне не верила. Школьные стены давили на меня со всех сторон, куда бы я не посмотрел. Каждый божий день, я принимал все эти обзывательства и побои. Ведь я не умел драться, а у матери было слишком мало денег, чтобы устроить меня в секцию самообороны. Тогда я нашел другое решение этой проблемы.       Улицы всегда полны людей, готовых научить мелких людишек, чтобы те выполняли всю грязную работу. И мне посчастливилось встретиться с ними. Я просил обучить меня борьбе, за это я относил нужные вещи, проникая через разные щели, куда бы взрослый мужчина не залез. Так и проходили мои дни. Дом. Школа. Издевательства. Улицы. Дом. Мать так долго работала, что почти не замечала, как я повзрослел. За несколько месяцев я вырос на пять сантиметров, постоянно тренируя свое тело и силу духа, я стал крепче в физическом плане. Иногда мне за платили деньги за хорошо выполненную работу. Так и было, пока я не дал отпор моим постоянным обидчикам. Я чуть не убил человека из-за того, что не рассчитал правильно свою силу. Эти трусы, конечно же нажаловались директору. Такое было непростительно. Маму вызвали в школу и посоветовали искать новое учебное заведение.        В других школах отношение ко мне не менялось. Из-за стресса я начал пить алкоголь, бросил тренироваться. Сначала тайком, чтобы никто не заметил, а потом уже и на уроках доставал фляжку и отпивал из неё перед всеми. Этого тоже не потерпели в школе и спокойно отдали документы. Я вообще до сих пор удивляюсь своей матери, как она не избила меня, когда я вылетел из еще одной средней школы…        И так каждый раз. Раз за разом. Но я перестал избивать людей, и забыл прежние навыки, но отпор всегда мог дать, уже не доводя противника, до состояния овоща. Оскорбления учителей, драки публично, распитие алкоголя, курение сигарет во время контрольной. Даже последовала смена внешности. Я проколол уши в разных местах, чтобы показать, что я ничего не боюсь.Но это на них не подействовало. Лишь только усугубило ситуацию. Они кричали мне в спину: — Педик! Найди себе ещё пацана, что бы жить вместе! А я лишь терпел, принимая всё на себя. Так я и сменил семь школ с начала обучения. Это была не интересная история… ***       Ещё несколько минут друзья сидели в полной тишине. А Том опустил голову в колени. Все сидели в шоке от, не зная, что и сказать. Лишь только Торд отреагировал на состояние его друга. Он тихо подошёл, присел рядом с ним и обнял его. Приподняв его голову, он одними губами сказал: — В твоих глазах видят пустоту, а я — Космос, Вселенную, Бесконечность, — после этих слов, норвежец мягко притянул его подбородок, и как он себе представлял, неуклюже поцеловал. Эдд и Мэтт сидели в полном шоке от происходящего и просто наблюдали.       И вот он… Поцелуй, вместо тысячи слов…